Этот портрет оказался последней в его жизни работой. С холста, усыпанного сочными цветами, смотрит темноглазая женщина, чье лицо написано столь любовно, что нет сомнений: художник изобразил свою музу. «Верочка» - так называется портрет жены, оказавшийся для Михаила Кирина прощанием со зрителем. Старейший мурманский художник, ушедший из жизни в начале года, успел закончить работу, соединив сразу две техники - пастель и гуашь.
На месяц один из залов областного художественного музея принял целую галерею женских ликов. Выставка «Портрет жены художника» собрала два десятка работ мурманских авторов. Здесь сошлись разные манеры, разные стили. Объединяет их одно - любовь.
Два портрета кисти Виталия Бубенцова написаны в семидесятые. И смотрятся, пожалуй, чуть старомодно и трогательно, как платье, хранящееся в шкафу со времен давней юности. Бледная женщина с длинными пальцами, с подведенными глазами глядит требовательно и напряженно, будто угадывая очертания своей будущей жизни. Что ей уготовано - материнство, счастье или боль?..
А у героини соседней пары холстов - работ Сергея Чеботаря «Вечер» и «Портрет» - совсем иное настроение. Мягкий вечерний свет, домашний, уютный, спокойная женщина. Наверное, таким бывает счастье - пахнущим теплым молоком и чистотой.
Не обошлась экспозиция без классического портрета Александра Феофилактова. «Надя» - это талисман художника. Один из первых портретов, им написанных. Тогда Наденька еще не была женой молодого живописца, и в работе отразилась юношеская влюбленность. Девочка с бантами в темном платье вот-вот потупит взор, вспыхнет румянцем... Недаром на все предложения передать работу в фонды музея автор неизменно отвечает отказом. Ведь это живое объяснение в любви - как с ним расстаться.
Анатолий Сергиенко, Анатолий Шевнин, Владимир Кума-шов - каждый трактует женскую красоту по-своему, у каждого своя песня о любви. Но самый необычный разговор со зрителем, на мой взгляд, ведет Никита Духно. Пять портретов - пять образов одной и той же женщины. Столь разной - и столь дорогой мастеру. Рядом сошлись хорошо знакомые публике недавние работы и почти неизвестные, двадцатилетней давности.
Широкие мазки, условное пространство, много света. Несколько размытых линий создают вполне узнаваемый конкретный образ. Эта живопись кажется прозрачной, пронизанной солнцем: войдешь в ясный день в дом, и даже воздух покажется таким светящимся, золотистым. Изящество и даже, пожалуй, рафинированность, эстетство - вот характерные черты холстов Духно. В них выдержан безупречный стиль и, на зависть многим, царит свободный дух поиска, эксперимента.
А рядом совсем иные портреты. Литографским карандашом автор рисует спокойную женщину с мягким овалом лица, с тяжелыми волосами... Такая должна говорить грудным голосом, а двигаться неторопливо. Реалистические работы восьмидесятых годов из серии «Портрет жены» почти незнакомы завсегдатаям музеев. Художник здесь открывается совсем по-иному. Пленительная простота, лаконичное изображение и «прекрасная ясность».
Ну а самый неожиданный образ Никиты Духно встречает зрителей при входе на экспозицию. Гуашью на дереве, стилизуя манеру и технику художников-примитивистов, он вновь пишет жену. Это похоже на детский рисунок, только остроумия и лукавства поболе. Круглолицая, в больших очках, она иронично глядит на мир. В ее чертах и детскость, и ум, и плавная женственность. На коленях героини развалился котяра. Пушистый, довольный жизнью - ему вольготно на свете... А лицом Котофей, пожалуй, схож... с автором. Его пышные усы не спутаешь с чужими. Вид у красавца вполне независимый, но хозяйка уверенно держит его в руках. Ни шагу в сторону! Но кто же будет рваться на волю из такого плена?
В шутливой работе Духно - символ всей выставки. В каждом художнике, будь он начинающим юношей или бородатым мастером, живет ребенок. За это и любят их женщины. И каждому невзрослеющему мальчику нужна та, что сумеет быть самой необычной, самой настоящей. И женой, и матерью, и подругой. Той, чью загадку можно будет с упоением разгадывать в каждом холсте, в каждом наброске.