Самый неожиданный образ, пожалуй, был у нее в "Красавце-мужчине" Островского... Невообразимые костюмы, эпатажное поведение и, в довершение всего, в руках свистулька с необычайно пронзительным звуком - подзывать молоденьких франтов Пьера и Жоржа, готовых поклоняться ее красе и стати... Эта озорная находка, кстати, целиком принадлежала самой актрисе: помню, как она рассказывала, что случайно углядела дудку в "Детском мире" - и тут же придумала, как использовать ее в спектакле.
Находки, придумки, остроумные и рискованные решения - она такая и в жизни, и на сцене... Народная артистка России Алла Журавлева завтра вечером отмечает полвека своей творческой деятельности. А сегодня у нее премьера - областной драмтеатр дает знаменитую "Хануму" Авксентия Цагарели. Ту самую, каждому памятную по знаменитому спектаклю Товстоногова. Что и говорить, театр рискует. Но такой риск как раз в характере Аллы Иосифовны: эта женщина, кажется, никогда не отступает и ничего не страшится. А если придется тяжело - виду не подаст!
Рыжеволосая, статная, с грудным голосом, с едкими и веселыми шутками на устах, она умеет быть необычайно уютной и доброжелательной. Просто актерский талант? Нет, больше: талант человеческий, открытость молодой души и врожденное женское обаяние. На сцене она всегда неожиданная - несчастная мать-наседка в "Стеклянном зверинце" Уильямса или взбалмошная старуха в "Трех высоких женщинах" Олби... А вне сцены еще неожиданней: например, в образе радушной хозяйки с необыкновенными угощениями, коллекцией затейливых настоечек по авторскому рецепту, румяными пирожками и еще чем-то волшебно-кулинарным...
Роль предприимчивой и обаятельной свахи Ханумы ей, кажется, удивительно "в масть". Ведь юмора и несгибаемости Журавлевой не занимать. Да и чисто внешне на фоне бирюзового грузинского неба и свисающих всюду виноградных кистей, под щедрым солнцем смотрится артистка удивительно органично. Эмоциональная, темпераментная. Режиссер Султан Абдиев накануне премьеры на редкость спокоен, видно, что все ему в удовольствие. Между тем "Ханума" - его первая постановка с Журавлевой. Так уж вышло, что за 11 лет, проведенных на Севере, Султану Назировичу не пришлось поработать с нею. По нраву и внутреннему строю ближе главрежу была Марина Скоромникова. В этом году Абдиев пошел на эксперимент. И сам удивился удаче.
- Оказалось, что мы с Аллой Иосифовной прекрасно понимаем друг друга, что репетируем вместе с радостью, что все получается, - улыбается он. - В "Хануме" она, безусловно, проделала громадную работу. Неузнаваема, отказалась от привычных интонаций и актерских ходов. В общем, получилось все совсем по-новому... Кроме того, я понял, какое удовольствие - творить вместе с Журавлевой. Она - актриса редкого калибра, такую нечасто встретишь. И новая роль у нее получилась.
Возможно, помог коллективу театра сам материал, яркий и веселый.
- Это настоящий народный водевиль, который зритель - и искушенный, и непосредственный - будет смотреть с улыбкой, - говорит Абдиев. - Такие постановки приносят радость - это все, что можно сказать. Тот случай, когда ничего не надо осовременивать, адаптировать. Ну а что касается сравнений с товстоноговским спектаклем... Их не избежать. Но ведь каждый перечитывает любимые книги, пересматривает в десятый раз любимые фильмы. Так и с пьесами. Если короля Лира играл великий Питер Брук, это не значит, что остальным играть его неповадно. Мы решили даже усилить связь со спектаклем БДТ: в начале каждого акта пустим запись голоса Товстоногова.
В "Хануме" необычной предстанет вся труппа областного театра: впервые в МДТ запоют. Великолепные вокальные номера на музыку Гии Канчели зрители услышат в исполнении самой Аллы Журавлевой, а также Владимира Ерасова, Елены Царевой, Валерия Журавлева, Сергея Гронского, Владимира Равдановича... Готовились к этому артисты основательно, труда приложили бездну, но... Именно этого - труда и вложенных сил - публике замечать не положено. Ведь если спектакль удается, он кажется поставленным на одном дыхании. И, кстати, эта легкость лучше всех дается Алле Журавлевой. За полвека на сцене она не успела устать. И теперь легкостью заражает молодых коллег. А те с удовольствием учатся - ведь с такой теплой и радостной энергией ничего невозможного нет. Подвластно все - и зал, и сцена. И это, может быть, и есть главный театральный секрет примы.