Отдаленки на Кольском полуострове много - это военные гарнизоны, пограничные заставы, маяки и метеостанции, поморские поселки. Члены избирательных комиссий традиционно добираются туда специальными рейсами вертолета. В один из дней досрочного голосования в нескольких труднодоступных местах северной части Кольского полуострова удалось побывать и нам, журналистам «Мурманского вестника».
Курс - на север
Вылетаем с одного из военных аэродромов на борту МИ-8 Северного флота. Погода радует, ветра почти нет, на небе ни облачка. Но это пока - прогноз плохой.
Вертолет быстро набирает высоту, пять минут - и он уже пересекает Кольский залив. Под нами идут сухогрузы и траулеры. Сверху они кажутся крошечными коробочками. На западном берегу махина «Новатэка» как на ладони. А дальше - сопки, тундра, замерзшие болота.
Сначала нам надо было добраться до Заозерска, где на борт сели члены избирательных комиссий - Заозерской и Печенгской. Все - женщины, некоторые из них на вертолете летели впервые. Поэтому эмоций было море. Вновь набрали высоту - и вперед.
Первая остановка - небольшой остров Кувшин, он располагается в северной части Мотовского залива, метрах в двухстах от материка. Добраться туда в это время года можно только по воздуху. Длина островка - 880 метров, ширина - 390, из растительности - только ягель и кусты северных ягод, в основном вороники. До 1938 года там был населенный пункт Кувшин-остров, сейчас размещаются военнослужащие Северного флота, которые охраняют побережье.
- А сколько человек будут голосовать на острове? - спросил я.
- А этого я вам не скажу. Военная тайна, - не задумываясь, тут же ответила председатель комиссии.
У вертолета, только он приземлился, нас встречают собаки - лают, весело машут хвостами, приветствуют.
- Эх, что же мы сосисок-то не взяли, - вздыхают девушки. - Конфеты-то они, наверное, есть не будут?
Никаких чаев
Местом для голосования выбрано одно из крохотных служебных помещений. Стол, стулья, простецкая печка, сложенная из кирпичей, - вот и весь быт.
- Эх, и зеркала мы не взяли! Надо же причесаться, посмотреть на себя, - вздыхают женщины. - Да вроде все нормально, еще не успела тушь потечь. Дайте-ка хоть чуть-чуть причесаться.
Но бойцы уже подсуетились, нашли небольшое зеркальце. Еще пара минут - на стену крепятся плакаты с информацией о кандидатах в президенты, а также сведения о порядке голосования, рядом оборудуется кабинка для тайного голосования. А дальше - все. Шутки в сторону.
Обязательная процедура - руководитель комиссии четко объявляет дату и место голосования. Урны для бюллетеней - только прозрачные. После того, как проголосуют все, их опечатают.
- Все пришли? - спрашивает председатель.
- Нет, еще один на посту. Сейчас сменится, прибежит минут через десять, - отвечает командир. - Может, пока чайку горяченького?
- Нет, что вы! - следует категоричный ответ. - У нас пока участок открыт, мы ни на что отвлекаться не можем.
Голосование на острове Кувшин заняло около получаса. Избирателей в погонах было немного. Но даже если бы всего один человек жил на острове, к нему все равно бы прилетели.
- Для нас важен голос каждого избирателя. Поэтому в любую непогоду, в снег и ветер мы должны лететь и дать возможность проголосовать всем, кто здесь живет и служит, - подвела итог голосования на Кувшине председатель Заозерской территориальной избирательной комиссии Ульяна Милешичева.
Сделал выбор? Кушай на здоровье!
И мы отправляемся дальше. Следующая точка - мыс Земляной, он расположен на западном побережье полуострова Средний. Там тоже несут службу воины-североморцы. Если на Кувшине работали члены Заозерской территориальной избирательной комиссии, то на Земляном - Печенгской. Участок развернули на кухне. На стенах - меню и напоминалки для поваров: сколько граммов надо выдавать сахара, масла и хлеба каждому бойцу в день. Вкусно пахнет вареным мясом и жареной картошкой.
Первым проголосовал повар и тут же удалился на кухню продолжать кашеварить. Выборы выборами, а обед по расписанию.
Вертолетчики торопят - световой день не такой длинный, и до темноты необходимо облететь все намеченные точки. Потому рассиживаться не стоит. Да и погода стала стремительно ухудшаться - поднялся ветер, началась метель.
Особенно сильно замело в Вайда-губе. Здесь расположен маяк - самый северный на континентальной части России. Помнится, в начале 90-х годов на здешний берег выбросило какое-то лохнесское чудовище. Информация о нем наделала шуму на всю страну. Потом выяснилось, что это останки обычного кита.
В Вайда-губе голосующих было побольше. Участок развернули в казарме. У входа - дежурный на тумбочке, внутри - двухъярусные кровати, личный состав построен.
- Паспорта развернуть на первой странице - дает распоряжение командир. - Не задерживаем!
Голосование проходит быстро и четко. И вот вертолет уже снова поднимается в воздух. До следующей точки лететь недолго. Это мыс Малый Скорбеевский. Снега тут в этом году выпало довольно. Казарма, в которой работал избирательный участок, завалена по самую крышу. Чтобы добраться до входа, военным пришлось ходы в сугробах рыть.
- Добро пожаловать в Норвегию! - приветствует меня телефон.
Да, российская связь здесь почти не ловит, а до норвежского берега - рукой подать. Вон он, растаял в далеком тумане...
Светить всегда
Ветер крепчает, чуть не валит с ног. Вертолетчики спокойны, но поторапливают. Говорят, можем остаться тут надолго. А впереди еще одна важная точка - поселок Цыпнаволок. Это северо-восточная часть Рыбачьего. Кроме военнослужащих Северного флота проголосовать там пришли пограничники, а также сотрудники маяка и метеостанции, постоянно проживающие там. Среди них - Александр Буйволов. Родом он из Кемеровской области, служил в учебке в Хабаровске, потом отправили на Северный флот.
- Я уже 23 года на маяках. Работал на соседнем, Вайдагубском. Сейчас здесь, - рассказал он. - Маяк работает всегда. Иногда думаешь, сейчас на кораблях всякие джипиэсы и глонассы, нужны ли мы морякам, смотрят ли они на маяки? А вдруг все заклинит - без нас не обойтись. Потому - раз положено нам обслуживать маяки, мы их обслуживаем.
У него же лапки
На двери в казарму объявление: «Прежде чем открыть дверь, убедитесь, нет ли там медведя».
- У вас что, медведи ходят тут? Так зима же, спят, - удивленно спрашиваем мы.
- Это шутка такая, - машут нам, улыбаясь, женщины с маяка. - Так мы называем нашего алабая. Видели его?
Собак, надо отметить, всюду нам встречалось много - все были довольно добродушны. А вот этот белый алабай, точно медведь, встретил нас неприветливо.
- Он кусается у вас? - спрашиваю.
- Да, бывают заскоки, не любит чужих, кто прилетает. А с нами нормально, - отвечают маячники.
Избирком тем временем завершает работу.
- А знаете, почему собачке, которая пришла на выборы, не разрешили голосовать? - комиссия уже сделала свое дело, избирательные урны опломбированы, находятся под охраной полиции. Можно и пошутить.
Я вспоминаю что-то про «усы, лапы и хвост».
- Потому что ей нет еще 18 лет! - смеются девушки.
Снова вертолет, белое безмолвие Рыбачьего и Среднего, Мотовский залив, Заозерск.
А на следующий день пришел черед поработать в отдаленке членам Кольской и Ловозерской избирательных комиссий. Они побывали на островах Кильдин и Харлов, в поселке Дальние Зеленцы, на отдаленных маяках, расположенных на берегах Баренцева и Белого морей.
