Речь идет не столько о квадратных метрах, сколько о доверии к государству, которое их обещало.

Гладко только на бумаге

Квартирная проблема для Вооруженных сил в настоящее время очень актуальна. Правда, в последнее время решение проблемы сдвинулось с мертвой точки.

18 марта 2011 года в Академии Генерального штаба прошло расширенное заседание коллегии министерства обороны России, в котором принял участие главком Вооруженных сил России Дмитрий Медведев. Выступая перед собравшимися, президент отметил, что «пятый и безусловный приоритет, … - это социальный статус офицера, включая… усиление социальных гарантий военнослужащих и военных пенсионеров». Правда, Дмитрий Медведев в этот раз ни словом не обмолвился о квартирной проблеме военнослужащих. Это сделал министр обороны Анатолий Сердюков. Выступая с докладом, он сказал: «Одним из приоритетных направлений является решение жилищной проблемы. Президент Российской Федерации поручил в 2009-2010 годах обеспечить жильем 90 700 военнослужащих, тех, кто встал на очередь на получение квартиры до 1 января 2005 года. Свои обязательства мы выполнили в полном объеме».

Оказывается, было приобретено даже не 90 700 квартир, а 98 500. Вот и хочется спросить у министра обороны, почему же тогда ждут жилье тысячи офицеров на Кольском полуострове?

Только в Мурманской области ожидают квартиры от государства более 1800 семей военнослужащих, уволенных в запас до 2005 года, и сейчас на Северном флоте потребность в жилье в связи с проведенными и ожидаемыми организационно-штатными мероприятиями и плановым увольнением военнослужащих в запас составляет 1954 квартиры. В отделе по учету, распределению жилой площади и переселению Североморска значится 829 военных пенсионеров, ожидающих квартиры по переселению. При этом средства, выделяемые на строительство жилья по отселению в 2010 и 2011 годах, были урезаны в два раза по сравнению с 2009 годом.

Но если бы речь шла только о военнослужащих и членах их семей Северного флота. В ходе реформы Вооруженных сил страны сокращено только офицеров более 100 тысяч человек, еще больше прапорщиков и мичманов. Потребность в квартирах в таком случае значительно выше, нежели 90 тысяч, о которых шла речь в докладе министра обороны. Значительная часть квартир, построенных по заказу военного ведомства, оказались с браком, и их необходимо доделывать. В результате только на Северном флоте около 230 военнослужащих не смогли получить уже распределенное им жилье в Санкт-Петербурге и Московской области из-за расторжения контрактов с застройщиками. Им решено предоставить квартиры в микрорайонах Шушары и Осиновая Роща в Ленинградской области. Заселение предполагается в конце 2011 года.

Есть и более вопиющие факты, о которых говорил руководитель главной военной прокуратуры России Сергей Фридинский. Он заявил, что зачастую увольняемым в запас военнослужащим вручались ордера на квартиры в не построенных еще домах. Он привел в качестве примера подмосковный город Чехов, в котором ЗАО «Московская областная инвестиционно-строительная компания» не выполнила ни одного контракта из заключенных с министерством обороны. А офицерам выдавались ордера в дома, под которые были вырыты лишь котлованы под фундаменты.

11 апреля в Североморске находился Кирилл Никифоров, начальник отдела финансового сопровождения госконтрактов 2-го управления (мониторинга жилья и контроля гособоронзаказа) департамента государственного заказчика капитального строительства министерства обороны. Депутат Мурманской областной думы от Североморского избирательного округа Вячеслав Рукша задал ему вопрос: почему тормозится отселение военнослужащих, уволенных в запас из ЗАТО, не создаются рабочие места. На что поступил обескураживающий ответ: «Да, сложности есть. У нас построено много жилья, но оно пустует».

Присутствовавшие на встрече офицеры возразили: микрорайоны, часто построенные на окраинах городов и поселков, больше похожи на резервации, а не на места для нормального проживания. Ведь офицерам, которые уволились в запас в возрасте 40-50 лет и еще полны сил и желания трудиться, нужно кормить семьи, учить своих детей, нужна работа. Дома же построены в таких местах, где о трудоустройстве даже мечтать не приходится. На пенсии же военных пенсионеров, которые стали ниже трудовой пенсии, прожить просто невозможно. К примеру, на окраине Томска, где нет ни школ, ни детских садиков, ни магазинов, возведено 1200 квартир для офицеров и прапорщиков, уволенных в запас. Жить в таких условиях согласилось всего 250 семей.

Ситуация вообще непростая. Значительная часть офицерского корпуса разочаровалась в бесконечных обещаниях высшего военного руководства. И это не голословное утверждение, а результат опросов военнослужащих. По-видимому, чтобы снять социальную напряженность, на Северном флоте недавно побывала еще одна представительная делегация, в которую вошли статс-секретарь - заместитель министра обороны РФ Николай Панков, заместитель министра обороны РФ Татьяна Шевцова, главнокомандующий ВМФ адмирал Владимир Высоцкий, начальник штаба Западного военного округа адмирал Николай Максимов, сотрудники главного управления кадров и других центральных управлений минобороны. По информации Татьяны Шевцовой, к 100 тысячам квартир, закупленным для военнослужащих, уже законтрактовано строительство еще 50 тысяч квартир, а жилищную проблему военное ведомство намерено решить к 2013 году. Сейчас же нуждаются в жилье 120 тысяч офицеров, прапорщиков и мичманов.

Уволить и забыть

Не минула участь остаться без квартиры от министерства обороны и меня. Кадровыми органами Кольского корпуса ПВО я был поставлен на очередь в Московском районе Нижнего Новгорода еще в 1995 году, в 2002-м узнал, что вычеркнут из нее по причине проживания в ЗАТО. Чиновница, ведающая квартирным вопросом, сказала: «Нужно было получать ГЖС и покупать жилье». На мое возражение, что за эти деньги в Нижнем Новгороде купить квартиру было бы невозможно даже на вторичном рынке, последовал обескураживающий совет: «Купили бы комнату в бараке». Не стал я ей рассказывать о своей службе, хотя, наверное, нужно было бы. Ведь правильно говорят - сытый голодного не разумеет.

Когда я смотрю на офицеров, которые служат в Москве, Санкт-Петербурге и получили законные квартиры, радуюсь за них, тем более что многие из них были моими сослуживцами, вкусили все тяготы и лишения воинской службы на точках ПВО. С другой стороны, берет обида за тех, кто завершил свою военную карьеру в богом забытых гарнизонах, на точках, и остался ни с чем.

Недавно ездил с супругой в Киркенес, остановились на 34-м километре дороги Никель - Мурманск. Поднялись на сопку к первому своему совместному жилищу. Здесь, после окончания Горьковского зенитно-ракетного училища, начиналась моя офицерская служба, здесь я получил первую комнатенку в пристройке с земляным полом, который застелил брезентом, потом были «хоромы» из маленькой кухоньки и комнатенки в финском домике на четыре семьи. Естественно, печное отопление, привозная вода из водовозки, которая с трудом и не всегда забиралась на сопку. Из этого домишки отвез жену в роддом, а сам через полтора часа убыл к новому месту службы на полуостров Рыбачий, в зенитно-ракетный дивизион Зубовка. Жену с дочерью забирали из роддома соседи, дай Бог им здоровья, дочь я увидел лишь через месяц. После этого было еще шесть мест службы, более десятка смененных квартир, лишь в звании майора, через десять лет офицерской службы в моем жилье наконец потекла вода из крана, а комнаты стали обогреваться от центрального отопления.

Приходилось жить и в квартирах сослуживцев, уезжавших в отпуска, и в гостиницах. Всякое было. Но я хотя бы получил квартиру в Североморске, которая дворцом показалась, и 12 оставшихся лет до увольнения в запас жил в благоустроенной квартире, в ней живу и сейчас. Собственно говоря, в жилье в центральной полосе России сейчас я особо не нуждаюсь: в Североморске рядом со мной живут дочери с внуками, работой обеспечен, а кому я буду нужен на исходе шести десятков лет в новом городе? С другой стороны, хочется оставить детям хоть какое-то наследство. Да и понимаю, что за 27 лет службы Отечеству оно могло бы предоставить достойное жилье по избранному месту жительства. Но речь сегодня не обо мне. О тех тысячах офицеров и членах их семей, так и не вкусивших прелести проживания в благоустроенных квартирах, об их женах, поехавших за мужьями в отдаленные гарнизоны, ждавших их возвращения из полетов, из дальних походов, с войн, которыми был богат конец XX и начало XXI века.

На пресс-конференции я задал вопрос Татьяне Шевцовой по поводу этой категории военнослужащих, на что получил ответ, что готовится указ президента РФ по данному вопросу, но выделение квартир не предусмотрено.

Есть еще один аспект у данной проблемы. Если бы государство выполнило передо мной свои обязательства в 1996 году, я, имея семью в составе четырех человек, получил бы трехкомнатную квартиру. Сейчас дочери вышли замуж, жена получила по дарственной квартиру, и теперь согласно требованиям министерства обороны я мог бы получить в лучшем случае однокомнатную квартиру. Хотя как уволенный до 2005 года должен получать ее по отселению от муниципалитета. Но, согласитесь, одно дело получить квартиру бесплатно, другое - доплачивать за лишние метры приличную сумму.

Кстати, у меня есть еще один вопрос: почему право на льготы по коммунальным услугам имеют только офицеры и прапорщики, а их жены лишены этого права? Разве они не в полной мере вкусили «прелести» тягот и лишений воинской службы вместе с мужьями? Понятно, что жене офицера, всю жизнь прожившей в «приарбатском военном округе» в пределах Садового кольца, не приходилось полоскать белье в прорубях рек и озер, топить снег, чтобы постирать пеленки, растапливать печки и выносить золу. Но ведь сотни тысяч боевых подруг военнослужащих в полной мере испытали на себе все эти «удобства» кочевой офицерской службы.

Почему в нашей стране в критических ситуациях обращаются к человеку в погонах, называя его цветом нации, надежей и опорой, посылая на смерть, а когда опасность или критическая ситуация отступают, он переходит в разряд дармоеда, нахлебника? Почему жен офицеров называют надежным тылом офицеров, а потом поворачиваются к этому тылу... спиной.

Недавно довелось услышать от одного из офицеров запаса страшную по своей сути то ли байку, то ли истинное намерение офицера-подводника, который сказал, что готов написать письмо американскому президенту, чтобы его зачислили в резерв подплава США в обмен на получение квартиры. Неужели мы доживем до такого позора?..

Бывает по-другому

Мне дважды пришлось побывать в иностранных армиях: на военно-морской базе шведского ВМФ и в норвежской егерской бригаде. Когда я был в доме начальника штаба бригады Туре Линга и удивился его апартаментам, он сказал: «Ничего, у вас начались реформы, может, и вы так будете жить». Сложно было объяснить норвежскому подполковнику, что реформы, проводимые в наших Вооруженных силах, мягко говоря, не всегда проникнуты заботой о военнослужащих. На вопрос, а есть ли у них в бригаде бесквартирные офицеры, Туре Линг вначале даже не понял суть вопроса: как это офицер - и без квартиры? Он ведь Родине служит.

Что касается закрытых городов, брошенных гарнизонов, то и к этой проблеме у нас и у «них» относятся по-разному.

Несколько лет назад довелось побывать в шведском городе Карлскрунна, где расположен штаб 3-й флотилии шведского ВМФ и военно-морская база. Военно-морской флот Швеции после развала СССР подвергся значительным сокращениям. Многие объекты военной инфраструктуры базы флотилии в Карлскрунне оказались не у дел, но с ними в отличие от нашей действительности обошлись по-хозяйски. Здесь невозможно увидеть разграбленные, с заколоченными окнами здания и сооружения, брошенные предприятия. Даже бывшая военная тюрьма оказалась востребованной предпринимателями. Лет за 10 до сокращения флота власти города, население которого в основном было занято обеспечением деятельности военно-морской базы, задумались о том, как лучше использовать все те объекты инфраструктуры флота, которые перейдут к ним после сокращений шведского ВМФ, как не допустить роста безработицы. Муниципалитет привлек лучших специалистов страны для разработки программы конверсии целого города с населением в 61 тысячу человек.

Чтобы заинтересовать потенциальных покупателей бывших военных объектов муниципалитет взял большой кредит на проведение ремонта, модернизации и реконструкции зданий и сооружений, провел мощную рекламную кампанию в СМИ. Всего муниципалитетом на эти цели было израсходовано 700 миллионов крон. Но деньги налогоплательщиков оказались потраченными не зря. Сегодня затраты возвращаются в бюджет города в виде солидной арендной платы в виде налогов от прибыльной работы десятков частных предприятий, появившихся в Карлскрунне, значительной частью которых владеет муниципалитет. Не удалось допустить и роста безработицы.

Сегодня Карлскрунна из города-гарнизона превратился в промышленный центр юга Швеции, в наукоград, где по инициативе муниципалитета появился технический университет, ориентированный на подготовку специалистов для предприятий, занятых выпуском продукции высоких технологий, где открыли свои филиалы крупные шведские и зарубежные компании. Здесь нашли работу и уволенные в запас офицеры ВМФ Швеции.

Доживем - увидим

Министерство обороны РФ обещает до конца года решить проблему предоставления квартир военнослужащим Северного флота, увольняемых в рамках формирования нового облика Вооруженных сил. В течение ближайших месяцев министерство обороны РФ выделит квартиры всем военнослужащим Северного флота, которые были уволены и не получили жилье. Для этого будет разработана специальная ускоренная процедура оформления документов. В министерстве определены люди, которые будут заниматься только вопросами военнослужащих Северного флота. Также министр обороны дал жест-кое поручение наказать тех офицеров, которые допустили увольнение военнослужащих без предоставления квартир. Об этом же шла речь и в ходе работы представителей министерства обороны на Северном флоте. Но, побывав на этих встречах, мне хочется сказать словами Станиславского: «Не верю».

Военный журналист полковник Виктор Баранец в статье «Меняю любовь к Родине на квартиру» недавно высказался еще более жестко: «Жаль, что нет такой статьи в Уголовном кодексе. Возможно, что она квалифицировалась бы как «авантюрная ложь в особо крупных размерах».

Юрий БАНЬКО, подполковник в отставке.