В начале мая, придя на работу, Мария Кулагина, преподаватель изостудии дома детского творчества им. Бредова, обнаружила вместо стопки детских рисунков кучу рваной бумаги. Это были одни из лучших работ, золотой фонд студии, хранившийся десятилетиями и побывавший на юбилейной выставке в художественном музее. "Потрудились" над ними вовсе не хулиганы. Акт вандализма - а как еще назовешь расправу над рисунками, хотя бы их авторам по 4-5 лет, - был совершен якобы в целях обеспечения пожарной безопасности.

- У нас в папках с рисунками - вся история коллектива, больше тысячи работ, все систематизировано по годам, - рассказывает Тамара Зуева - бессменный руководитель студии в течение вот уже 50 лет, член Союза художников РФ. - Весь фонд хранится в кладовке, специально для этого отведенной. Теперь оказалось, что она обустроена в нарушение правил пожарной безопасности. Куда перенести работы? Наша администрация решила просто: большую часть уничтожить, минимум отнести в подвал - к слову сырой - наши работы там когда-то уже заливало водой. Что касается дальнейшей деятельности студии, то все нарисованное дети должны уносить домой, здесь ничего хранить нельзя. А какая же учеба без фонда? Мы же анализируем сделанное детьми, прослеживаем развитие. Да и храним не все, а только лучшие, выставочные работы.

Это и правда лучшее. Рисунки и коллажи побывли на трех десятках международных выставок и на двух всемирных. Десятки авторов (например, Анатолий Шаковец, Михаил Лапин, Сергей Чеботарь) давно вступили в Союз художников, кто в Мурманске, кто в других регионах. Неужели их работы больше никому не нужны?

Директор дома творчества Людмила Чекалина видит ситуацию иначе:

- Пожарные ежегодно попрекают нас этой кладовкой. Но раньше мы как-то отговаривались, а теперь вопрос стоит ребром. Или мы выполним законные требования, или в сентябре здание не будет принято к эксплуатации. Да и неудобная эта кладовка. Вот мы и попросили педагогов студии просто перебрать фонд, посмотреть. Ну зачем все здесь держать? Мы предлагали Тамаре Ивановне не хранить все это, а заснять работы на видео или фото. Да и вообще - здесь у нас не Лувр!

Не знаю, придет ли кому-то в голову в Лувре заменить полотна, с которыми море хлопот - и охрана, и температурный режим, и уровень влажности, - на слайд-шоу или альбом репродукций... Но и с директором трудно спорить - стопку фотографий или диск хранить удобнее, чем сотни "живых" рисунков. При случае можно продемонстрировать видеофильм коллегам: дескать, наша гордость, старейшая студия в городе!

Сложности объективны. Дом творчества находится в старом здании, ему больше полувека. К таким домам пожарные проявляют пристальное внимание, тем более когда ценой халатности может быть жизнь детей. Вот и две недели назад инспекция Горспожарнадзора вынесла строгое предписание: помещение для хранения работ изначально не предназначено, значит, для фонда надо выделить другое хранилище. А свободных помещений нет. И денег на переоборудование тоже.

Мы идем в эту клавдовку. Узкое помещение по соседству со студией целиком занято стеллажами. На них в строгом порядке - по годам - разложены огромные папки с рисунками. Света, правда, нет: при постройке решили не рисковать с проводкой.

- Нам здесь было удобно, - говорит Тамара Зуева. - Но если тут опасно, мы перенесем работы куда угодно. Нужно только создать условия для их хранения, чтобы было сухо, просторно. Как же можно выбрасывать? Мы с Марией Ивановной (вторым педагогом) 500 рисунков уже перенесли домой. Но что будет с остальными? Превратятся в груду рваной бумаги?

Директор Дома творчества в разговоре со мной отрицала факт уничтожения работ. Но, осматривая подвал - заваленное хламлом сырое помещение с выразительными разводами на потолке - старые трубы текут, мы разговорились с подсобным рабочим:

- Вы не думайте, я перед Машей (Марией Кулагиной. - Т. Б.) уже извинился! - начал объяснять он. - Я же думал, это все не нужно, потому и порвал! Мне и самому было жаль, я детские рисунки люблю, у меня жена изо преподает. Да ведь я не сам, мне приказали! Что же делать, если начальство велит?

Значит, "операция" все же была?..

Руководство ссылается на распоряжения городских чиновников. Дескать, не примут здание, запретят занятия. Но главный специалист городского комитета по образованию Людмила Коровина убеждена, что о таком исходе и разговора быть не может:

- У нас нет оснований не принять здание. Есть небольшие проблемы, но они решатся в рабочем порядке. Что касается рисунков, то они могут и должны сохраняться, ведь это сама история! Но руководство должно привести в порядок помещение, пригодное для этого, осводбодить подвал (деньги на ремонт и перепланировку будут заложены в бюджет следующего года), провести ревизию. Нужно также обустроить помещение, где будет храниться запас красок, предметы, необходимые для занятий. Я не первый раз в этой студии с проверкой - проблем никогда не было, там все благополучно.

В комитете считают, что главная задача руководства - сохранить студию и дать ей возможности для развития. Но пока Тамара Зуева по частям развозит рисунки на хранение в мастерские коллег-художников.

Директор разводит руками:

- У нас нет лишнего места. Мы выполняем требования комитета и пожарных. Делаем, что можем.

В Армении, в Ереване с советских лет существует музей детского рисунка. Искусствовед-энтузиаст собирал фонд по крупицам. Теперь его коллекция известна на весь мир, она ездит по ведущим музеям Европы. Фонд изостудии Зуевой составил бы основу любого музейного собания. Она мечтает о том, что и у нас откроется дом детского рисунка. В Мурманске есть для него и экспонаты, и талантливые авторы, и чуткий зритель: юбилейную выставку в музее посетили несколько тысяч человек, поток не ослабевал ни на день. А пока талант юных художников не востребован, судьба их работ так и будет зависеть от воли чиновника или милости начальства. И кто знает, захотят ли ребята впредь бороться за свою творческую независимость, так рано столокнувшись с равнодушием взрослых. На воспитание таланта требуются годы. А вот оскорбить его так легко!

Татьяна БРИЦКАЯ