Дом с тенями

Старый одноэтажный барак, обшарпанные стены... скрипит все, что сделано из дерева. И, безусловно, палитра ароматов. Все перемешалось. Запахи еды, сырости, горящих в печке дров, людская теснота... Такая картина предстала перед массивными деревянными стенами подворья Трифонова Печенгского монастыря. Здесь я и познакомился с мурманскими «невидимками». Вернее с теми, кого мы так хорошо привыкли не видеть. Не замечать. Не обращать внимания.

По разным данным в столице Кольского Заполярья числится от семисот до полутора тысяч бездомных. Точную цифру, пожалуй, не скажет никто - милиция их не пересчитывает, ночлежки в Мурманске нет. Как говорят сами бродяги, их число во многом зависит от времени года. Но отнюдь не от миграции. К концу зимы бомжей становится меньше - не все доживают до теплых времен. А к началу осени - наоборот больше. Как шутят сами жители улиц - «летом идет приток новой крови в наши эшелоны».

От сумы, от тюрьмы и от улицы…

На нем изношенный растянутый свитер, потрепанный ватник, местами заклеенный скотчем, и обычные, самые дешевые пластмассовые сланцы - в уличной обуви в помещение заходить нельзя.

- Я на улице уже шестой год. Не много, по сравнению с ветеранами; но и не мало, поверьте. Мне хватило, - рассказывает Артур, бездомный со стажем. - Тут год идет за два, а когда совсем плохо, то и за три.

Совсем плохо - зимой. Даже если удается найти теплое место в подъезде или подвале, то можно наткнуться либо на «местных жителей», таких же бомжей, которым новенький не нужен, либо на злых жильцов. А здесь уж как повезет.

- Бывает, что еды вынесут, одежду дадут. Бывает даже с размером угадывают, - смеясь, продолжает Артур. - Даже помыться пускали пару раз, денег давали. Видят, что на растворитель не потрачу, а еды куплю. А порой так изобьют, что долго этот двор стороной обходишь.

Конечно, Артур оказался на улице не по своей воле. Сам он считает, что и вина его в этом невелика. Попал в места лишения свободы за кражу еще в середине 90-х. Вернулся, а дома не то что замок другой - дверь незнакомая. Новые хозяева сказали, что квартиру купили недавно, старые жильцы уехали в другой город. Куда - неизвестно.

На мой вопрос о том, за что получил срок, Артур не ответил. Сел и сел, за что - не важно.

- Когда с зоны вернулся - из документов только справка об освобождении, - вспоминает собеседник. - Долго ее хранил. Года три… Потерял в драке вместе с фуфайкой. Даже и не знаю, о чем в тот момент жалел больше.

- А почему не сделал документы? - спросил я.

- А зачем они мне? Опять потерять? - улыбается Артур. - Не нужны они бездомному. Сейчас, когда нашел постоянный ночлег - дело другое. Мне хотя бы есть куда возвращаться!

- Чем ты занимался на улице?

- Бродяжничал, чем же еще, - разводит руками и не перестает улыбаться собеседник. - Еду искал, местечко потеплее. Что еще нужно для счастья?

- Тяжело прокормиться на улице?

- Ничего сложного. Конечно, не так, как здесь, - продолжает Артур, держа обеими руками помятую кружку с горячим чаем. - Что выпить и чем закусить на наших помойках найти можно всегда. Да и одежды всегда хватает. Как-то два года в шубе ходил. Да, женская, да, старая, но очень теплая!

Сейчас все изменилось. Еду искать не нужно, одежду на подворье приносят прихожане. Даже размер можно подобрать!

- Вот этот свитер, - расхваливает свою «обновку» Артур. - Я его иногда без куртки ношу. Незаменимая вещь. Одно плохо - толком его не постираешь, а пачкается быстро.

Нашу беседу прервал крик из соседней комнаты. Как выяснилось позже - из кухни. Еда готова. Болтовня в сторону - с набитым ртом разговаривать нельзя. Несмотря на то что содержимое тарелок выглядело весьма удобоваримо, пробовать местную кухню я не решился. Пока все жевали, повар провел меня на кухню - показать это святое для них место. Чувства оказались противоречивыми. С одной стороны - везде чистота и порядок. С другой - обилие ароматов, которые превратились в смрад, не позволили рассмотреть кухню во всех деталях. Выйдя на крыльцо вдохнуть свежего воздуха, я не увидел поблизости никого. Все собрались за трапезой.

Прогулявшись по окрестностям в течение получаса, вернулся обратно - дослушать рассказ о жизни на улице. Но здесь меня ожидало разочарование: все были заняты обсуждением прошедшего «пира» и вспоминать о плохом настроения ни у кого не было. Среди довольных вздохов доносилось лишь «Нынче мяса больше» и «Молодец, Петруха, сегодня не пересолил. Разлюбил, небось, Светку-то?».

- Чем вы занимаетесь здесь, в подворье? - спросил я, возвращая разговор в прежнее русло.

- Я-то? Когда как, - отвечает Артур. - Когда по дереву работаю, руки вроде откуда надо растут; когда просто снег убираю. Здесь работы всегда хватает. Посменно с мужиками продукты перебираем. Бревна таскаем, доски… За теплое отношение платить надо. С другой стороны - на глупости времени не остается.

Это верно, подумал я. Главное - себя занять. Все как в жизни. Только здесь варианта нет. С одной стороны, работать никто не заставляет, с другой - без дела тоже долго не просидишь. Развлечений немного - небольшой телевизор с двумя каналами, хриплое радио и анекдоты. Все о том же. Пить в монастыре нельзя - сразу выгонят. Так что если хочешь иметь крышу над головой и при этом со скуки не умереть - займи себя делом.

- Часто ли здесь появляются новые люди?

- Вот чего-чего, а этого здесь хватает, - бодро отвечает Артур. - Бездомные приходят и уходят. Приходят по разным причинам - кто-то просто погреться и поесть, другие задерживаются, порой не на один год.

Как позже выяснилось, уходят по одной причине - жизнь на улице привычнее. Да и проще намного, беззаботнее. Бродяги, как правило, плывут по течению. Несмотря на то что есть возможность подработать: помочь дворнику или договориться за небольшое вознаграждение с хозяином ларька и время от времени убирать территорию, большинство бездомных предпочитают заниматься «собирательством». Так сказать, питаться подножным кормом. Все то полезно, что в рот полезло - вот главный критерий в выборе пищи.

Завершая разговор, я спросил Артура, что он намерен делать дальше, ведь документы готовы, прописка тоже есть - подворье. Над ответом Артур задумался.

- Наверное, работу буду искать, - ответил после затянувшейся паузы. - Еще не особо думал над этим. Мне пока и здесь неплохо.

Как ни странно, но после всего услышанного такой ответ уже не удивлял. Артур проводил меня до двери, пожелал удачи. Руку протягивать не стал. Уж не знаю, то ли не принято у них рукопожатие, то ли не хотел меня смущать этим жестом. Уже идя к остановке, я вспомнил, что и знакомство наше ограничилось лишь простым кивком головы.

Лучше удочка, чем рыбка

Проведя небольшое исследование, удалось выяснить, что учет мурманских бездомных ведут лишь те организации, которые работают с ними практически ежедневно. Да и то считают только по количеству обращений за помощью. Это Мурманский комплексный центр социального обслуживания населения, ФГУЗ центр гигиены и эпидемиологии Мурманской области.

- За год к нам обратились за помощью более тысячи бездомных, - комментирует Любовь Шестернина, начальник отдела социального обслуживания и стационарных учреждений. - 909 бродяг получили продуктовые и санитарно-гигиенические наборы, 917 - прошли санитарную обработку. Еще 12 человек мы отправили к родственникам в другие города.

По словам Любови Владимировны, в работе с бездомными важна правильная расстановка приоритетов. К примеру, из регионального бюджета на помощь лицам без определенного места жительства, а также освободившимся из мест лишения свободы, в этом году было выделено три миллиона рублей. Большинство этих средств направлено на питание бездомных, а также восстановление паспортов и получение дополнительных документов для устройства на работу.

- Для большинства людей, оказавшихся на улице нужен стимул. Стимул для того, чтобы вернуться к нормальной жизни. Именно поэтому мы не балуем их бесплатным питанием, - продолжает Любовь Шестернина. - Лучше дать удочку, чем рыбку. Если человек выберет нормальную жизнь - он добьется успеха, как бы сложно это ни было, а если он выбирает улицу, то ему уже ничем помочь невозможно, пока он сам не захочет изменить свою жизнь.

Но работа не ограничивается только выдачей документов. Санитарный пропускник, расположенный на Театральном бульваре, дом 6, принимает бездомных практически ежедневно, в рабочие дни. Здесь они не только могут помыться, но и избавиться от вшей. Питание организовано четыре раза в неделю - по вторникам и четвергам на Театральном бульваре. По средам и субботам на улицах Баумана и Заречной. В этих двух местах кормлением бродяг занимается Мурманский комплексный центр социального обслуживания населения совместно с общественной организацией «Улица». Волонтеры кормят бездомных на средства, полученные от грантов, областных и муниципальных. Талонами на бесплатное питание пользуются как при кормлении бездомных на улице, так и постояльцев подворья. В столовых бездомных кормить нельзя - чтобы не нарушить санитарные нормы, а работа по талонам на улице организована только в определенных местах. На питание тех, кто нашел приют в монастыре, в этом году выделено 27 000 рублей. Этих денег хватает на 300 обедов. Меню простое: первое, второе, компот. Общая стоимость - 90 рублей порция.

- Одной из самых главных проблем является отсутствие в Мурманске дома ночного пребывания, - говорит Любовь Шестернина. - Места, в котором можно не только переночевать, но и поесть, помыться, а также пройти медицинское обследование и получить помощь врача. Проект по созданию такого дома уже составлен и одобрен. Найдено место - двухэтажное здание на Заречной улице. Надеемся, что в ближайшие годы проект будет воплощен в жизнь. Социальный дом поможет не только очистить улицы и подъезды от бездомных, но и контролировать уровень их здоровья. Так или иначе, мы дышим с ними одним воздухом. И такие болезни, как туберкулез, лучше предупреждать.

По ее словам, на реконструкцию здания, которое определено под дом ночного пребывания, из областного бюджета будет выделено 39 136 тысяч рублей. Ситуация осложняется тем, что в этом здании нет ни канализации, ни водопровода. Но, тем не менее, проект готов к выполнению. Начало работ планируется на 2012 год.

И снова - в монастырь

Я вновь отправился в подворье поговорить с настоятелем монастыря - отцом Геронтием.

- Несмотря на то что бездомных достаточно много, на улицах города они встречаются не часто. Неужели все они укрываются за стенами монастыря? - поинтересовался я.

- Нет, что вы, - ответил отец Геронтий. - У меня их около сотни, не больше. Точно даже сказать не могу - я здесь никого насильно не держу, да и за всеми новыми не уследишь.

По его словам, основным местом обитания большинство бездомных выбрало небезызвестный мурманчанам Жилстрой. Бывшие жильцы, все, кто могли, оттуда уже съехали. Переселились поближе к цивилизации. Брошенные дома пустыми стоят недолго.

- Бывали случаи воровства, контингент-то специфический?

- Бывало, куда ж без этого, - признался настоятель. - Вот только здесь толком взять-то и нечего. В сам храм они практически не заходят - не за Богом все-таки сюда пришли, а у своих просто ничего нет.

После этих слов я вспомнил тот самый одноэтажный барак, где и познакомился с Артуром. Трехэтажные нары вдоль стен, матрасы, простыни… у некоторых даже нет подушек. Вместо них - свернутая в комок одежда. Ей же порой и укрываются. Взять и правда нечего.

- Тяжело управляться с бездомными? - спросил я.

- Нет, не тяжко, - с улыбкой ответил отец Геронтий. - Они там, по сути дела, сами по себе живут. Я их только проведать прихожу. Уж поверьте, среди них не забалуешь. Там сразу на место поставят, если кто-то будет нарушать порядок.

- Зачем вы даете приют бездомным, ведь большинство из них никогда не вернется к нормальной жизни?

- К сожалению, это так, - сказал батюшка. - Но, я верю в то, что они изменятся. Каждому нужно шанс дать. В том году один работу нашел. Рыбообработчиком пристроился, комнату снял. Сейчас работает, живет своей жизнью. Но он на улице всего пару месяцев жил.

Это отец Геронтий подметил очень точно. Пара месяцев и несколько лет - вещи абсолютно разные.

- По крайней мере, здесь они могут вспомнить, что такое иметь дом, - продолжил настоятель. - И захотят жить в своем собственном. Уж не на улице же они родились, в конце-то концов.

По словам отца Геронтия, подворье Трифонова Печенгского монастыря на сегодняшний день, пожалуй, единственное место в городе, где бродягам никогда не откажут в крыше над головой. Здесь примут всех, вне зависимости от их вероисповедания и причин, по которым они оказались на улице.

- Наш монастырь - это не просто место, где можно найти приют. Для некоторых это возможность снова вернуться к нормальной жизни, - говорит отец Геронтий. - Помимо ночлега здесь есть еда, медикаменты. В случае недуга всегда будут люди, которые вызовут скорую. Да и врачи сюда приезжают быстро. Не откладывают в долгий ящик, как в тех случаях, когда бездомный нуждается в помощи, лежа на улице.

Поблагодарив отца Геронтия за теплый прием, я покинул храм. В очередной раз ощутил контраст - несмотря на то что не считаю себя верующим человеком, внутри храма чувствовал тепло и комфорт. На улице в морозном воздухе летали запахи церковных благовоний и горящего дерева. Монахи готовились к вечерней службе, прихожане переминались с ноги на ногу у входа в церковную лавку. Казалось бы, все как всегда. Но в то же время как-то по-особенному. После увиденной «изнанки» монастырской жизни эти стены теперь внушали надежду. Надежду на то, что все может измениться к лучшему.

Фото: Федосеев Л. Г.
Фото: Федосеев Л. Г.
Фото: Федосеев Л. Г.
Алексей ОСЕТРОВ