В семьях летчиков магии полета подвержены все. К примеру, у гвардии лейтенанта Мончегорской авиагруппы Владимира Скопина в семье летали отец, дед и даже бабка. Дед - на войне в «сороковые-роковые», отец - летчик ВВС, а бабушка в молодости - в ДОСААФ пилотировала спортивные самолеты.
У его коллеги гвардии лейтенанта Андрея Миронова, который с Дальнего Востока прибыл поступать в Краснодарское высшее военное авиационное училище летчиков, а потом по распределению попал в заполярный Мончегорск, отец - военный летчик. А у гвардии лейтенанта Евгения Полозкова родители хоть и не имеют прямого отношения к небесной профессии, но выбор сына не просто одобряют, они им гордятся. Да и как иначе? Эти совсем молодые ребята, всем им - едва за двадцать, летают на уникальном самолете МиГ-25. Совсем недаром этот крылатый разведчик в НАТО носит кодовое название «Foxbat» - «Летучая лисица». Чужим ПВО догнать такой истребитель, когда он идет на предельной высоте с максимальной скоростью, почти невозможно.
Мы говорили с молодыми летчиками, когда они уже закончили смену. Это давняя летная традиция - фотографироваться и давать интервью можно только после полета. Ребята, конечно, устали. Но когда я спросила у Володи Скопина, как собирается отдыхать - компьютерные игры, пиво и так далее, он отрицательно мотнул головой:
- Мебель пойду выбирать. Нам всем тут квартиры выделили, теперь все заботы о ремонте, обстановке. Но это приятные хлопоты.
Отрадно, что проблем ни с жильем, ни с деньгами у военных летчиков сейчас уже нет. Но разве ж дело в деньгах...
Воздушные рабочие войны
О приближении праздника при въезде на аэродром «Мончегорск» напоминает только плакат «ВВС - 100 лет на высоте!» А так - обычный день полетов, четверг. На командно-диспетчерском пункте идет управление учебно-тренировочными полетами. Переговоры специалистов из групп руководства с экипажами в небе почти не смолкают.
- А почему вы не стали гражданским пилотом? - спрашиваю у гвардии полковника Владимира Приходько - командира авиагруппы 7000 авиационной базы 1-го разряда. - У них налет гораздо больше, чем у военных пилотов, да и комфорт с вашим не сравнить.
- Ну так они и летают в белых рубашках, - улыбается боевой летчик. - А мы - видите в чем. Вон у меня на комбинезоне битум не отчищается, не потому, что я по помойкам хожу - специфика работы такая.
«Воздушные рабочие войны» - так называют военных летчиков в одной из популярных песен. Для Приходько вопрос выбора профессии не стоял. Его отец служил в ВВС. Выросший в гарнизонах Владимир иного пути для себя не видел - только небо. И только ВВС. До Мончегорска он практически всю жизнь прослужил в Сибирском военном округе: Омск, Братск, Канск. Летал на МиГ-23, Л-39 и МиГ-31 всех модификаций.
Сложный пилотаж нам увидеть не довелось: небо наглухо закрыли облака - нижний край 400 метров, по мнению летчиков - нормальная рабочая погода, но все «петли», «полупетли» и так далее выполняются гораздо выше. Нам показали только проходы над полосой, взлеты и посадки. И работу разведчиков - те снимали объекты аэродромной зоны.
- У вас есть летчик, на которого вы хотели бы быть похожим?- спрашиваю у командира группы.
- Герои войны Иван Кожедуб, Александр Покрышкин.
- Но ведь техника тех времен и ваши сверхзвуковые истребители несравнимы...
- Речь не о технике, речь о личных профессиональных качествах этих людей. О силе духа, воле к победе. Это важно во все времена.
Владимир Александрович считает, что летчиком надо родиться. Эта профессия далеко не всем по плечу. Из его курса в училище из 310 набранных выпустилось только 130. Ну и потом в процессе первых лет службы еще два десятка ушло «на гражданку». Ушли те, у кого не все получалось, кто разочаровался в профессии.
Есть ли у них в группе самолеты, которыми можно гордиться? Есть. Конечно, совсем новыми здешние летающие машины назвать нельзя, но они дорабатывались, дополнялись отдельными элементами самых свежих образцов. В общем, сегодня в этой группе вполне достаточно современной техники для выполнения самых сложных задач.
Жизненный девиз летчика Владимира Приходько: «Всегда есть надежда на то, что все будет хорошо».
Девиз работает. Так, в апреле 2008 года, когда на его МиГе-31 во время планового полета в Красноярском крае на высоте более 12 тысяч метров при сверхзвуковой скорости произошла разгерметизация обеих кабин из-за срыва фонаря одной из них. За бортом тогда было минус 56 градусов.
Лишь благодаря хладнокровию и выдержке самого Приходько и его второго пилота Константина Козицкого удалось снизить скорость и начать экстренное снижение. По кратчайшему расстоянию они выполнили заход на посадку с остатком топлива выше нормы, чтобы сократить время воздействия отрицательных факторов (давление воздуха, ветер, температура) на летчика в первой кабине самолета. И осуществили посадку без последствий. За проявленный профессионализм и грамотные действия Владимир Приходько был награжден орденом Мужества, а Константин Козицкий - медалью Нестерова.
Летать могут только красивые
Говорят, бесконечно можно смотреть на текущую воду и горящий огонь. Хочется добавить - и на взлетающий самолет.
Мы стоим с помощником командира группы по работе с личным составом Андреем Апалихиным вблизи полосы точного приземления. Обстановка самая будничная: скучает рядом с полосой пугало (это очень серьезно: если на взлете или при посадке птицу затянет в движок, это может привести к гибели самолета). Донимают комары, зеленеет трава. Тихо.
И вдруг - мощный, приближающийся гул. Точеная стрела МиГа вроде бы идет на посадку. Однако на высоте полтора метра самолет с грохотом резко взмывает вверх. От стремительной машины невозможно отвести взгляд. Недаром великий Туполев считал, что летать могут только красивые самолеты...
Здесь, на бетонке, летчики отрабатывают подход к полосе, оценивают условия: направление и силу ветра, посадочную скорость, поведение крылатой машины. И в зависимости от этих и многих других факторов принимают решение - садиться либо уходить на второй круг. Все решается в считанные секунды, действия отработаны до автоматизма.
Это раньше гражданские летчики могли гордиться перед военными, что летают по 70 часов в месяц, в то время как пилоты ВВС столько за год налетывают. Сегодня летчики ВВС летают в достатке. Полеты на Мончегорском аэродроме идут четыре смены в неделю: в понедельник, вторник, четверг, пятницу.
Садится МиГ-25 - любимый самолет Андрея Апалихина.
- Недосягаемая, уникальная машина! - с гордостью оценивает он. - Уходит от ПВО запросто. Да и как его догонишь, если он способен разгоняться до скорости три тысячи километров в час, троекратно превысив скорость звука, и забираться на высоту до 25-30 километров, почти как в космос уйти?
Заводские испытания этой машины были проведены давно - в 1964 году. Но он и сегодня в строю. Этот самолет и мальчики-лейтенанты, которые на четверть века его моложе, уважают, считают честью для себя летать на нем, так же, как и опытные, с тысячами часов налета, летчики. Аналога этой машине в мире нет и пока не предвидится.
А на самолете Нестерова - слабо?
Но в небо без помощи земли, то есть авиационно-технической службы, не поднимешься. Гвардии капитан Николай Ленских - один из тех, от кого зависит безопасность полетов. Мы встретились с ним, когда он готовил к вылету бомбардировщик Су-24 с замечательным именем на борту - «Иоганн Вайс» (если помните, был такой легендарный разведчик в фильме «Щит и меч»).
- Пытались закрасить на ремонте это имя, - улыбается Николай Ленских. - Да что-то самолету это не понравилось, как-то не так стал себя вести. Пришлось восстановить.
В том, что у каждой крылатой машины свой характер, гвардии капитан Ленских твердо уверен. Так же, как и в том, что от работы его службы напрямую зависит жизнь летчика. Чтобы в случае нештатной ситуации в небе все системы и агрегаты сработали безупречно, должны позаботиться техники на земле.
Перед летчиками авиагруппы стоит немало серьезных задач. Одна из них - охрана пограничных рубежей. В частности, границы с Норвегией. Буквально в день нашего приезда авиагруппа следила за разведчиком оттуда - «Орионом», который был замечен вблизи от территориальных вод.
- Нашим самолетам пришлось его сопровождать и участвовать в мероприятиях с разведчиками и бомбардировщиками в интересах Северного флота, - сказал командир авиагруппы Владимир Приходько. - Мы постоянно несем боевое дежурство по охране наших рубежей и контролируем воздушное пространство над акваторией Баренцева моря. Идет подготовка экипажей для выполнения боевых задач как в мирное, так и в военное время.
Сто лет - человеческий век. И человек так сильно не изменился за это время, как самолеты.
- А рискнули бы попробовать подняться в небо на самолете Нестерова? - задала я вопрос на засыпку молодым летчикам. Лейтенанты переглянулись.
- Ну-у, не знаю, - рассудительно сказал Володя Скопин. - Из чего он был сделан? Фанера, парусина. Непонятно, как он вообще летал?
- А я бы, наверно, попробовал, - решил Андрей Миронов, и глаза у него блеснули азартом. - Интересно ведь!
Наверно, когда-то именно из-за этого «интересно» первый пилот и поднялся в небо. Ведь люди веками завидовали птицам. Пока не появились железные птицы - самолеты.
