Легкие темные брюки и футболка, белые кроссовки, молочного цвета сумочка с перекинутым через плечо цветастым ремешком - в этой не очень высокой женщине с каре сложновато сразу признать лауреата многих литературных и телевизионной премий. Но взгляд ее такой же, как на экране, - умный, внимательный.
В соавторстве с другом
Мы знаем ее как одну из ведущих передачи «Школа злословия» (12+), которая выходила на протяжении 13 лет, как автора романа «Кысь» (18+), повестей, рассказов, сборников. И вот Татьяна Толстая приехала в Мурманск. Впервые за полярным кругом она оказалась в рамках Всероссийского библиотечного конгресса (0+), став его почетной гостьей.
На книжной ярмарке (0+) состоялась творческая встреча читателей с Татьяной Никитичной. Регистрация участников завершилась быстро - слишком велико было число желающих посмотреть, послушать и задать вопрос писательнице. Поэтому мы немного расскажем об этом событии.
Главной его темой стала презентация книги «Истребление персиян» (18+), недавно вышедшей в свет.
- Она написана в соавторстве с моим самым близким другом Александром Тимофеевским, к сожалению, ушедшим из жизни три года назад, - начала разговор Татьяна Толстая. - Это был удивительный человек, который не лез никуда, ему было интересно уметь, знать, понимать, любоваться красотой, поглощать и воспроизводить культуру, но не быть главным. Так он был устроен. Человек Возрождения. Его можно назвать журналистом, публицистом, он был академиком Киноакадемии. Некоторые говорят, что к 16 годам Саша уже все прочел. Он обладал изумительной памятью, помнил все. Меня это всегда поражало. Он не просто цитировал, а говорил, в каком году написано произведение и как связано с обстановкой вокруг. Мне никогда не приходило в голову знать, понимать и заучивать даты, и это крайне глупо, потому что когда ты пишешь в 1907 году и 1903-м, - это принципиально разные эпохи, между ними пролегла революция 1905 года и Русско-японская война. Мы как-то про это забываем, а ведь произошла перемена обстановки в России, взгляда на мир, появилась Конституция. Помимо знания таких вещей Шура отличался умением мгновенно сказать цитату из классики, которая подходила к описанию того, что мы переживаем. Так, когда случалась свара, склока в соцсетях или еще где, он цитировал Блока:
И, встретившись
лицом с прохожим,
Ему бы в рожу наплевал,
Когда б желания того же
В его глазах не прочитал.
Разговор на равных
Книга «Истребление персиян» представляет собой сборник диалогов Татьяны Толстой и Александра Тимофеевского. Кроме них в издание вошли несколько эссе, часть домашнего фотоальбома, генеалогическое древо Александра Тимофеевского, 30 воспоминаний о нем. Обложку книги украшает картина художника Николы Самонова, которая совпадала с самим названием - «Истребление персиян». Писательница рассказала, как возникла мысль записывать диалоги:
- Около десяти лет назад существовал журнал «Русская жизнь», потом он исчез, через какое-то время восстал в электронном виде, но опять ненадолго. Мы для него писали диалоги: так много говорили обо всем и в какой-то момент подумали, а почему не записать это. Получилось около пяти разговоров, хотя задумано было больше, но жизнь распорядилась иначе: во-первых, мы были ленивы, во-вторых, Саша умер. Мне кажется, эти разговоры представляют интерес для читателей, ничего подобного в наше время не было. Диалоги написаны двумя людьми, свободными абсолютно ото всего, кроме законов жанра. Мы разговаривали, чтобы разговаривать, чувствовать воздух культуры, сохранять его, оглядываться на все прекрасное, что создано в литературе.
Например, в одном из разговоров речь идет о сне и скуке, затрагивая некоторые эпизоды «Одиссеи» (16+) Гомера.
- Мы раскапывали и русскую литературу, и мировую. Потому что не было бы ничего этого без римской и греческой литературы. Это надо знать, понимать и чувствовать, - сказала автор. - В другой раз мы разбирали рассказ Бунина «Чистый понедельник» (12+), одну из вершин его прозы. В нем сильно проходят мотивы Индии, Персии. Последняя нас заинтересовала, мы решили порассуждать, почему в русской традиции Персия приравнивается к смерти, всякий контакт с ней ядовит: Грибоедова убили в этой стране, в «Сказке о золотом петушке» (6+) фигурирует шамаханская царица, контактирующие с которой люди погибают - Дадон и два его сына. Опять же, персидскую княжну за борт бросает Стенька Разин в любимой всеми застольной песне. Это интересно и мы это исследуем.
- Ваши взгляды во время диалогов совпадали? - задала ведущая встречи вопрос.
- Это были не интервью, мы совершенно равнозначные. Нашей задачей было создать ощущение живой речи с двух сторон, хотя на самом деле она была не быстрая и не живая. Это все придумано и написано. Иногда мы договаривались, куда поведем разговор в следующий раз. Да, в жизни мы часто соглашались друг с другом, а это плохо, потому что можно сойти с ума от скуки, когда собеседники солидарны. Нужен спор, обоснованный спор, поэтому для книги брали именно такие ситуации.
Вообще, у нас с Сашей были разные взгляды на многое. В фильмах его интересовала глубина сюжета, а меня - движение, баланс сцен. Он был большой любитель красоты, она значила очень много. И вкусы у нас разные: я, например, предпочитаю смотреть хорошо сбитый английский детектив, там и сюжет ладно складывается, а Тимофеевский больше всего любил фигурное катание, мог смотреть часами.
Любовь к чтению - врожденная
- Что для вас хороший вкус - в литературе, живописи? - прозвучал вопрос из зала.
- У всех они разные. Невозможно передать другим свое, только совпасть. И тогда разговор состоится. Очень трудно описать, что есть хороший вкус. Человек, одетый со вкусом, - это может заключаться в нарушении правил. Это сложно и интересно, новизна неизбежно шокирует. К примеру, в 70-е я работала в издательстве. Одна коллега, у которой были деньги, любила одеваться. Так, что женская часть коллектива смотрела на нее квадратными глазами. До сих пор помню, как она однажды пришла - футболка желтая в черный горох, сверху темно-зеленая мохеровая кофта, огромные янтарные серьги. Что это было? Сама я вне мира моды, поставила на себе крест. Даже если бы шили на мой размер, а хорошие модельеры на него не шьют, они останавливаются чуть раньше и думают: эти килограммы мы не будем обслуживать. Поэтому по большому счету наплевать, что на мне надето. Но на других приятно посмотреть бывает. Все же зависит от сочетания фигуры и того, что на нее сшито. Вкус проявляется в разных вещах. Например, в обстановке дома. Тимофеевский любил хорошую красную мебель - кресла николаевские, первой четверти XIX века, покупал их где-то, разбавлял мраморными головками, которые привозил под мышкой из Италии, купил себе на дачу двух сфинксов мраморных. И соединял это с современной организацией пространства - много стекол, зонированный потолок. Любил, понимал. Я бы так жить не могла, у меня совершенно другой стиль, я иду в сторону уюта. Видела по глазам, что ему определенно не нравился мой интерьер: подоконники завалены цветами, 25 тысяч горшочков стоит, обязательно ковры, зеркала - не могу без этого. Говорила ему: «Знаю, Шурочка, что у меня вкус мещанский». «Нет, Танечка, у вас вкус старушечий», - отвечал. Вот и живу с таким определением.
- Подрастают дети, пытаемся привить им любовь к чтению. На ваш взгляд, есть ли помогающие приемы? Какие книги можете посоветовать? - поинтересовались участники встречи.
- Боюсь, нет такого рецепта. Интерес к чтению врожденный, это видно и по взрослым: многие не умеют читать, не знают, как подойти к тексту, не могут сказать, про что произведение, только то, что на поверхности, глубже не идет. Это как с музыкальным слухом. Если он есть - надо развивать. Вы увидите это сразу, на фоне «Репки» (0+), пушкиниады. Как только интерес появляется, необходимо читать Чуковского - «Тараканище» (0+), «Бармалей» (0+), «Телефон» (0+). Это все должно быть в основе. Желательно с хорошими классическими картинками - Конашевича, например. И дальше смотреть, куда поведет. Очень трудно отодрать ребенка от гаджетов. Когда мои дети были маленькие, сломался телевизор. Мы его выкинули и никогда больше не покупали. Дети остались наедине с книгами. Читать сложные тексты не умели, мы с мужем на ночь читали им «Дети капитана Гранта» (6+). Они мальчики, им было интересно - детектив, корабли, снасти, пиф-паф. Девочкам такое не подойдет: моей любимой книжкой в 12 лет были «Серебряные коньки» (12+). Соплевыжимательная история, сначала наплачешься, так всех жалко, но финал хороший. Попробовала предложить ее своим мальчикам - было с отвращением отвергнуто. А вот Жюль Верн для них - прекрасное решение. «Таинственный остров» (6+) с идеей о человеке настолько мудром и сильном, что смог построить целое государство из развалин корабля.
- А для взрослых какие книги порекомендуете?
- Идеально читать классику. Того же Льва Толстого. Не читавшие его говорят, что скучно. Наоборот, там все ясно, легко, прозрачно, интересно и будешь читать не отрываясь, стоит начать. Три страницы - и уже нырнул в текст. Нужно всматриваться, что означают детали, почему написано так, а не иначе. Мне интересно бродить по текстам, открывать ставни. Тем более сейчас появилась потрясающая вещь - поисковые сервисы, с помощью которых можно проверить свои догадки, теории, найти ассоциации, узнать вещи, которые тебе в голову не приходили. Ты ходишь по этим дорожкам дальше, дальше и доходишь до краев.
