- Да хоть с гранатометом меня снимайте, могу из него пострелять, - смеется под прицелом фотоаппарата миниатюрная женщина в омоновской форме. И говорит, кстати, чистую правду: старший лейтенант Анна Романчук одна из самых метких женщин в мурманской милиции, на всех местных соревнованиях получает награды. Она стреляет из всего, что есть на вооружении в ОМОНе, включая, скажем, пистолет Ярыгина - тот самый, который в кобурах будущих полицейских должен сменить старый добрый ПМ.
150 мужчин - вот ее зона ответственности, моя героиня - фельдшер, на ее плечах забота о здоровье всего отряда. Мужчины, как известно, медицины побаиваются, за самочувствием следить любят не особенно, так что приходится Ане воспитывать этих дюжих мужиков, как малых детей. Одного на прививку направь, другого на анализы, с третьим просто по душам поговори - тоже от иных недугов помогает.
- В мужском коллективе работать одно удовольствие, - уверена моя собеседница. - Легче, проще... За без малого шесть лет в отряде не было ни одного дня, чтобы на работу идти не хотелось.
Честно скажу - совершенно солидарна я с Аней насчет того, что мужчины порой проще и искренней нашего прекрасного пола. Так что и работа с ними спорится, и дружба клеится. И все же полторы сотни больших мальчиков вокруг не шутка, их, небось, и «строить» приходится.
- Еще как! - смеется Аня. - Но вообще, самая трудная задачка для нас, женщин (их в отряде кроме меня еще трое), - 23 Февраля. Представляешь, сколько подарков нужно? Мы обязательно в этот день на всех парней накрываем стол, вкусненького побольше приносим.
- Зато все труды вам, наверное, 8 Марта компенсирует? - спрашиваю.
Романчук смеется, уже, мол, ждут не дождутся этого праздника!
Если серьезно, то самое тяжелое в работе Ани - отправлять бойцов на Кавказ. Дважды в год мужчин провожают в эти опасные полугодовые командировки, перед поездкой фельдшер строго контролирует состояние здоровья каждого, ведь именно врачи определяют, кому следует, а кому нежелательно отправляться в горячую точку. За плечами мурманского ОМОНа есть потери, тем тревожнее бывает в день отправки очередной смены... Впрочем, о плохом в отряде говорить не принято: не буди лихо. Не случайно даже на перроне, провожая ребят, не плачут, а шутят.
Есть в мурманском отряде особенность, которую всегда замечаешь, лишь переступая порог: атмосфера очень теплая, поговоришь с бойцами - и на душе хорошо становится. Хоть и специфическая у них профессия, рисковая - а парни острословят да смеются, и ни слова о плохом. Вот и сейчас появление рядом с любимым фельдшером нашего фотокора вызвало значительное оживление: офицеры, как мальчишки, наперебой бросились предлагать Ане для фотосессии свои «стволы» - у кого круче! Тут тебе и Стечкин, и Макаров, и СВД...
- Ты на портрете, как настоящий снайпер будешь! - восклицает один.
- Нет, как диверсант! - подшучивает второй.
- Ну разве с ними серьезной можно оставаться? - разводит руками Романчук. - Как дети!
Впрочем, по признанию лейтенанта, защищают ее товарищи совсем не по-детски, по крайней мере, за всю жизнь навыки рукопашного боя, которыми, между прочим, тоже отлично владеет, ни разу не понадобились...
Надежная защита у Ани и дома - муж, в которого влюбилась когда-то с первого взгляда. Он и сам в прошлом человек в погонах, военврач, так что жена надела форму именно по его решению. Сначала служила в морском отряде внутренних войск, потом вот в ОМОН пришла.
Сейчас Анюта много работает с молодым пополнением - читает лекции в центре профподготовки областного УВД, учит ребят навыкам медпомощи. Занимается с «зелеными» бойцами и у себя в отряде: среди них попадаются очень толковые, вот только железное здоровье среди кандидатов на службу, увы, в дефиците. Медкомиссию порой проходит успешно один из десяти. Да и физподготовка у юношей ой как хромает - а без нее в отряд не попасть.
Две дочки, которые ждут Аню дома, в милицию пока не собираются. Старшей четырнадцать, мечтает стать архитектором, о погонах и не думает.
- Она посмотрит, как меня среди ночи по звонку поднимают, как я утром, бывает, по тревоге бегу - говорит: «Нет, мне такой жизни не надо!», - смеется старлей. И добавляет:
- А мне нравится...