Порой задаю себе вопрос и не нахожу ответа: почему, чем топорнее какой-нибудь принятый в стране или в отдельно взятом ведомстве закон, постановление, отдельная норма, тем яростнее мы начинаем претворять его в жизнь? Даже, мне кажется, находим в этом упоение. А вот действительно полезный закон исполняем ну как-то уж очень вяло. Приведу лишь несколько примеров.

Помнится, несколько лет назад появился совсем уж странный закон, разрешающий вывешивать российский флаг частным лицам и организациям только в особенные праздничные дни, указанные в том законе. К органам государственной власти это не относилось, над их административными зданиями флаг мог висеть круглый год. И что вы думаете? Надзорные органы с каким-то азартом стали устраивать рейды на предмет соблюдения этого закона... Впрочем, через некоторое время он все-таки был отменен. Действительно, что же плохого, если человек демонстрирует гордость за свою страну, свой флаг не только по указанным в законе праздникам?

Три года назад вступил в силу закон, разрешающий перевозить в общественном транспорте детей в возрасте не старше 7 лет в неограниченном количестве, но без предоставления им отдельных мест для сидения. Аудиозапись периодически напоминает пассажирам об этом в пути. Недавно стал очевидцем того, как кондуктор троллейбуса 10-го маршрута требовала от женщины, перевозившей двух таких маленьких ребятишек, доплатить за одного, так как он (о, ужас!) занимал отдельное сидячее место, замечу не самое комфортное - возле дверей над задним колесом троллейбуса. При этом кондуктор громогласно ссылалась на закон - дети до 7 лет ехать могут бесплатно, не занимая отдельных мест для сидения.

Ну скажите мне, кто-нибудь из пассажиров будет претендовать на место ребенка в троллейбусе? Эту норму, на мой взгляд, вообще уместно применять там, где рассадка производится строго по посадочным местам, указанным в билете. Но никак не в переполненном троллейбусе, где приобретение билета за проезд вообще не гарантирует человеку сидячего места.

Наряду с этим почему-то я совсем не слышу возмущений кондукторов, будь то в троллейбусе или автобусе, по поводу распития пива. А ведь тоже вроде бы звучит по динамику регулярное напоминание о запрете такого распития со ссылкой на федеральный закон. Но, увы, периодически отдельные граждане открыто распивают в салоне пиво, словно усмехаясь над звучащими объявлениями. И в ответ тишина, кондуктора не слышно. Я бы, например, непременно поддержал ее в этом возмущении.

Но вот если у школяра с ранцем за спиной, которому на вид 8-9 лет, не окажется школьной печати на проездном, как об этом благодаря громким нравоучениям кондуктора тут же узнает весь троллейбус. Просто публичная моральная порка в пути состоится… Вот так бы за распитие пива кого-нибудь повоспитывать! Но что-то не получается. Уж хотя бы учеников начальной школы освободили от печатей на проездном, ведь явно видно, что перед тобой не студент. Глядишь, и в школах хлопот с этим штампованием чуть бы поубавилось, у них и без того канцелярщины хватает.

Не могу не сказать об областном законе об административных правонарушениях от 6 июня 2003 года. Во 2-й его статье четко изложен запрет выбрасывать бытовой мусор, окурки и т. п. в подъездах, во дворах, на улицах и площадях, в общественном транспорте и иных общественных местах. Приводятся меры наказания. И что же, кого-нибудь наказали? Вопрос, почему не исполняется закон, который я пытался задавать милицейским начальникам, приводил их в легкое замешательство. Внятного ответа я так и не получил. Что же, не смогла милиция, может, полиция сможет наконец-то исполнять этот очень полезный закон. Будем ждать. А пока с горечью продолжим смотреть, как каждый день эти самые окурки нам под ноги ложатся на улицах родного города.

Железобетонную несгибаемость ведомственной инструкции продемонстрировали мне недавно в Ленинском районном суде Мурманска. Решил я оказать его работникам любезность и доставить служебное письмо, которое они ну очень ждали именно в тот июньский день, с космическим ускорением - нарочным. Но не тут-то было. На входе милая и красивая девушка, судебный пристав, предложила вынуть из карманов все металлические предметы и пройти через рамку металлоискателя.

Поскольку я очень торопился, то, объяснив ситуацию, попросил передать письмо в канцелярию, до которой, как потом оказалось, было всего-то 20 шагов. В ответ услышал: «Нельзя. Не положено!» Попросил пригласить кого-нибудь из канцелярии и опять услышал классическую фразу. Воспользоваться служебным телефоном, а мобильник у меня в тот момент был разряжен, тоже оказалось нельзя. Мимо проходила одна из сотрудниц суда. Попросил ее оказать мне маленькую помощь в переброске срочного документа, но и от нее услышал отточенную фразу «Не положено!» В итоге пришлось проходить спецконтроль, и с третьего захода рамка металлоискателя меня «пропустила».

Должен заметить, в областном УВД, других солидных инстанциях не раз доводилось передавать официальные письма через дежурных. И не было случая, чтобы их не приняли…

В общем, вышел на улицу удрученный такой оценкой моей любезности. И вдруг нахлынули воспоминания. Моя мама работала в 50-х годах в Кольском народном суде. Помню, то деревянное здание, где мне доводилось бывать, располагалось в Коле недалеко от Туломского моста. И обидно вдруг стало мне, сыну судьи, от посещения храма правосудия в веке нынешнем.

Александр МЕЛЕНТЬЕВ, ведущий инженер «Мурманскавтодора».