Красноармеец Торвиев ушел на войну в сентябре 41-го с мирной должности заведующего клубом совхоза «Индустрия». И, еще не добравшись до линии фронта, попал в окружение и в плен - в Карелии, под Лоухами, состав с красноармейцами разбомбили немцы... «Пропал без вести» - пришло извещение семье, уже эвакуированной в то время в Татарстан. И только в 45-м жена и немного подросшие сыновья, вернувшись в Хибины, узнали от очевидцев о судьбе мужа и отца. Он попал в концлагерь в Киркенесе, благодаря хорошему знанию немецкого был там переводчиком. Два раза пытался бежать, после второй попытки его и расстреляли... Останки рядового Торвиева были захоронены позже в братской могиле в Киркенесе. И вот теперь у потомков Александра Яковлевича, которые по-прежнему живут на той земле, что он приехал осваивать в далеком 38-м по комсомольской путевке, появится возможность поклониться его памяти - здесь же, на родной сторонке. Апатитчане решили взяться всем миром и поставить наконец у себя мемориал землякам, не вернувшимся с войны.

- Хорошее дело, давно нужно было это сделать, - говорит Валентин Александрович, сын рядового Торвиева.

Он с женой вырастил здесь двух дочерей, нянчил внуков и внучек, теперь уж правнук и две правнучки подрастают. И конечно, все они придут к мемориалу, который появится в сквере у центральной площади города, вероятно, к лету будущего года.

Каким будет памятный знак, пока никто не знает: еще не подведены итоги конкурса на эскиз. Но горожане уже ждут, когда же опубликуют реквизиты расчетного счета в банке, куда можно будет перевести пожертвования. Ждет и мой собеседник: говорит, что обязательно сделает свой вклад с пенсии.

Известно одно: на мемориале высекут имена тех, кто был призван Кировским военкоматом из Апатитского поселкового совета и Экостровского сельсовета и так и не вернулся с войны. На территории первого, по данным на июнь 1941-го, проживало 4922 человека, на территории второго - 1375. И вот уже год специалисты военно-учетного стола Апатитской администрации ведут кропотливую работу над памятным списком. Они создали базу данных на основе архивных книг мобилизованных и призванных Кировским военкоматом с 1939 года по 1945 год - это 9,5 тысячи имен. Затем началась сверка с книгой учета извещений на погибших в боях с германским фашизмом, врученных их родственникам (таково официальное название) с 22 июня 1941-го по 31 декабря 1946 года, с учетными карточками предприятий, действовавших на территории Кировского района в те годы, со списками эвакуированных, с общей (федеральной) базой данных «Мемориал»... Подключились к работе сотрудники филиала Госархива в Кировске, местные библиотекари, сотрудники архива ОАО «Апатит»... Такая работа позволяет избежать досадных ошибок, которые так нередки в прежних подобных мартирологах. Ведь не секрет, что из-за того, что не все архивные данные были доступны прежним составителям книг памяти и списков на мемориалах, можно там ныне встретить, например, имена людей, благополучно вернувшихся с войны. Не вполне достоверны те списки бывали и по другим критериям, так что апатитчане решили провести собственное архивно-историческое расследование, чтобы точно знать судьбу каждого человека, чье имя будет высечено на памятном знаке.

- Сегодня в нашем уточненном списке 294 апатитчанина, 515 кировчан, 27 жителей поселка Титан, 45 - поселка Зашеек. Это те, кого нет среди 446 фамилий на памятном знаке в Кировске, - говорит начальник военно-учетного стола Сергей Нестерук.

Кстати, предложение создать в городе свой мемориал принадлежит именно ему. Идею с энтузиазмом подхватили городские власти, одобрили ветераны, и теперь она стала уже, можно сказать, общенародным делом.

9 Мая на традиционном совместном митинге, что проводится у мемориала на 16-м километре дороги Апатиты - Кировск, список кировчан будет торжественно вручен властям соседнего города. А работа над списком апатитчан продолжится. Нужно сверить их с картотеками еще нескольких предприятий: на очереди рыболовецкий колхоз Тик-Губы.

Также планируется опубликовать в местных газетах очередную часть списка. Первый такой опыт показал, что этот способ также эффективен в установлении исторической правды. Кто-то из родственников красноармейцев Великой Отечественной звонил потом в военно-учетный стол, чтобы исправить неточно указанное место рождения или призыва своего предка, а кто-то - сообщить, что отец или дедушка вовсе не погиб, а вернулся с войны и долго еще здравствовал. Так, например, получилось с Василием Александровичем Щадриным. Семья получила на него похоронку в сентябре 41-го, эти сведения о гибели бойца и прошли в архивах военкомата. А после публикации дочь Василия Александровича позвонила и сообщила, что ее отец, получив тяжелое ранение, вернулся с войны, жил в Апатитах и работал военруком в городской школе.

Большинство из тех, чьи имена будут увековечены в апатитской книге памяти, призваны были летом 1941-го и погибли в первые же месяцы, а то и недели войны - на Мурманском и Кандалакшском направлениях. Бросился в глаза тем, кто работал с архивами, и необычный весенний призыв 1941 года. Дело в том, что по закону о всеобщей воинской повинности в то время в стране проводился только один призыв - осенний. А в том году Кировский военкомат призвал несколько сот человек в апреле, мае и в июне, еще до 22-го числа... «Страна готовилась к войне», - делает вывод Сергей Нестерук.

Осторожно листаю первую тетрадь книги утрат - той, что заведена была 22 июня 1941-го. На официальных бланках и на разношерстных тетрадных листочках с печатями - горькие вести.

«Командир части уведомляет Вас, что Ваш муж Чумин Павел Сидорович 18 июля 1941 года погиб в бою, мужественно сражаясь с немецко-финским фашизмом. Мы гордимся Вашим мужем, геройски сражавшимся с гитлеровской бандой, не щадя своей крови и даже жизни, за советскую власть, за партию Ленина-Сталина. Память о тов. Чумине как о нашем товарище надолго останется в наших сердцах». Это уведомление получила семья Павла Чумина, одного из тех красноармейцев 56-й отдельной пулеметной роты, что сложили свои головы на перешейке полуострова Рыбачий.

И сколько их здесь, этих листочков, за каждым из которых - огонь, кровь, горе семьи. Самое малое, что мы можем, - постараться сделать так, чтобы время не смыло имена, которые пока еще хранит непрочная бумага. Увековечить их в камне - так будет надежнее.

Зоя КАБЫШ, Апатиты.