Всякий раз, приезжая на Терский берег, по-хорошему завидовала местным жителям - настолько здесь удивительная и неповторимая природа. Казалось, и люди, пустившие тут корни, открыты к чужой беде, добрые и спокойные, работящие. Так оно, наверное, и было когда-то раньше, по крайней мере, об этом мне говорили старожилы тех мест.

Сегодня жизнь поморов изменилась - не в лучшую сторону. И отношения между людьми тоже стали другими. Причин много, одна из них - невозможность найти работу, чтобы и по душе была, и платили достаточно. А иначе одна надежда - на рыбалку, грибы и ягоды. Но это промысел летний. Зимой же народ потихоньку спивается. Не все, конечно, но таких немало. Мужики пьют, бабы детей рожают.

У Петровых (фамилия изменена. - Л. Л.) из Варзуги - пятеро детей, последний родился в феврале. Занимают они квартиру в доме-одноэтажке. Уютом в ней и не пахнет, холодно, потому что у отца семейства все руки не доходят печь переложить. Недосуг ему - все свободное от работы время проводит за бутылкой. Бабушка-пенсионерка и шурин не прочь составить компанию. Жена, тихая и покорная молодая женщина, работает на ферме - и рожает детей. Старшая восьмилетняя дочка у нее от первого мужа, четверо - от Ивана Петрова.

В феврале, когда многодетная мама находилась в роддоме с крохой, в семью наведалась школьная учительница и ужаснулась, увидев грязных, сопливых и голодных ребятишек. Отец семейства спал в окружении пустых бутылок.

Учительница вызвала милицию, и та - от греха подальше - забрала детей. Проспавшийся Петров попробовал протестовать, куражиться, но это не помогло. Органы опеки поместили старших ребят в центр социальной помощи семье и детям, а двухлетних двойняшек - в центральную районную больницу.

Эту историю мне рассказали в Терской прокуратуре, добавив, что дело передано в суд.

29 марта Терский районный суд принял решение об ограничении прав родителей на четверых детей сроком на полгода. А это значит, что мама и папа видеться с ними могут, а вот забрать обратно в семью - только через суд. И то после того, как докажут, что действительно могут быть хорошими родителями.

Способны ли они на это? Судить об этих людях, их гражданской и родительской зрелости можно по такому факту. По словам Ксении Михайлиной, специалиста Терского отдела образования, которая занимается вопросами опеки и попечительства, Петрова, получив декретные, вместе с мужем первым делом приобрела старый автомобиль, который красуется во дворе дома, и диван, чтобы было где спать детям. По данным прокуратуры, до этого им стелили на полу.

Ксения Михайловна уверяет, что о неблагополучной семье знали и раньше. С родителями беседовали на комиссии по делам несовершеннолетних, увещевали, предупреждали. Особо нажимали на совесть Ивана, который, по словам соседей, плохо относился к падчерице. Но тот продолжал пить горькую и гонять девочку.

Петров числится разнорабочим в колхозе «Всходы коммунизма», заработок у него чуть больше минимального размера оплаты труда. Жена получает пособия на детей, бабушка - небольшую пенсию, шурин тунеядствует... Получается, что семья прозябает за чертой бедности. Сами Петровы вырваться из-за этой черты вряд ли смогут. Да и не пытаются. Живут одним днем и, похоже, не задумываются о будущем.

Пьянство давно уже стало бичом русской деревни. Отчего пьют? От пустоты в душе. Да и детей одного за другим рожают не от любви большой. Ведь даже не задумываются, смогут ли прокормить, воспитать, дать образование. Так и растут потом ребятишки - сами по себе, не оберегаемые от жизненных бурь самыми близкими людьми, отцом с матерью.

Возможно, когда-нибудь женщина и будет мучиться от того, что предпочла мужа-пьяницу тем, кого носила под сердцем… А может, просто станет и дальше рожать, поставляя все новых социальных сирот. Примеров тому много.

Какое же будущее ждет детей Петровых, если мама с папой не задумаются над своей жизнью? Приюты и детские дома. Ведь усыновить малышей не получится - по закону нельзя их разлучать, а пятерых кто отважится усыновить? Отдать под опеку родственникам, конечно, возможно, но если найдутся желающие и крепко стоящие на ногах люди.

Спрашиваю Ксению Михайлину, существует ли в районе такая форма, как социальный патронат. Она, наверно, могла бы прижиться в селе, где все друг друга знают и где среди воспитателей детсада или школьных учителей можно подыскать социальных воспитателей. Умному, опытному педагогу легче было бы найти ключики к непутевой семье, помочь получить необходимую материальную поддержку и даже подсказать маме временно поместить ребятишек в какое-то детское социальное учреждение, пока она находится в роддоме. Еще нет, ответила Ксения Андреевна.

Сейчас в отношении Петрова возбуждено целых два уголовных дела - по статьям 156-й (неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетних) и 130-й (оскорбление). Как пояснили в Терской районной прокуратуре, мужчина «на протяжении длительного времени систематически оскорбляет и унижает старшего ребенка» - падчерицу.

- Может, он ее и побивает? - спросила я. Однако точного ответа на этот вопрос не получила. Дело, мол, находится в стадии расследования.

Применение даже одной из статей, 130-й, влечет за собой, как минимум, штраф до 40 тысяч рублей и, как максимум, лишение свободы до одного года. Можно только представить, как ударят по семье, которая и так остро нуждается, «штрафные санкции». Ну а с другой стороны, годик в разлуке с бутылкой, может, и приведет мужика в состояние мыслящего существа?

И еще не дает покоя вопрос: почему в Варзуге, крепком традициями селе, могли спокойно наблюдать, как семья погружается в трясину беды? Или это только раньше при малейшей тревоге сход собирали, председателю колхоза покоя не давали?

Известно, потушить огонь намного легче, когда он только вспыхнет. Почему же мы не хватаемся за огнетушитель, не вызываем спасателей, когда видим лишь первые признаки будущей беды?

На днях на Терский берег выезжал уполномоченный по правам ребенка в Мурманской области Борис Коган. Вот что он рассказал «Мурманскому вестнику»:

- Сразу же после суда я выехал в Умбу, там и застал всех героев этой истории.

Думаю, что ситуация не безысходная. Из разговора с мамой понял, что она намерена просить о досрочном снятии ограничения в родительских правах. Ей обещали помочь и руководитель сельского поселения Варзуга Геннадий Попов, и центр социальной помощи семье и детям, расположенный в Умбе, где находится старшая дочь. В отделе образования меня заверили, что над Петровыми будет установлен социальный патронат. Надеюсь и на заинтересованное обсуждение случившегося на сельском сходе. По крайне мере, Геннадий Николаевич на это настроен серьезно. Всецело поддерживаю районную прокуратуру в стремлении привлечь горе-отца к уголовной ответственности. Дальнейшая судьба детей будет находиться на контроле как у меня, так и руководства района.

Людмила ЛОПАТКО