Мой приятель только так и называл этого субъекта - «наглая рыжая харя». Правда, мне на первый взгляд «харя» показалась отнюдь не наглой, при первом знакомстве кот произвел впечатление кроткого и нежного. Хозяину после суток разлуки (котофея на ночь впервые оставили одного на даче) бросился на шею, чуть ли не расцеловал. Моему годовалому дитенку дал завязать себя в узел, вдоволь потискать рыжее пузо, подергать за усы и помучить. И за все это - ни одной царапины! Да и потом, за целое лето, мы ни разу не видели его когтей. Но не так прост оказался четвероногий хозяин дачи…

Чип - кот молодой, что называется, дворянской породы. Год назад в Москве на Чистых прудах был выкуплен за стольник у банды подростков, задумавших казнить пушистого малыша. Своим спасителям платит искренней любовью. Отсюда неимоверная покладистость маленького тигра. При этом тот обладает отнюдь не нордическим характером: в дачном поселке «построил» всех окрестных котов. Хоть волею хозяев Чип и лишен мужских атрибутов, ему удается вести жизнь, достойную истинного мачо. Ходит «в авторитетах», на участок пускает не всех, а особо приближенным разрешает участвовать в оглушительных ночных тусовках под банькой. С этих гульбищ приплетается утром хмельной, падает на диван и спит до вечера.

Все бы хорошо, если бы не еще одно увлечение. Чип - прирожденный охотник. Кажется, лиши его ежедневной порции мясных консервов, он и тут не пропадет, прокормится. Мыши, кроты, землеройки, птички, ящерицы, кузнечики - никому не удавалось ускользнуть от точных ударов лапы и острых зубов. Причем на охоту этот душегуб не гнушался отправиться прямо после сытного обеда. Подчас просто выкладывал добычу в рядок на дорожке: мол, полюбуйся, хозяин. А иногда… Иногда начинался чистый триллер. Нахалюга пристрастился таскать полуживых тварей в дом, прямехонько в кухню, и там затевать с ними жуткие игрища в стиле «поймал - отпустил». Этот кровавый спорт продолжался порой по полчаса, несмотря на наши протесты, вопли и активные боевые действия. Наконец, расправившись с жертвой, хищник удалялся, оставив на полу малоаппетитные следы борьбы.

- Сволочь! - констатировала моя мама и отправлялась за ведром, шваброй и хлоркой.

Заночевавший у нас мой приятель наутро рассказывал, что среди ночи ему довелось увидеть леденящую кровь картину: у изголовья сидел Чип и с наглым видом пожирал здоровенную мышь. Называется, зашел пожелать приятных снов.

Ладно бы этот бандит терзал домовых мышей, тут уж какой спрос - выполняет кот свои прямые обязанности. Но вместо этого не раз тащил нам полевок, да еще и с соседнего участка. Бывало, чешет через дорогу, неся в зубах добычу, сигает под калитку - и в дверь.

Как бороться с криминальными наклонностями котяры - этот вопрос поставил нас в тупик. Не пускать в собственный дом хозяина, пусть и четвероногого, нельзя - мы тут сами в гостях. Но и терпеть кровавые пиры сил не было.

Вмешался случай. В один прекрасный день, как водится во время обеда, примчался Чип с драгоценной ношей в пасти. Ноша внушительных размеров отчаянно брыкалась и истошно пищала, будто звала на помощь. Уверенный в своих силах убийца даже не дал себе труда придушить жертву, видимо, предвкушая особое удовольствие, припер ее в кухню живьем.

- Чип! - возмущенно заорали мы в один голос с вопившей мышью, и… Хватка ослабла, обалдевшая полевка сделала рывок и внезапно очутилась на воле.

Наши дальнейшие действия, наверное, вызовут глубокое презрение у мужской половины читателей. Две взволнованные дамочки стали спасать мышь от кота. Проворонивший добычу простак был с позором выдворен на улицу, двери закрыты, телевизор выключен:

- Надо успокоить ей нервы!

Осознавшая важность момента дочка затихла с банкой детского питания в руках. Мы ждали мышь. Нервы у гостьи и впрямь расшатались, часа полтора она отходила от стресса, забившись под пианино. Затем, убедившись в нашей благонамеренности, высунула нос наружу. Пробежка, другая. В итоге красотка совсем обнаглела, и вместо того чтобы, как мы ожидали, вернуться в среду обитания, принялась шляться по дому и разглядывать все и вся.

- Может, ей сыру? - робко предложила я. - Сыр - в банку, мышь - за сыром, тут мы ее хватаем и несем на улицу выпускать.

- Сыра нет, - трагически объявила, заглянув в холодильник, мама.

Оставалось только ждать. Дочка спала. Телевизор молчал. Мышь резвилась.

К вечеру гостья все-таки слиняла. Как-то незаметно, будто испарилась, ушла тайной мышиной тропой. Кот был запущен в дом, накормлен, но с тех пор глядел на нас с подозрением.

Через пару дней история повторилась - уже с крохотным мышонком, который потом весело барабанил лапками по линолеуму в нашей кухне, перебегая от шкафа к шкафу, и даже ухитрился залезть мне на ногу в поисках защиты.

С тех пор отношения с нами Чип считал выясненными. Глядеть зелеными глазами стал исподлобья, правда, все внешние приличия продолжал соблюдать, а вот живой добычи больше не таскал - понял, что тут у нас конфликт интересов. И небось с облегчением вздохнул после нашего отъезда. Думает теперь, наверное, переваривая очередную жертву: «И что им не по душе было? Чего визг поднимали? Дуры бабы!»

Татьяна БРИЦКАЯ