С Сергеем Клюшевым мы познакомились много лет назад. Случилось это на острове Партизанском. Там в годы войны базировался партизанский отряд, в котором воевал его отец Владимир Андреевич. Начиная с 70-х годов прошлого века на этом острове ежегодно собираются ветераны, их дети, а ныне уже внуки и правнуки партизан. Место обустраивается, восстанавливаются землянки, в которых жили партизаны. А по вечерам у костра звучат рассказы о боевых подвигах Великой Отечественной, и перед взором мальчишек по-новому открывается та страшная война.

Сын партизана

- Поначалу отец мало что говорил о тех событиях, о партизанах, - вспоминает Сергей Клюшев. - Единственное, я знал, что он исправил цифру в паспорте, прибавил себе возраст и пошел в военкомат. В 16 лет его направили в партизанский отряд. Это было в 43-м году, он участвовал во многих операциях. Потом уже я, будучи офицером, во время службы здесь, в Заполярье, во время встреч с соратниками отца, спроецировал свой собственный опыт на их рассказы и понял, что многие вещи, которые они делали, мы еще долго не сможем осознать. Молодые мальчишки участвовали в уникальных операциях. Отряд располагался на нашей стороне, а вылазки совершались, по сути, за границу. Уверен, то, что сделали наши отцы, заслуживает самых высших наград.

Когда освободили Норвегию, отец Сергея Клюшева пошел в действующую армию. Войну закончил в Польше, затем служил на Северном Кавказе, в Белоруссии, Эстонии. В это время началось сокращение численности Вооруженных сил, и он вернулся в Мурманск, где сначала ходил в море. Потом служил в областном УВД, на пенсию ушел с поста начальника отдела кадров. Владимир Андреевич привык трудиться и на заслуженном отдыхе прожил всего лишь полгода. Не выдержал бездеятельности…

А сын даже не раздумывал, кем быть. Сергей поступил в Бабушкинское пограничное училище, после которого очень хотел попасть служить на Север. Так и случилось, получил направление в Мурманск.

Отец тогда радовался, что сын будет жить рядом, особенно гордился, когда шли они по улице, оба в форме, подтянутые, статные!

На границе

Первое место службы Клюшева-младшего - Мурманский пограничный отряд.

- Командовал отрядом полковник Николай Антонович Уткин, а первым моим непосредственным начальником был легендарный Юрий Александрович Суменков, - продолжает рассказ Сергей Владимирович. - Он приехал сюда из Ленинграда и с собой принес чисто невский задор, коллективизм, манеры, остроту в работе. Тогда рядом со мной, еще салагой, служили взрослые опытные мужчины, настоящие пограничные зубры, но атмосфера была такой, что разницы в возрасте абсолютно не чувствовалось.

Позднее появилась возможность учиться дальше, и в 1977 году Сергей Клюшев уехал в Краснознаменный институт КГБ, сейчас это Академия внешней разведки. Специализировался на Скандинавских странах, Англии и Австралии - вот такой глобальный разброс по глобусу. Тем не менее после окончания учебы он вновь вернулся в Заполярье, на этот раз в Никельский погранотряд. Около трех лет отдал разведотделу, участвовал в погранкомиссарской деятельности, а в 1983-м вернулся в Мурманск.

- Служба была интересно организована, носила передовой и попросту пионерский характер. В таком ключе на наших участках никто больше не работал, и тема эта закрыта до сих пор. Кстати, если бы кто-то в то время имел определенные амбиции, мог бы вполне диссертацию защитить. Так что фундамент, заложенный нами в оперативной работе на границе, поддерживает ее до сих пор.

По горячим точкам

В 1985 году Клюшева направили на боевую стажировку в Афганистан. Офицер-разведчик занимался так называемым разложением глав бандформирований, заводил с ними дружбу, встречался, беседовал, пил «кишмишовку» - самогон из винограда. А попутно добывал информацию. Помогал ему таджик-переводчик, солдат срочной службы.

- Основная служба проходила в Кайсаре. Вокруг наших точек было до 12 бандформирований. Они не только с нами воевали, но и между собой. Соперничали, предавали друг друга. Нам приходилось находить точки соприкосновения, держать контакт. Также мы сотрудничали с местной милицией, согласовывали с ними некоторые мероприятия.

Повидать, как и всем воевавшим в Афганистане пограничникам, Клюшеву довелось немало. И жестокие бои, и гибель товарищей. Не раз приходилось ассистировать при полевых операциях, подавая доктору инструменты и отвлекая раненых разговорами.

Еще одна непростая командировка - на Кавказ, во время печальных событий на азербайджано-иранской границе. Тогда толпы демонстрантов с обеих сторон ринулись кто куда. При восстановлении правопорядка Сергей занимался фильтрацией нарушителей, выявлял агентов и диверсантов - в сутки приходилось проверять сотни людей.

В эти сложные годы по всей стране начались, как говорится, разброд и шатание, общественные волнения. Клюшев, как и многие офицеры в те времена, решил уволиться. Он чувствовал в себе нереализованные возможности.

- Нас так хорошо учили, что мои коллеги могли работать в любой отрасли народного хозяйства. Когда я учился, у нас считалось неприличным пользоваться шпаргалками - все как раз стремились продемонстрировать свои знания. Средний балл на курсе был 4,5.

И когда появилась возможность уйти - ничего не ломая, не разрывая связей - он ушел «на гражданку».

Шведский опыт

В то время, в начале 90-х, с разгаром перестройки, на мутной волне всеобщей «бизнесмании», в страну хлынуло множество псевдобизнесменов, которые начали облапошивать российских граждан. Клюшева пригласили работать в одно из вновь созданных советско-шведских предприятий. Он трудился помощником по внешним связям, затем заместителем директора. Однако шведское начальство оказалось непорядочным - шеф вынуждал отправлять продукцию по заниженной цене, что могло запросто привести к конфликтам с налоговыми органами.

- С уверенностью могу сказать, что совсем неправильно ставить Россию на первое место по уровню коррупции. В нашей стране мы хоть начали о ней говорить, как-то бороться. На Западе же - просто молчат, но все это и у них процветает. Мы не отличаемся от развитых европейских демократий, мы даже лучше, потому что не скрываем ничего. Они же в силу менталитета не говорят о проблеме открыто, предпочитая обсуждать нас.

В итоге Сергей Владимирович уходит из бизнеса и все начинает сначала. В 1997 году в Лулео он представляет интересы Мурманской области в рамках специально созданного русского центра Лулео-Норботтен, занимается контрактами, гуманитарными поставками в Россию, а также помощью нашим гражданам по открытию предприятий за рубежом. Причем, чтобы лучше владеть обстановкой, продолжал обучение и там - окончил несколько практических курсов, «боялся, что мозги заплесневеют».

- Я все видел изнутри. У них такие же бомжи, как у нас, в процентном отношении такое же количество к общему числу населения. А преступность порой такова, что наши уголовники до такого бы и не додумались.

Они все одеты одинаково - как мы в застойное время. Несмотря на наши беды, мы можем позволить себе больше, чем средний скандинавский гражданин, имею в виду покупки и отпуска. Я знаю множество людей за рубежом, которые из своих деревень никогда никуда не выезжали. Их общество, которое мы привычно называем демократией, можно назвать скорее демократурой, так как демократии там как раз маловато. И свобод в России больше. СМИ там все ангажированные. Я сейчас каждый день просматриваю дюжину российских газет, несколько иностранных. Создается впечатление, что даже разные по направлениям газеты там написаны одним человеком. Они не знают, что происходит в мире, но им нравится поучать.

МИД

В 2005 году объявили конкурс на замещение вакантной должности в Мурманском представительстве МИДа. Он опять все бросил и уехал в Москву. Конкурс прошел успешно, сказалось, наверное, что к этому времени Клюшев уже заканчивал учебу в дипломатической академии при Министерстве иностранных дел России.

МИД имеет на территории России 38 представительств в ключевых субъектах Федерации. Старейшие - в Республике Коми и Санкт-Петербурге. Мурманское организовано в 1993 году. Основные задачи представительства - координация внешнеполитической деятельности, помощь губернатору области, а также контроль за соответствием международных мероприятий внешнеполитическому курсу государства.

Местные ведомства начали проводить свои мероприятия, не сопрягая их с тем, что рекомендует государство, а иногда попросту шли вразрез. Потому второе важное направление работы - оказание помощи в проведении государственной линии, в организации информационной поддержки. Также в сферу деятельности МИДа входит выполнение консульских функций, сотрудничество с иностранными диппредставительствами и с теми, кто посещает край. Не без участия представительства МИДа в Мурманской области были сняты ограничения по передвижению иностранцев по дороге на госграницу, несколько городов выведены из пограничной зоны. Задачи важные, способствующие реализации программ развития региона.

Обладая небольшим кадровым аппаратом, представительство МИДа оказывает помощь людям, попавшим в беду за рубежом. Много раз вступал Клюшев в переговоры по защите прав наших моряков, оказывавшихся в инпортах обманутыми, без средств к существованию. Связывался с коллегами, организуя возвращение наших граждан домой. Как-то в Англии погибла студентка, а ее родители не смогли поехать туда забрать тело. История длилась год, девушку кремировали, и уже в ближайшее время родители смогут получить прах дочери.

Различных неприятных ситуаций с нашими согражданами за границей, к сожалению, случается множество - речь идет о десятках в год, когда кроме МИДа им никто не может помочь. В нашем представительстве нет строго определенных часов приема, сюда можно прийти в любое время, получить и консультацию, и действенную помощь.

Северное приграничье

Международные отношения на Севере, особенно пограничные, всегда строились на основе двусторонних соглашений между регионами. Это было очень важно в 90-х годах прошлого века - налаживать работу, когда в постсоветском пространстве была разрушена вся жизненная система, транспортные схемы, логистика. Развивать связи тогда было жизненно важно, приграничная торговля дает существенную налоговую прибавку, позволяет создавать новые рабочие места. Сегодня все это получило новый толчок. Очень показательно, что уже три года подряд министр иностранных дел Норвегии Йонас Гар Стёре начинает новый политический год с визита в Мурманск и Архангельск. Хотя Норвегия - развитая капстрана, член НАТО, он таким образом подчеркивает важность взаимоотношений с Севером России.

Спрашиваю Сергея Владимировича, влияет ли членство Норвегии в НАТО на выстраивание наших контрактов.

- С Норвегии никто не снимал обязательств, которые она взяла на себя, вступая в альянс, - отвечает Клюшев. - Она занимает принципиальную позицию по ряду вопросов, с которыми не согласна Российская Федерация. Это касается Шпицбергена, рыбоохранной зоны вокруг него. Но мы работаем, и диалог, который ведется, дает основания полагать, что приемлемые для обеих сторон решения будут найдены, и мы, и они в этом заинтересованы.

Уверен, экономики Баренцрегиона нельзя рассматривать в отрыве друг от друга. Возьмем Киркенес - судов под российским флагом там намного больше, чем норвежских. Пройдетесь по улицам - удивитесь: многие вывески написаны на русском языке. Это дорогого стоит. Норвежцы заявляют конкретно, что они хотят участвовать в совместных с Россией проектах, и это очень важно.

Повторюсь, - продолжает Сергей Владимирович, - с них никто не снимал ответственности перед НАТО, они не демонтируют свои станции слежения. Но и с нас никто не снимал обязанности быть бдительными. Думаю, что в России сохраняется и должная бдительность, и внимание к настроениям соседа, к событиям, что там происходят. Это нормально. И тот интерес, который сейчас проявляется к Арктике и ее природным богатствам, к Севморпути, требует укрепления сил и средств, которыми мы обладаем. Потому мы должны в том числе держать наш флаг как у берегов Шпицбергена, так и на самом архипелаге.

Он уверен в том, что у нашего региона хорошие соседи. Да, и для нас, и для них на первом плане всегда стояли и будут стоять интересы своих стран, их граждан. Но это не мешает выстраивать добрососедские отношения, дружить, так сказать, домами, развивать социальные, культурные, спортивные связи.

В этом Сергей Владимирович убедился на собственном опыте работы с норвежскими партнерами, а он у него давний - со времен погранкомиссарской деятельности в Никельском пограничном отряде. Как говорит мой собеседник, с середины 60-х годов прошлого века граница с Норвегией стабильна, там служили и служат ответственные люди. С обеих сторон.

...Вспоминая свои пограничные будни, Клюшев говорит, что всегда ему очень везло с коллегами.

- Из того огромного количества людей, с кем я служил и встречался, ни о ком не могу сказать ничего плохого. Меня как-то счастливо миновали различные интриги, сплетни. И я со всеми с удовольствием подниму стакан, нам всегда будет о чем поговорить.

Марина ДОЦЕНКО