Владимир Соловьев - профессиональный военный, полковник. С 1985 года служит в Североморске, на Северном флоте. Совсем недавно увидел свет четвертый сборник его стихов "Любимые пенаты", посвященный малой родине поэта - курскому селу Густомой и Кольскому Заполярью, где полковник Соловьев служит уже более двадцати лет.
АПРЕЛЬСКИЙ ДЕНЬ
Ночью хозяйничал снежный бедлам.
А наутро апрельское солнце
Раздарило улыбки домам,
И горят они в каждом оконце.
Счастья слез не скрывает капель.
Вторя ей, улыбаются люди,
Веря в то, что умчалась метель,
И возврата, конечно, не будет...
Что войска ее побеждены.
Нет ни сил у нее, ни отваги.
Что вот-вот полководцы зимы
Всюду выбросят белые флаги.
Днем стояло такое тепло,
Что казалось, нет зимней угрозы.
Но под вечер опять замело,
А сосулькам мороз вытер слезы.
И опять загрустили дома,
Словно это лишь им остается.
Не желает сдаваться зима.
Не желает... А все же придется.
РАЗГОВОР С РАССВЕТОМ
Рассвет, погоди, не хочу просыпаться.
В деревне родной пребываю во сне.
Приход задержи, наяву может статься,
Что с ней не придется увидеться мне.
Открыть небосвод для рассветных сияний
Гонцы твои первые пусть подождут.
Исполнить позволь хоть одно из желаний,
Что в сердце моем постоянно живут.
Желаю напиться воды родниковой,
С ручьем говорить, ничего не тая.
В березовой роще, до боли знакомой,
Услышать любимого мной соловья.
Как в юности, снова безумно влюбиться
В соседскую дочку, на зависть друзьям.
Спасибо сказать, до земли поклониться
Растущим у школы седым тополям.
С друзьями, которых нет в мире сердечней,
Сидеть за столом, никуда не спеша.
Взять в руки гармонь и любимую песню
Исполнить им так, чтоб всплакнула душа.
Про то, как окрасился месяц багрянцем,
Где волны морские бушуют у скал.
И как я девицу-красотку кататься
Под парусом вольным с собою позвал.
Пройти по деревне. Милей мне и лучше
Нет улочек тех, на которых я рос.
Зайти в каждый дом и проведать живущих,
А к тем, кто покинул сей мир, - на погост.
В мечтах о тепле деревенского края
И жаждою встречи в разлуке томим,
Как долго я жил, к городам привыкая,
Но, как ни старался, не стал городским.
Рассвет, ты пойми, я ведь родом отсюда...
Ответ был коротким: "Согласен с тобой.
Приход задержу"... Но будильник-зануда
Звонком окатил, как холодной водой.
И вновь до деревни не счесть километров,
А явь в суету городскую зовет...
Железный фонарь, подружившийся с ветром,
Скрипит под окном моим, не устает...
У ПОГОСТА
Село мое - столица детства края.
В нем каждая мне улица мила.
В ракитах хаты, в бузине сараи,
Погост в березках посреди села.
Не за селом, а точно в середине.
"Удобно так, - старушки говорят. -
Ведь кто тут жил от века и доныне,
Как будто с нами, хоть в земле лежат.
И нам приятно думать, что когда-то,
Когда покончим с жизнью на земле,
Покинув навсегда родные хаты,
Мы все равно останемся в селе".
О, как я вас, старушки, понимаю.
Правдивей слов на свете не найти.
Дай мне Господь, все в жизни принимая,
Жить долго-долго, но в конце пути
Хотел бы я, не поддаваясь грусти,
Куда б меня судьба ни завела,
Быть погребенным с музыкой, по-русски,
Здесь, на погосте, посреди села.
ПОКА НАС ПОМНЯТ
Родился - дата.
Умер - дата.
Конкретен жизни срок у нас.
В том был уверен я когда-то,
Иначе думаю сейчас.
Нас мудростью года наполнят.
Не прерывая жизни нить,
Мы будем жить, пока нас помнят.
Даже когда не будем жить.
В рай попадем иль в ад, где черти...
Но в душах тех, кто помнит нас,
Мы поживем и после смерти,
Отодвигая смертный час.
За водкой ли или за чаем,
По-доброму или со злом,
Вдруг речь о нас - мы оживаем
И вновь среди живых живем.
Кого-то мучают сомненья,
А для меня уж не секрет:
Есть, безусловно, день рожденья,
Второй конкретной даты нет.
Я эту дату не приемлю.
И лишь тогда, в ком мы живем,
Уйдут, покинув эту землю,
Мы окончательно умрем.