Презентации новых произведений местных авторов в Кандалакшской ЦБС стали уже доброй традицией. В один из недавних вечеров в читальном зале городской библиотеки собрались не только любители словесности и краеведы, но и прихожане храма Иоанна Предтечи. И это не случайно - в гости к кандалакшанам приехал благочинный церквей Терского берега, настоятель Успенского прихода села Варзуга игумен Митрофан.
Рассказ о своей последней книге "Преподобный Варлаам Керетский: исторические материалы к написанию жития", вышедшей в санкт-петербургском издательстве "Ладан", он начал так:
- Для меня это большой итог не только моей земной жизни, но и жизни духовной. Завершилась трилогия - то, к чему призвал меня Господь, сподобив принять монашеский сан и углубиться в мир моих предшественников на Кольской земле.
Предыдущие две книги этой серии исторических исследований посвящены православным подвижникам XVI века - преподобному Феодориту Кольскому, просветителю лопарей, и почитаемому на Севере преподобному Трифону Печенгскому. Работе над трилогией автор отдал десять лет жизни.
- Жизнь и духовный подвиг Варлаама Керетского уникальны, за два тысячелетия существования вселенской церкви в ее истории нет более ничего подобного, - говорит игумен.
Как гласят свидетельства современников, священник Варлаам Керетский, узнав, что рыбаки при выходе в море приносят жертвы идолу на Абрамовом мысе, решил заклясть это языческое место и изгнать оттуда беса. А делать это не полагалось. Как сказал ему старец Феодорит: "Не надо было бы тебе, чадо, связываться с лукавым. Не для белого попа эта брань духовная - с бесами, то работа монашеская. Да и не всякому чернецу она по силам. Ты женат, а значит, уязвим". И действительно, вернувшись домой, Варлаам не узнал свою жену - та стала пьянствовать да путаться с корабельщиками.
Все попытки образумить супругу оказались тщетными. Тогда он прибегнул к специальному чину отчитки - "изгнанию бесов". Варлаам "привел жену в собор, поставил против алтаря и покаял жену последним покаянием". Да только, видно, жутко страшен и силен был демон, что открылся Варлааму в несчастной матушке: схватив с престола копье, он метнул его в нее и убил. Исповедовавшись старцу Феодориту, тело жены положил в гроб, погрузил в карбас и отправился в открытое море, чтобы принять смерть, искупив тем самым свой грех. Но Господь все не давал ему смерти. Три года продолжалось это покаянное плавание с гробом убиенной супруги по просторам Северного Ледовитого океана.
Тело жены истлело, а Варлаам все не мог найти свою смерть. И вот он подумал, что Бог его, возможно, простил. И решил проверить. Около Святого мыса, что на побережье Баренцева моря, сталкиваются два течения, поэтому там тонуло много кораблей, к тому же в этих местах обитали страшные морские черви, которые протачивали дерево обшивки кораблей. Задумал Варлаам заклясть червей, рассуждая так: если Господь простил его, то черви навсегда отсюда исчезнут, если нет, то карбас пойдет ко дну и он умрет. Черви исчезли.
Варлаам после этого прожил долгую жизнь, научился понимать язык животных, стал помогать терпящим бедствие в море. И сегодня на берегах Баренцева и Белого морей стоят поморские кресты, посвященные Святому Варлааму Керетскому.
Говоря о главах книги, где рассказывается о трехлетнем плавании священника, игумен Митрофан заметил:
- Эти переживания Варлаама мне близки, их описание не является плодом фантазии. Здесь нашли отражение и мои воспоминания. В 1977 году, когда я служил на Северном флоте, мне дали в командование небольшой корабль. Тот опыт помог мне передать, что чувствует человек в наших морях. Полярная ночь, полная темень. Когда стихия морская являет собой всю вселенскую мощь, ты понимаешь, что не в твоих силах ее одолеть. Ты на грани жизни и смерти, и что есть тебе защита? Только Господь Бог. Ты вверяешь себя ему. Ты перед морем, как перед самим Богом. Ведь недаром поморы говорят: "Кто в море не хаживал, тот Богу не маливался".
Генерация таких людей, для кого каждый выход в море - это прощание, может быть, навсегда со своими родными, не могла не создать удивительную духовность. Варлаам воплотил в себе самые лучшие духовные качества людей, живших на берегах северных морей. Я напомню вам слова академика Дмитрия Лихачева о том, что новое возрождение России придет с Севера. Несомненно, он имел в виду и духовное возрождение. И неоспоримо, что эту духовную мощь заложили такие подвижники, как Варлаам Керетский.
Представляя свою новую книгу, игумен Митрофан не стал пересказывать ее содержание. Но выразил надежду, что земляки непременно ее прочитают. И осмыслят и оценят величие духовного подвига Варлаама Керетского.
ГОРАЗДО БОЛЬШЕ, ЧЕМ ПЕСНЯ ТОПОРА
Встреча с благочинным церквей Терского берега не ограничилась беседой о великом подвижнике XVI века. Большой интерес вызвал и рассказ о реставрации Успенской церкви, находящейся в Варзуге:
- Поначалу были приложены усилия к тому, как отреставрировать церковь, не перебирая ее. Были довольно смелые инженерные решения. Установили двадцать четыре домкрата. Сорокаметровая церковь, оторванная на полтора метра от земли, представляла собой фантастическое зрелище. Заменили нижние венцы. Но церковь, как говорится, не встала. Мы оказались перед необходимостью ее полной разборки и реставрации. Но для этого нужны были колоссальные деньги. А государство таких денег не давало - стыдно вспоминать об этом.
Скорбь наша была безмерною. Люди пребывали в молении. Рассчитывать, как говорят в таких случаях, можно было на чудо Божие. Все видели, как церковь кренится, хороший шторм - и она в конце концов упадет.
И вот Господь послал нам человека. Человека, не любимого в народе - все его проклинают, вспоминают ему ваучеры. И вдруг он сваливается к нам прямо с небес, совершенно не собираясь здесь побывать. Но у Господа нет случайностей. Вдруг в наших краях появляется Чубайс, и находится прихожанка, которая показывает ему плакат с панорамой Варзуги, снятой с высоты птичьего полета. И он спрашивает: "А где это такая красота?" Ему отвечают: "Да вот, Анатолий Борисович, мы по плану мимо пролетаем, у нас все расписано. В Архангельск летим, там уже самолеты наготове жужжат". А он: "Нет, погодите, измените маршрут".
У нас в Варзуге начинается переполох. Вот сейчас Чубайс приедет. Ну, говорю, хорошо, приедет так приедет. И мы с ним беседовали, где-то часа два. Обо всем. В том числе, поднявшись на колокольню, говорили о нашей церкви. "Вот такая беда в нашей стране", - сказал я ему. А он: "Ладно, я вам помогу, я ее отреставрирую".
Оказалось, что он - человек дела. Я съездил в Москву, там обо всем договорились. Деньги выделены. Работа началась, она продолжается, и она будет завершена.
Реставрацией занимаются мастера Архангельской поморской плотницкой школы. Церковь растет вверх, поднялась уже на шесть метров от земли. Местные жители очень переживают, особенно старики, приходят, считают венцы. Но сейчас в работе перерыв. Как только установится световой день, она будет возобновлена. Как мне сказали, требуется естественный свет, иначе могут быть ошибки при реставрации.
Успенская церковь уникальна, это ведь не только здание XVII века, сохранилось и внутреннее убранство, относящееся к тому времени. Иконостас насчитывает восемьдесят икон. Зданий-то таких много в стране, например, в Кижах, да старинного убранства в них нет. Но пока никто до конца это не осмысливает. К реставрации нашей церкви относятся так: дескать, это песня топора, и мы ее споем. А речь-то ведь не об этом. Вот ее отреставрируют, и это будет единственная в России действующая церковь XVII века.