На днях состоялся пленум Центрального комитета Общероссийского профессионального союза военнослужащих. Вопросы, которые на нем рассматривались, крайне злободневные. «В условиях значительного сокращения офицерских кадров Вооруженных сил нашей страны, ликвидации института прапорщиков - мичманов важно объединить усилия всех наших региональных организаций, и прежде всего в целях обеспечения прав военнослужащих при их увольнении из рядов армии и флота», - сказал председатель профсоюза Олег Шведков. В ходе работы пленума не раз отмечалось, что профсоюз военнослужащих - это, по сути, обратная связь людей в погонах с государственными органами власти.
Как рассказал председатель мурманской областной организации Общероссийского профсоюза военнослужащих и мурманского регионального общественного движения обманутых военнослужащих Сергей Клименченко, различные профсоюзные организации сейчас стараются максимально поддерживать всех, кто так или иначе связан с Вооруженными силами: «Но когда одни проблемы разрешаются, то тут же возникают другие, и этот процесс кажется бесконечным».
- Сейчас наша главная цель, - говорит Сергей Николаевич, - достучаться до государственной власти. Чтобы не на словах, а реально обеспечивались права военнослужащих и членов их семей. Мы стараемся сотрудничать и взаимодействовать со всеми структурами, ветвями власти. Но проблем с каждым днем становится все больше. Особенно с началом сокращения в Вооруженных силах.
- Можно было как-то спрогнозировать возникающие сейчас проблемы, чтобы их минимизировать?
- Наша организация неоднократно отмечала, что реформу в армии и на флоте министерство обороны проводит непродуманно. Не состоялось и обсуждения концепции изменения так называемого нового облика Вооруженных сил. Все идеи вынашивались в кулуарах Минобороны. А ведь все это чревато серьезными негативными последствиями. В связи с этим все больше теряется доверие к министерству обороны и лично к его руководителю. И поверьте, это не голословно. Приведу такой пример. Когда глава военного ведомства встречался у нас на Севере с военнослужащими, ему был задан вопрос по поводу предоставления жилья уже уволенным в запас и о перспективах решения квартирного вопроса. Сердюков тогда ответил, почти дословно вам говорю, мол, это уже не наши проблемы. То есть не министерства обороны. Это просто возмутительно. Люди всю жизнь отдали военной службе, защищали Отечество, а сейчас, когда они на пенсии, им говорят, что это, по сути, их проблемы.
- В каком из гарнизонов наиболее остро стоит жилищный вопрос?
- Не так давно я выступал перед депутатами Мурманской областной думы. Рассказал им о ситуации, которая сложилась в поселке Высокий, это военный гарнизон Северного флота Оленегорск-8. Там проживают 18 человек, которые оказались, как говорится, меж двух огней. В свое время они служили на флоте. Стояли в очереди на получение жилья, которое выдавалось из фонда командующего СФ. Но в 2005 году этот фонд, по сути, упразднили. И люди, уволенные в запас, но продолжающие жить в служебном жилье, остались ни с чем. Получить квартиры по программе переселения c Севера они не могут, муниципальные власти Оленегорска отказывают им в предоставлении жилья, так как к их муниципалитету поселок фактически не относится. Завтра, возможно, людей попросят выехать из служебных комнат, ведь они уже уволены. И куда им тогда податься? Кажется, что такое 18 человек? Всего ничего. Можно найти возможности и предоставить им жилье. Но, насколько мне известно, на сегодня только по Северному флоту порядка 2000 военнослужащих, уволенных в запас, не обеспечены жильем. Около трех тысяч подлежат увольнению в первой волне сокращения в рамках нынешней реформы. А ведь планируется сократить на Северном флоте еще почти пять тысяч человек. Итого получается десяти тысячам военнослужащих необходимо предоставить жилье. Причем обращаю ваше внимание - постоянное жилье. Это значит, их должны обеспечить отдельными квартирами.
- Вы назвали проблемным поселок Высокий. А в других гарнизонах ситуация лучше?
- Проблемы есть везде. К примеру, в Гаджиеве проживают военнослужащие, уволенные еще до 2002 года. Они потеряли всякую надежду на получение жилья на Большой земле. В 1998 году была издана директива командующего СФ, в соответствии с которой моряки были включены в очередь на получение жилья за пределами Кольского полуострова. Действительно, ряд военнослужащих успели получить по этой программе квартиры. Но в 2002 году на флот пришла директива заместителя министра обороны - начальника строительства и расквартирования войск, по которой все жилье, поступающее на Северный флот, предназначалось исключительно для вновь увольняемых в запас. Потому те, кто уже оказался в запасе, остались ни с чем. Неоднократно офицеры и мичманы запаса обращались к командующему Северным флотом (начиная от Попова и заканчивая Высоцким), главкому ВМФ, начальнику расквартирования войск министерства обороны, к министру обороны, в Общественную палату РФ, аппарат уполномоченного по правам человека в РФ и так далее. Но все письма и обращения переадресовывались в приемную министерства обороны, а оттуда - обратно на флот. В итоге люди продолжают жить на Севере.
- Есть ли выход из сложившейся ситуации?
- Во время Великой Отечественной войны на Кольский полуостров была направлена английская эскадрилья. Причем перед тем, как прибыть летчикам на Север, британские власти создали для них все условия. Построили с десяток добротных домов. Некоторые из тех построек до сих пор стоят в Североморске. Этот факт я привел как свидетельство того, что государство должно заботиться о социально-бытовых условиях своих военных. А у нас? Куда ни кинь - один клин. Вот так называемая программа «Сержант». В ее рамках ЗАТО Североморск должны были перечислить огромные денежные средства на строительство новых домов для контрактников. Предполагалось, что сюда будет инвестировано более восьми миллиардов рублей, в другие ЗАТО области еще порядка 1,2 миллиарда. Но у нас в каждом гарнизоне, в каждом ЗАТО стоят дома, которые требуют только капитального ремонта и затем в них можно спокойно заселять людей. На деньги этой программы лучше построить дома в средней полосе, где и само строительство обходится гораздо дешевле. Этим проблему с переселением можно было бы частично решить. Ведь уезжая с Севера, люди оставляют прежнее жилье. А на их место можно и контрактников заселить.
- Вы обращались со своими предложениями к властям?
- Поверьте, не раз. Но все сводится к одним разговорам. И потому мы предложили нашим военнослужащим обращаться по вопросам обеспечения жильем напрямую в приемную президента, которая находится в Мурманске. Однако все их письма были перенаправлены в министерство обороны, а затем в жилищную группу штаба ВМФ, которая, по сути, ничего решить не может. Вот и получается замкнутый круг. 17 марта я надеюсь встретиться с представителем местного регионального парламента Александром Крупадеровым. Я ему передам все отписки из министерства обороны. Еще раз укажу на проблемы в военных гарнизонах. Но, честно говоря, надежды, что что-то изменится уже мало.
- Чем же вызван такой пессимизм?
- Сами посудите. Да, военнослужащим сейчас предоставляются сертификаты на получение жилья за счет государства. Но возникает серьезная загвоздка. Сертификаты рассчитаны на очень низкую цену на жилье, к тому же по минимальному метражу. Маленьких квартир сейчас, к сожалению, не строят. А значит, военнослужащим необходимо из своих средств доплачивать. Но увольняемым в запас изыскать даже триста тысяч рублей проблематично. Скажете, пусть устраиваются на работу, но это тоже большая проблема. Финансовый кризис отражается уже и на гражданских, безработица увеличивается. А предприятиям, кто еще на плаву, нужны опытные специалисты и желательно молодые. А офицеры… У них гражданских специальностей, как правило, нет. Да и возраст, простите, тоже сказывается. Кому нужен работник, которому за 45 лет? Да, Анатолий Сердюков неоднократно говорил, что проблему с трудоустройством военное ведомство будет решать совместно с местными властями. Но это все разговоры. Даже в главной базе СФ, Североморске, сложно найти хорошо оплачиваемые гражданские должности, требуются в основном рабочие - грузчики, дворники. А в малых гарнизонах, таких как Видяево, Гаджиево, Западная Лица, Килпъявр, я уж не говорю об Африканде, - их вообще практически нет. Поэтому при дальнейшем сокращении военнослужащих мы прогнозируем напряженную ситуацию в регионе. И как следствие, вспышку преступности. А что еще можно ожидать от хорошо обученных военному делу ребят, которые не имеют жилья, работы, то есть средств к существованию?
- Ваши дальнейшие действия?
- Вообще, нынешняя реформа, на мой взгляд, - это сокращение ради сокращения. Я, конечно, понимаю, что государство хочет снять с себя груз финансовых проблем. Но почему-то никто не думает о людях.23 февраля мы проводили по этому поводу митинг. Хотели, чтобы власти услышали нас, помогли достучаться до министерства обороны. Мы заявили, что политика сокращения ведет к губительным явлениям для всего государства, что грубо попираются права людей в погонах, если в ближайшее время ничего не изменится и реформа продолжится в том же формате, мы перейдем к более серьезным акциям. Конечно, с оружием никто на улицу выходить не будет. Это в первую очередь противозаконно. Но члены нашей организации уже приняли решение - если к нашему мнению в военном ведомстве не прислушаются, мы готовы начать голодовку. Причем массовую. Во всех военных гарнизонах. Мы понимаем, что действующие военнослужащие пока еще к нашей акции не примкнут, хотя не исключаю и их участие, но ряд ветеранов Вооруженных сил и уволенные в запас начнут голодать. Эту акцию планируем провести во второй половине нынешнего года.
