...Он то колдовал над клавишами - опускался к ним совсем близко, словно тщательно разглядывая их под лупой, то, в азарте срываясь со стула, взмывал над ними, подчеркивая изменчивый джазовый ритм. Иногда возникало ощущение, что играет он не только с помощью пальцев, но всем телом. Таким предстал перед мурманским зрителем один из лучших джаз-пианистов мира Андрей Кондаков. Его выступление завершало программу VIII международного фестиваля «Арктик-джаз», что прошел на днях в Мурманске.
Кондаков - один из признанных мэтров современного отечественного джаза, арт-директор петербургского джазового клуба. Выступал вместе с лучшими музыкантами мира - и с нашими, такими как хорошо знакомые мурманчанам Игорь Бутман и Давид Голощекин, и с зарубежными - саксофонистом Ричи Коулом или вокалистом Марком Мерфи. В Мурманск он приехал не один, а в составе своеобразной интернациональной сборной виртуозов джаза. Что и говорить, Кондаков работает только с первыми номерами, с лучшими. И в этом мы убедились в полной мере.
Теплый, глубокий голос американки Дениз Перье - горестно-сладкий, он обволакивает, забирает тебя целиком. Он и ранит, и лечит. В нем и боль, и ласка, и тревога, и нежность. Красивая темнокожая женщина поет на сцене по-английски, но перевод не нужен. Все и так понятно, когда разговор идет на особом языке - языке джаза.
Дениз можно смело отнести к классикам жанра. На сцене она с конца 50-х. Родом из Сан-Франциско, Перье выступала со многими выдающимися музыкантами мира, ее называют «золотым голосом Калифорнии». В Лас-Вегасе даже как-то пела с самим Сачмо - гениальным Луи Армстронгом. В Мурманске певица не впервые - с тем же Андреем Кондаковым уже приезжала на «Арктик-джаз». Не верится, что этой чувственной яркой женщине уже 78 лет!
- Я сейчас за кулисами, - рассказал, представляя певицу, ведущий концерта музыковед Владимир Фейертаг, - вспомнил когда-то очень популярную песню «Я оставил свое сердце в Сан-Франциско» и спросил Дениз: «Вы оставили свое сердце в Сан-Франциско?» - «Мое сердце принадлежит России...» - ответила певица. Это простая, очень ясная музыка. Все, что она делает, очень честно и от природы верно... - так определил Фейертаг творческий почерк американки.
- Дениз Перье - одна из классиков современного джаза, - поделился собственными ощущениями от работы с Перье Андрей Кондаков. - Я не так часто играю традиционный джаз, но с Дениз это всегда радостно делать.
Итак, рояль Кондакова, вокал Перье и - губная гармошка Оливье Кер-Орио - третье условие праздника, что царил в тот день в областном драмтеатре. Кер-Орио в России почти не знают, а он тем временем один из лучших джазовых музыкантов Франции. По словам Кондакова, на проходившей совсем недавно в Штатах джаз-конференции Оливье был в составе французской сборной, в которую вошли только звезды первой величины.
Голос его губной гармошки - нежный, лиричный, временами по-французски слегка кокетливый. На контрасте с изобретательным, подчас весьма эксцентричным исполнением Андрея Кондакова такой тонкий, пронзительный лиризм Кер-Орио звучит особенно ярко и свежо.
- У Оливье африканские корни, - рассказал мне после концерта Андрей. - Он вырос на одном из островов в районе Мадагаскара, и его музыку отличают сложный ритмический рисунок и очень интересные композиторские идеи. Музыканты даже разного направления всегда найдут общий язык. Главное, чтобы возникала магия. В любой музыке это - детали, тонкие, изысканные вещи, которые либо есть, либо нет.
Вообще, Кондаков с восторгом, большим желанием говорит о своих коллегах - всех музыкантах, с кем доводилось выступать:
- Для меня великое счастье выступать с такими замечательными партнерами, и «Арктик-джаз» нам позволил сыграть вместе еще один концерт. Независимо от того,
сколько зрителей в зале, мы выкладываемся на полную катушку. Мурманск, в общем-то, всегда был джазовым городом, и мне чуть-чуть жаль, что сегодня пришло не так много людей, как нам бы хотелось. Мы очень рады, что выступали здесь, и надеемся на новые встречи.
Обидно, но зрителей в этот вечер в драмтеатре действительно собралось немного - может быть, половина зала, может, чуть больше. Но публика это была особая. Без случайных людей. Даже в одежде присутствовал не то чтобы единый стиль, но - общая тональность. Совершенно очевидно, что многие из пришедших в этот вечер на «Арктик-джаз» готовились к действу заранее. Что говорить, если даже наш фотокор купил накануне стильный вельветовый пиджачок
- специально для фестиваля!
- Мурманская аудитория очень чутко реагирует на детали, находки, те спонтанные вещи, которые происходят на сцене, на импровизацию, - отметил Андрей Кондаков. - Это, безусловно, настоящие ценители музыки, очень воспитанная публика. Главное, чтобы музыканты разговаривали на сцене, находили общий язык и чтобы он был понятен и слушателям. Надеюсь, сегодня это произошло. Показалось, что мы достучались до сердец мурманчан.
- Если вспомнить тех великих джазменов, которые уже ушли из жизни, то с кем хотелось бы вместе сыграть?
- С пианистом Эрлом Гарнером - это мой кумир до сих пор. Он очень азартный, я, наверно, такой же. Мне нравятся музыканты заводные, которые могут что-нибудь такое вытворить сейчас, в данную секунду. Это - настоящие музыканты, которые играют на сцене как дети. С такими бы хотел сыграть. Таким был Каунт Бейси - шалун за роялем. Великим счастьем, конечно, было бы сыграть с Луи Армстронгом, который был наделен удивительной душой и невероятным мастерством.
Мы разговариваем, и я вспоминаю фразу замечательного русского писателя Юрия Казакова (тот, к слову, и музыкантом был неплохим - консерваторию окончил) о том, что «джаз поет все о смерти и о смерти...». Кондаков на сказанное реагирует мгновенно:
- Я бы так не сказал. Джаз ведь очень разный.
В блюзе - основной джазовой форме - заложены и минор, и мажор. Блюз соткан из противоречий. Это не только музыка уныния, мрачного состояния. Есть, конечно, и неизбывная грусть, но есть и очень много радостных проявлений. Я за то, чтобы в джазе, и в любой другой музыке, присутствовали самые разные краски. Есть трагизм - прекрасно, есть радость - это тоже очень здорово. Собственно, гала-концерт VIII международного фестиваля «Арктик-джаз-2007» стал живым подтверждением слов питерского пианиста. Он начался с выступления совсем юных исполнителей из мурманской музыкальной школы № 6. Порадовал и оркестр музыкального училища, который Фейертаг окрестил «оркестром саксофонов». Так и есть, саксофонов в этом коллективе аж пять!
Второе отделение - ураган энергии и ритма от диксиленда «Норд». Потрясающий ансамбль из Киров-ска - один из старейших джазовых коллективов нашего края. Примечательно то, что «Норд» - коллектив самодеятельный, все его участники занимаются музыкой в свободное от основной работы время. Но назвать их непрофессиональными музыкантами было бы несправедливо.
«Норд» существует с 70-го года. Все его участники - взрослые мужики, а ведут себя на сцене как дети: не работают, а играют, балуются, даже хулиганят порой. А еще в какой-то момент показалось, что каждый из музыкантов «Норда» чем-то напоминает инструмент, на котором играет.
Судите сами. Пухлощекий, румяный Александр Сиволапов - труба, элегантный и неожиданный Анатолий Брацун - тромбон, тонкий, подвижный Юрий Крутиков - скрипка, солидный, сверхсерьезный Константин Титишов - барабаны, высокий и внешне очень суровый Александр Назаров - контрабас, кругленький, энергичный Юрий Сопегин - банджо, основательный и вместе с тем остроумный и изобретательный художественный руководитель диксиленда Анатолий Грабчак - пианино. Все вместе они чудо как хороши.
Жизнь, ненасытное страстное упоение жизнью - в каждой фразе блюзовых композиций «Норда». Легкий, искрящийся, неунывающий ритм. А как неожиданно и свежо звучит в джазовом переложении наша «Калинка»! Как уж тут согласиться с классиком? Конечно, джаз поет не только о смерти. Не только.