«Корпус ледокола «Ермак» - подпись к контуру, очерченному на интернет-карте, вроде бы не оставляла сомнений. В поддержку говорили и публикации блогеров-путешественников. Неужели разобранный на металл еще в 1964 году дедушка не только русского, но и мирового арктического ледокольного флота на самом деле гниет в Кольском заливе?

Ретинское. Мертвый поселок между Мурманском и Полярным. В планах администрации ЗАТО Александровск сделать там городское кладбище. Пока же там лишь кладбище кораблей. 17 судов - добыча металлистов, которые по куску отгрызают от их проржавевших бортов. Во время отлива бывшие суда похожи на мертвых китов, выбросившихся на берег. А вот и то, что мы искали. Огромный, метров сто длиной корпус, узкий, лишенный обшивки. Истерзанный остов, в разы больше товарищей по несчастью, лежит довольно далеко от берега. Единственный ретинский абориген Серега, охраняющий скарб металлистов, авторитетно заявляет, мол, это точно «Ермак». Дескать, его не утилизировали, а сожгли в заливе. И то, что не сгорело, осталось здесь с 1964 года.

Версия, прямо скажем, вызывает сомнения. В 60-е Ретинское было процветающим поселком и никакого кладбища кораблей здесь не было. И если в 30 метрах от берега действительно был затоплен корпус «Ермака», это, скорее всего, стало бы общеизвестным фактом, а не интернет-легендой.

Неужто перед нами всего лишь фейк, мистификация? Детальных замеров мы, конечно, не проводили, но, надо признать, остов в Ретинском конфигурацией и пропорциями сильно напоминает то, что представлено на чертежах «Ермака». В чудо верить хочется, тем более что в нашем отечестве от сюрпризов никто не застрахован. В конце концов, именно так в безвестности сгнили «Святой мученик Фока» Георгия Седова и «Заря» искавшего землю Санникова барона Эдуарда Толля... Так, может быть, «Ермак» вопреки официальной версии дожил до наших дней?

Из ряда вон выходящего с именем дедушки ледокольного флота связано немало. Построенный по личной инициативе и под контролем адмирала Макарова на верфи в Ньюкасле, он стал первым в мире ледоколом, пригодным для работы в Арктике. На нем впервые применили беспроволочный телеграф, изобретенный Поповым, - во время операции по спасению броненосца «Генерал-адмирал Апраксин», вылетевшего на скалы.

Блокаду «Ермак» пережил в Ленинграде. Вооруженным стоял у Дворцовой. Под огнем ходил груженым до Кронштадта. Получал пробоины, терял людей. Одна из самых красивых историй произошла 23 сентября 1941 года в Кронштадте на Большом рейде. По свидетельству историков, 36 самолетов избрали его своей мишенью. На мостике командовал участник Цусимы капитан Михаил Сорокин. Благодаря его маневрам ни одна бомба не попала в корабль. Сам же капитан в тот день лишился слуха - барабанные перепонки не выдержали грохота боя.

Ледовые экспедиции, Северный морской путь, орден Ленина... Вот потому-то, когда пришла весть, что дни «Ермака» сочтены, против его распилки выступили от мала до велика. Хранитель музея истории Мурманского морского пароходства Валентина Карепова снимает с полки целую папку пожелтевших газетных вырезок с открытыми письмами комсомольцев и ветеранов. Даже школьники встали на защиту: 6 июня 1963 года восьмиклассница Дина Гехман в «Комсомолке» предлагала всем пионерам области поддержать начинание ее друзей и собирать металл на строительство ледоколов, чтобы «Ермак» избежал переплавки.

В конце года ледокол получил статус учебного судна для курсантов высшей мореходки. Неужели победа? Увы, мечта сделать из него музей освоения Арктики не сбылась. Что и определило дальнейшую судьбу корабля. Через год он все же был уничтожен - слишком дорого обходился.

- Наши моряки посылали телеграммы в адрес министерства морского флота с просьбой вычитать у них из зарплаты по рублю в месяц на содержание «Ермака», - вспоминает Карепова. - Но в ответ мы слышали лишь, что он слишком дорого обходится бюджету.

Сейчас, когда активисты собирают подписи в защиту ледокола «Арктика», эта история приобретает особое звучание. В самом деле, не слишком ли расточительно мы обходимся со своей историей, с ее живыми свидетельствами?

Капитан Георгий Кононович, начинавший на «Ермаке» старпомом, вспоминал, что прощание с судном состоялось летом 64-го. 17 декабря того же года в 14 часов его, перетащив на кладбище кораблей, подожгли.

По легенде в это время с 92-й базы на машине выезжал будущий капитан «Арктики» Юрий Кучиев. Когда-то он начинал службу 3-м помощником именно на «Ермаке». Увидев зарево пожара, он вышел из машины, снял фуражку и поклонился кораблю. Говорят, на глазах капитана были слезы.

Могло ли остаться что-либо после пожара? По официальной версии все, что не сгорело, пустили на металлолом. Ветеран Мурманского морского пароходства Иван Лопатин - один из немногих живых свидетелей гибели «Ермака». Больше того, он лично участвовал в распилке ледокола. И уверенно опровергает предположения, что останки судна могли дойти до наших дней.

- «Ермак» никто бы не стал топить в заливе, его разделывали на 8-м причале, - говорит Иван Павлович. - Обшивка его была сделана из уникального сплава - английской стали особой прочности. Разбирали долго, постепенно. В общем, никто бы не стал после этого тащить остов корабля в залив и там топить. Этого быть не может.

- Такая же легенда, как та, что якорь у краеведческого музея вовсе не с «Ермака», - подхватывает Валентина Карепова. - Между тем на нем даже шрам сохранился от повреждения, полученного в рейсе ледокола. С другой стороны, я всегда говорю: возможно, переплавленные фрагменты металла с легендарного судна есть в корпусах «Арктики» или «Сибири»...

Так-то оно так, да только оба корабля тоже стоят в очереди на распилку. Кто знает, удастся ли спасти «Арктику»?.. Того гляди, от «дедушки» и теоретических фрагментов-то не останется - одни воспоминания. Может, поэтому так хочется, чтобы найденный в Ретинском остов каким-то чудом имел к нему прямое отношение. Пусть и неправдоподобно, но вдруг?..

Фото: Константин Сушко
Ретинское. Кладбище кораблей.
Татьяна БРИЦКАЯ