Ровный, тихий голос, мягкая улыбка и ни единой попытки отвести глаза в сторону за все время разговора. Я «пытаю» его уже полтора часа, а собеседник не делает даже намека, что назойливому журналисту пора бы и честь знать. Хотя регулярно врывающиеся в нашу беседу телефонные звонки не оставляют сомнений: этот будний день, как, собственно, и все остальные, не предусматривает времени для праздных разговоров. Одно слово - дипломат.
Впрочем, повод задать руководителю представительства МИД России в Мурманской области Сергею КЛЮШЕВУ множество вопросов вполне уважительный. Сегодня в России отмечается День дипломатического работника.
- Сергей Владимирович, мы довольно много знаем о том, как развиваются наши международные отношения, и в частности, здесь, на Севере, но очень мало знаем о тех, кто готовит эту «кухню». По-вашему, что за «повар» современный дипломат?
- Как известно, дипломатия - это прежде всего искусство компромиссов. Отсюда и требования к сотруднику службы - он должен уметь сложить все составляющие ситуации таким образом, чтобы соблюсти интересы государства. Но в случае, когда стороны не достигают какой-то единой точки зрения, а бывает и такое, не впадать в панику и не хлопать дверью... К примеру, недавно госпожа Клинтон, касаясь ситуации по Сирии, произнесла фразу «Америка в отчаянии». Так вот, даже будучи внутренне в отчаянии, дипломат должен оставлять возможность для продолжения диалога, чтобы в конце концов вывести ситуацию к решению, которое бы устраивало все стороны и в то же время соответствовало интересам государства.
- По-моему, для этого нужны какие-то нечеловеческие нервы. Какие же качества необходимы такому профессионалу?
- Как говорил Карлсон в известной сказке - «спокойствие, только спокойствие». Холодный здравый ум, умение видеть перспективы, составлять краткосрочные и долгосрочные прогнозы, поскольку дипломат занимается в том числе серьезной аналитической работой. А для этого необходимо доскональное знание обстановки и предмета, о котором идет речь.
- Допустим, знания можно приобрести, аналитические способности развить. Но что делать с характером?
- Понятно, что все люди разные. Но в нашем случае характер - это постоянная работа над собой. И это касается всех дипломатов. Но и характер еще не все. Обязательное условие для дипломатического корпуса - жесткая дисциплина. Ведь дипломатия имеет довольно четкую иерархическую структуру. Кому делегированы полномочия осуществлять внешнюю политику государства? Руководителю МИД. Он, в свою очередь, делегирует в разные страны послов, которые являются, условно говоря, продленной рукой руководителя государства. Остальные дипломаты оказывают содействие послу в осуществлении его функций. Отсюда выстраивается вся эта вертикаль и, соответственно, требования к поведению сотрудников диппредставительств.
- Чего категорически, ни при каких условиях, не может позволить себе дипломат?
- В данном случае надо исходить из указа президента «О координирующей роли МИД России в проведении единой внешнеполитической линии РФ» и Кодекса этики и служебного поведения федерального государственного служащего в системе МИД РФ, где четко расписаны все обязанности сотрудника службы.
К примеру, вряд ли дипломат может себе позволить, находясь при исполнении, так сказать, высказывать свое частное мнение.
- А если он имеет какие-то свои внутренние убеждения, которые идут вразрез с позицией власти?
- Но он работает на государство. Отсюда, собственно, и вытекают все правила игры. К примеру, мы не можем быть членами политических партий.
- Попробую зайти с другой стороны. При назначении представителя нашего государства на какой-либо пост, допустим в ООН, изначально учитывается его мировоззрение или оно должно быть таким, каким прикажут?
- Ну, во-первых, на такие высокие должности назначаются сотрудники в ранге посла. Это очень высокий ранг, и обладающие им дипломаты проходят достаточно длинную карьерную лестницу. Конечно, подразумевается, что дипломат, работая на государство, соглашается с той единой выработанной линией, которая предлагается ему для озвучивания.
Другое дело, когда возникают какие-то вопросы. Я уже упомянул, что МИД занимается серьезной аналитической работой и мнения дипломатов, расставленных на различных местах, в различных странах и организациях, принимаются в расчет при подготовке и выработке решений. Как раз в этот момент, когда делаются прогнозы, обладая разносторонней многопозиционной информацией, дипломат может высказывать свое мнение. Но все это касается уже внутренней кухни.
- То есть дипломат таки может иметь свою позицию?
- Свою точку зрения.
- Чего еще не может себе позволить дипломат? Скажем, опоздать на мероприятие, не уметь пользоваться столовыми приборами?
- Знание протокола, каких-то правил этикета и так далее, конечно, важные моменты. Но они находятся, наверное, месте на 16-м из всего, что должен уметь профессионал.
- Назовите тогда несколько первых позиций?
- Обязательное знание предмета. Затем, должен уметь вести себя адекватно в сложных ситуациях. Ведь не секрет, что дипломаты, ведя переговоры, вступают в дискуссии, иногда весьма острые. И нужно уметь аргументированно доказывать свою позицию. Причем в соответствующей форме, которая не вызывает раздражения у партнера, а наоборот, подтолкнет его к диалогу.
Это достаточно непросто, и не только психологически. Бывает, прихожу домой после какого-нибудь приема и набрасываюсь на ужин. Жена удивляется, мол, что ж ты там не поел? А дипломат на такое мероприятие приходит не есть, а работать - пообщаться как можно с большим количеством людей.
Еще одно необходимое условие для профессионала - аналитические способности. Ну и, разумеется, дипломат должен быть застегнутым на все пуговицы.
- А улыбка - это обязательная «форма одежды»?
- Улыбка вызывает доверие. Но иногда бывает непросто улыбаться, когда обсуждаются сложные, а то и неприятные темы, и у сторон разные позиции. Но лицо надо держать всегда. Хотя, повторю, это лишь видимая часть айсберга, главная работа - это бумаги и аналитика.
- Такое впечатление, что в последнее время это еще и скандалы. Скажем, с дележкой детей между мужьями-иностранцами и россиянками. Кажется, Мурманскую область такая участь миновала?
- Ну почему же? В эти дни, к примеру, в Норвегии идет процесс как раз по такому делу. Там активно к работе подключилось консульство России в Киркенесе. Суть в том, что отец нашел возможность через местные органы опеки оградить ребенка от матери. Она мурманчанка, имеет российское гражданство. Развелась с мужем, и вот результат.
- То есть и в нашем регионе таких историй много, но не все выплывают на поверхность?
- Конечно. А зачем шуметь-то? Откровенно говоря, мы вообще редко прибегаем к помощи прессы. Стараемся решать эти да и другие вопросы в рабочем порядке. Иногда удается добиться положительного исхода, иногда нет.
К сожалению, наши соотечественницы не всегда тщательно взвешивают свои действия, выходя замуж и отправляясь жить в другую страну. Не знакомятся с обычаями, не учитывают менталитет, не всегда учат язык и даже на консульский учет не встают, что мы настоятельно рекомендуем делать всем, кто надолго выезжает из России. Потом нередко - конфликт, развод, ребенок...
Но мы, конечно, стараемся помогать, насколько это возможно. И не только в таких случаях. Хотя у нас нет своего бюджета для таких целей, если ситуация требует, связываемся с другими организациями и ведомствами, координируем их работу, пытаемся изыскать средства. Такая необходимость, к примеру, возникает в случае гибели нашего соотечественника за пределами страны. Бывает, что родственники (допустим, пожилые родители) не в состоянии сами оплатить транспортировку тела в Россию.
Сейчас много говорят о необходимости изжить бюрократию. Не хочу хвастаться, но могу заверить, что в стенах нашего территориального представительства ее нет. Ни одна бумага не лежит на столе больше одного дня. Мы даже график посещения для граждан не составляли, поскольку со своими проблемами люди могут приходить к нам в любое время в течение рабочего дня. Если ситуация серьезная, то и рабочим днем ее решение может не ограничиться.
- Как изменились международные отношения в последнее время?
- Мне действительно есть с чем сравнивать. Как мурманчанин за этим процессом я наблюдал с 80-х годов. И помню в 1981-м самый первый грузовик с колбасными изделиями и сливочным маслом, пришедший из Норвегии по линии приграничной торговли. До этого момента все подобные грузы шли только через Ленфинторг.
Представить тогда, что через некоторое время мы начнем спокойно ездить за границу, было невозможно. А грузопоток сегодня увеличился настолько, что недавно отстроенный пункт пропуска через границу «Борисоглебский» не справляется с объемами, и стороны сейчас собираются строить новые пункты.
Совсем недавно как фантастическую мы обсуждали идею об открытии границ для жителей 30-километровой зоны как с норвежской, так и с российской стороны. Сегодня такое соглашение - факт и сейчас завершаются последние штрихи для того, чтобы запустить его в действие. Думаю, это будет сделано уже к середине нынешнего года.
Сейчас на повестке дня совсем другие задачи - об организации вообще безвизового режима. Я думаю, что это очень реально с учетом современных интересов и экономики России и наших стран-партнеров Норвегии и Финляндии. Даже несмотря на определенный пессимизм, который время от времени возникает у участников процесса. Надеюсь, эти реалии могут оказаться скорыми, но пока не назову вам сроки, поскольку переговоры такого рода проходят в закрытом режиме.
- Публике предъявляется только результат?
- Конечно. Согласитесь, было бы глупо, чтобы все детали выкладывались на обсуждение публики, которая будет интерпретировать это на свой лад. Ведь иногда даже в русском языке нам требуется переводчик, чтобы понять друг друга. Вот и в таком процессе высок риск навредить, забегая вперед. А зачем вредить тому, что имеет благие цели? Но могу заверить, что работа идет очень серьезная, и есть определенный оптимизм, что мы придем к результату.
- Разговаривая с дипломатом, невозможно не спросить о международной ситуации, складывающейся вокруг Арктики. Нет ощущения, что градус поднимается?
- Градус сейчас поднимается на Ближнем Востоке. Здесь у нас такого ощущения нет.
У нас сложились очень деловые отношения с Генеральным консульством Норвегии в Мурманске, которое является и Почетным консульством Швеции, а также с Мурманским отделением Генконсульства Финляндии в Санкт-Петербурге.
И потом, вы же знаете, на самом деле арктических стран не так уж много - это США, Канада, Норвегия, Россия, Дания, Финляндия, Швеция, Исландия. А интерес к Арктике - еще у двух-трех десятков стран. Даже у Испании и Китая, к примеру. Однако понятно, что страны арктического сектора работают прежде всего в своих интересах. И главное, что наши отношения, к примеру, с Норвегией и Финляндией, здесь складываются конструктивно. Интонации не поменялись. Понятно, что пишут об этом много, но надо понимать, что в разных статьях журналисты, как правило, высказывают свое частное мнение. Я же могу заявить совершенно определенно, что Россия будет делать все, чтобы сохранить свои интересы в Арктике, и будет работать в направлении сотрудничества прежде всего со странами Арктического бассейна.
- Скажите, а вот такой тихий голос, прямой взгляд... Этому специально учат?
- Да ну что вы! Нет ничего такого специального. Просто если говоришь с собеседником, надо смотреть на него. Иначе получится неприлично - партнера надо уважать. А голос? Представьте, что вы разговариваете с человеком, а он вас оглушает, подавляет. Вы сможете услышать, что он говорит? Нет, конечно. Вы будете слышать только уровень его голоса и тембр... А когда говоришь спокойно, собеседнику невольно приходится прислушиваться к тому, что именно ты говоришь. Все это приходит само.
- Вот разговариваю с вами и пытаюсь сложить в голове короткую формулу: кто же такой дипломатический работник. Внешне вы очень напоминаете этакого доброго доктора, с которым можно беседовать бесконечно. Но я-то знаю, что прошлое у вас довольно боевое - вы пограничник, бывали в Афганистане, Средней Азии... По-вашему, дипломат - это все-таки больше врачеватель отношений или солдат государства?
- Коварный вопрос. Как бы на него поизящней ответить? Это не врачеватель. И не солдат... Дипломат - это проводник внешней политики страны. Это инструмент государства - гаечный ключ, отвертка, при помощи которых государство решает свои внешнеполитические задачи. И без них большой механизм работать не будет.