От Умбы в сторону Варзуги двадцать километров по трассе, потом в лес еще примерно семь, и вот она - тоня Тетрина, историко-этнографический музей под открытым небом, хозяин и основатель которого Александр Комаров встречает гостей.

Александр Комаров.

Уникальный народ

Маленькие деревянные домики на берегу Белого моря - первое, что видишь, когда подъезжаешь к тоне. Кажется, попадаешь в место, где время повернулось вспять, на несколько столетий назад. Когда местный народ, поморы, жил рыболовством и добычей тюленей.

- Поморы - это русские, которые пришли на берег Белого моря с Новгородской земли. Как выжил здесь народ, привыкший с земли кормиться? Здесь формировались очень сильные люди. По своей способности выживать был уникальный народ, - рассказывает Комаров о том, как в 1843 году поморская артель пошла на Грумант, нынешний Шпицберген.

- Пошли они туда на промысел, ветра были сильные, в море нагнало лед. Наткнулись на остров и встали.

Капитан, кормщик у поморов, Степан Шилков или Хилков, есть два варианта его фамилии, взял с собой трех матросов осмотреться. Есть ли там пушнина, олени, тюлени. Они же на промысел пришли, чего стоять-то! Поднялся ураган. Когда они на берег выскочили, судна не было, его раздавило. И шхуна эта ушла на дно. Тем, кто ушел вместе с ней, можно сказать, повезло - они сразу погибли. А эти четверо в преддверии зимы остались одни на каменном острове. Через шесть с половиной лет купец Окладников отправил из Мезени очередную артель поморов на промысел. Кормщик сбился с пути и пристал именно к этому острову.

- Увидели моряки черный дым с острова и трех существ в звериных шкурах - тех самых поморов. Абсолютно здоровых и адекватных. Четвертый погиб, потому что отказался пить теплую оленью кровь по религиозным причинам и умер от цинги. Выжившие поморы, правда, немного во времени потерялись. На дворе было 16 августа, а по их расчетам 18-е, - рассмеялся Александр Борисович. - Мужчины стали проситься домой. А им говорят: «Мы у купца взяли деньги, семьям дали, сюда на промысел взяли, нам нужно добычу добыть». Тогда эти ребята вытаскивают почти тонну оленьего сала, десять выделанных шкур белого медведя, около двухсот оленьих шкур, песца и норки. В общем, они оплатили судно и приехали с хорошим барышом.

А было у них с собой изначально, по словам Комарова, двенадцать зарядов пороха, котелок, муки около восьми килограммов, топор и кресало.

- Они не просто выжили, а жили. Сперва застрелили одиннадцать оленей, не для мяса, сделали из них постели. Две шкуры сшили мехом внутрь. Снегом будет засыпать - не замерзнешь. Найденное бревно превратили в пику и почти голыми руками взяли самого страшного зверя на земле - белого медведя. Из его жил сделали тетиву, и получился лук. Нашли какую-то старую избушку, смогли ее восстановить. Шесть с половиной лет чем-то топили, чем-то освещали жилище, чем-то мылись, стирали, шкуры выделывали, шили. Они сколько сапог себе сшили за это время! Организм так перестроился, что самый молодой, племянник этого Хилкова, в двадцать один год догонял оленя и забрасывал ему аркан на рога. Мы по сравнению с ними даже не «ноль», надо ниже брать, - добавил рассказчик. - А мы Робинзону кланяемся, а этих ребят и знать не знаем!

Избушка на курьих ножках - любимая у гостей тони.

Краски старины

Когда Александр Борисович говорит, хочется запомнить каждую фразу. История, какой бы интересной ни была, без хорошего рассказчика теряет краски. На тоне же атмосфера старины передана до мельчайших деталей. Все постройки, вешалы, ледник, избу, часовню и многие другие краевед поставил сам. Историю предпочитает изучать не только по книгам, но и на собственном опыте. А гостям разрешает все потрогать, понюхать и даже попробовать на вкус.

- Среди экспонатов есть и скипидар, мною сделанный. Когда на экскурсии даю гостям его понюхать, в каждой группе хотя бы один человек, особенно если это итальянец, называл мой скипидар «Амаретто», - сказал Комаров, улыбнувшись. - Часто скандинавы приезжают, бывали даже индейцы племени мапуче. Но мне с иностранцами не так интересно работать. Для них моя тоня - экзотика. А когда я зажигаю керосиновую лампу вечером, вы говорите, что у вашей бабушки такая была, это родное.

Сказочная атмосфера старины.

Чтобы сшить карбас, нужно было найти елку, корень которой загнут под нужным углом. Поморы не вырезали шпангоуты по трафарету, как норвежцы. Где было взять поморам доски? Пилы здесь появились в конце XIX века. Для одной лодки нужно было две-три елки. За каждой приходилось еще пройти сто верст. В марте начинали делать доски. Можете хоть втроем-вчетвером встать на нее, она не сломается, - говорил он, показывая на один из таких шпангоутов. - Доска эта по волокнам порвана, служит в три раза дольше пиленой. Ведь вода в нее попадает, а доска не гниет. Поморы не любили пилы, они говорили, что пила дерево лохматит.

Сшить карбас

Прошивали лодки корнями можжевельника или сосны, только в этих деревьях вся смола в корнях. Распаренные, они заполняли все отверстия, создавая надежное соединение.

- Паруса для карбаса бегали рядом - оленья замша. Нужно было сшить четыре-пять шкур. А чем? Опять же иголка плавала рядом - кость камбалы. В ней даже отверстие для нитки делать не нужно, природа все сама предусмотрела. Прочнейшие нитки - жилы. Сшили парус, где же взять веревки? Они тоже плавали рядом. Лента из тюленьей шкуры - лучшая веревка. Рука по шерсти идет, а против не пойдет. Так легче натянуть и поднять якорь. Кто нас сейчас научит, что сапоги нужно делать из шкуры тюленя, а подошвы из шкуры белухи? В жизни не сносишь! А стельки - из шкуры гагары, ногам тепло и воду отталкивает, - рассказал Комаров. - Самое главное животное, благодаря которому человек выжил на севере, это олень. Его использовали от кончиков рогов до копыт. Из верхушек рогов делали пуговицы. Такие не сгниют, носить будут и дети, и внуки. Зубы не выбрасывали - это погремушки для детей.

Щупать, нюхать и пробовать на вкус историю - надо!

Шерсть, думаете, выбрасывали? Собирали всю! Самые дорогие отсюда изделия шли - это оленьи постели - перины, набитые оленьим волосом.

Рассказ об иголках, плавающих в Белом море, поразил гостей тони. Многие удивлялись загадкам природы, которые поморам удалось разгадать, а современным людям - забыть.

- Я благодарна безумно за эту поездку. Было бы побольше времени, мы бы сами научились и соль выпаривать, и обрабатывать шкуры, и понимать, как правильно общаться с природой. Как у нее учиться. Понравилась сама атмосфера, сохраненная, наверное, в том первозданном виде, в каком она была когда-то. Я сама человек, очень увлекающийся историей, особенно старинным бытом, ведь бабушками двумя была воспитана. Удивляет, насколько в унисон с природой жили эти люди, - поделилась гостья историко-этнографического комплекса Ольга Коновалова.