До недавнего времени жизнь за стенами психоневрологических интернатов была для нас "параллельным миром" - мы ее совсем не замечали, ничего не знали о тех, кто живет в этих заведениях. Людей туда сдавали, словно в утиль. Ни в чем не виноватые, они жили, как в темнице. Сейчас, слава богу, в их мир пустили немножко света и тепла...
Два таких интерната, куда везут на проживание людей с различными психическими отклонениями со всей области, расположены в Апатитах и Кировске. В Кировске 105 проживающих, в Апатитах - 600. До 18 лет ребята воспитываются в специализированных детских домах и школах-интернатах Мончегорска, Зеленоборска, Оленегорска, Апатитов. Из областной психбольницы, а затем если очень повезет, то попадает человек на житье-бытье в Кировск, если не очень - то в Апатиты. Не потому, что медики и воспитатели в одном месте лучше, а в другом хуже, а потому, что город горняков на несколько шагов дальше ступил по пути более цивилизованной организации жизни людей с ограниченными возможностями.
Кировский интернат благодаря сотрудничеству с норвежским Красным Крестом во многом преобразился. Добрым гением для кировчан оказался (да и не только в Кировске его знают) Грегус Стурнес, представитель Красного Креста из норвежской провинции Тромсё, крепкий деловой и дружеский контакт с которым наладил руководитель кировского отделения этой организации Борис Казак. За три последних года благодаря мощным финансовым вливаниям со стороны норвежцев на Парковой улице удалось создать целый жилой комплекс - проживающие расселились из одного "особняка" в два рядом стоящих двухэтажных домика, в третьем сейчас идет капитальный ремонт.
В новом доме и жизнь потекла новая. Интернатом даже язык не поворачивается это заведение назвать, так и хочется сказать - коммуна. В общежитии квартирного типа живет в основном молодежь, есть несколько семейных пар. Столовая и большая гостиная очень уютные и красивые (накрывают на стол, моют посуду и наводят порядок во всем доме сами проживающие). В их комнатках, рассчитанных на двоих, есть санузлы и кухоньки. В комнатах - кровати, полочки со всякими безделушками, картинки и фотографии на стенах, и в каждой - современный телевизор и музыкальный центр.
- Мы многое сами себе покупаем, на пенсии и на заработанные деньги, - объясняют мне девушки, Оксана и Лариса, к которым я зашла в гости. - Вкусненькое что-нибудь, одежду и телевизор с магнитофоном тоже сами купили.
А зарабатывают они рукоделием - в этом же домике в светлых просторных комнатах расположились мастерские - ткацкие, швейные, под руководством инструкторов занимаются здесь и вышивкой.
- А это наш учебный класс, - проводит меня в комнату с несколькими столами и доской преподаватель-инструктор Наталья Румянцева. - Здесь мы обучаем счету и письму и даже английскому языку тех, кто в свое время не получил этих знаний.
И занятия дают результат - многие из проживающих спокойно общаются на иностранном языке с Грегусом и другими шефами из Красного Креста, когда те наведываются в гости (а Грегус, надо сказать, своих подопечных не забывает - частенько приезжает).
Внизу, в подвале, - прачечная с современными машинами-автоматами (белье жильцы этого дома стирают сами), тренажерный зал и гончарная мастерская. В общем, созданы все условия, чтобы люди чувствовали себя людьми. Так должно быть везде. Но удалось сделать пока только в Кировске. Почему? Наверное, здесь два определяющих фактора: большая помощь Грегуса и второе - компактность интерната, возможность расселить людей на одной территории, одним городком (спасибо властям, что передали интернату два опустевших дома). Норвежцы, как любые заграничные партнеры, любят, чтобы их вложения давали зримый результат.
- Подобного, согласитесь, гораздо труднее, почти невозможно, добиться на наших "просторах", - говорит главный врач Апатитского интерната Андрей Котов. Он знаком с Грегусом, его подопечные тоже ездили отдыхать в Норвегию, в Воронежскую область на средства норвежского Красного Креста. А затем возвращались из поездки в свой пятиэтажный дом на "выселках" - огромную общагу с коридорной системой, где на каждом этаже - сотня проживающих. Андрей Анатольевич возглавил интернат два года назад, и теперь заведение перестало быть "камерой хранения", плотно набитой угасающими людьми.
- Медицинскую часть мы значительно улучшили, - говорит его коллега, заведующий одним из отделений Эдуард Синяков. - Представьте, смертность с 20 процентов снизилась до трех. С помощью лечебных и реабилитационных процедур более полноценную жизнь обретают многие наши проживающие.
Да, многого удалось добиться врачам и руководству. За счет средств Пенсионного фонда, областного бюджета и части пенсий самих проживающих этаж за этажом делается ремонт в двух зданиях интерната (рядом с пятиэтажкой еще одно, двухэтажное), появился тренажерный зал, купили новые кровати и одежду, внедряются новые методы лечения, налаживаются связи с норвежским Красным Крестом, Германией, Швецией...
Но все эти свежие веяния пока лишь слабым ветерком проносятся по длинным коридорам интерната, где люди живут, словно на птичьем базаре. Им некуда выплеснуть свою энергию, и она, как шаровая молния, носится по густо населенным комнатам. На пятом этаже живут те, кто имеет наиболее сохранный интеллект, - некоторые даже по договору работают на предприятиях или в самом интернате. Здесь в комнатах есть телевизоры, магнитофоны, у многих - домашние животные. Мне с гордостью демонстрируют своих любимцев: Андрей и Игорь - кролика Тишку, попугаев и рыбок, Галя и Леша - кошек с котятами, а Рита - очаровательных морских свинок.
- Я в газете прочитала, что кто-то продает породистую свинку, и купила, - поясняет Рита. - Вот мама, папа, а вот их сынок Цезарь. А это мои кролики.
Посмотреть телевизор, купить и скормить своему питомцу что-нибудь вкусное (или со своего стола дать какой-нибудь фрукт-овощ - кормят здесь очень неплохо), съездить в город за покупками к празднику или просто погулять, газетки опять же почитать - таковы радости здешних обитателей. Вполне понятные, обычные, такие же, как у нас с вами.
- Нужны финансы, штаты и воля региональных властей и муниципалитетов, чтобы принципиально можно было изменить жизнь интерната, - считает Андрей Котов. - Тех, кто способен себя обслуживать, нужно расселять - или коттеджный поселок на территории интерната строить, или капитально отремонтировать пару этажей бывших "малосемеек" в старых Апатитах. Под присмотром персонала они могли бы жить полноценной жизнью, ведь многие из них имеют все гражданские права, в том числе и избирательные. Но им некуда идти из интерната, они все равно останутся с нами.
...Официальная очередь в апатитский интернат составляет 365 человек, на самом деле - все шестьсот, как говорят врачи. То есть рядом можно ставить еще один такой же дом, и он точно так же будет битком набит. Их так много - людей, для которых выстроен "параллельный мир", такой вот тесный, неустроенный. Многое предстоит сделать для того, чтобы нам всем не было стыдно за то, как живут эти люди, обделенные судьбой.