(Продолжение. Начало в № 146-150, 237, 238, 241, 245, 247 за 2008 год и № 49, 52, 54, 58, 63, 130 за 2009 год.)

17. Наше «Золото»

По дороге, натужно рыча моторами, двигалась колонна фашистских автомобилей. У деревянного настила, переброшенного через безвестную речушку, она замешкалась, притормозила. Вдруг из леса грянули выстрелы. Гитлеровцы стали выскакивать из машин, отстреливаясь на ходу, и тут… И тут на солнце надвинулась туча, начался снежный заряд, съемки прекратились. Сцену нападения партизан на немецкую автоколонну возле специально построенного в окрестностях Мончегорска моста-декорации пришлось снимать заново…

Когда-то давно, еще только начиная работать в журналистике, я готовил радиопередачу к 22 июня - дню начала войны. Разговаривал с людьми, расспрашивал и стариков, и молодежь. Одна из моих собеседниц, женщина средних лет, рассказала про свою маму - банковского работника в каком-то приграничном городе на западе страны. О том, что ей пришлось под бомбежкой, с риском для жизни, вывозить государственные ценности. В конце интервью добавила:

- Получилось почти как в «Золоте». Ну, фильм был такой, у нас его снимали. Там еще Наташа Варлей по вражеским тылам шла. Помните?

Я не помнил, но, заинтересовавшись, стал искать. Постепенно выяснилось, что существует множество фильмов, название которых начинается со слова «золото». «Золото дураков», «Золото фараонов», «Золото партии», «Золото Трои», «Золото проклятого прииска» - и так далее, и тому подобное. Так уж сложилось - все, что касается материальных ценностей, волнует человечество, а значит, отчасти гарантирует успех связанных с ними кинокартин.

Вот в этом-то длинном перечне посвященных желтому металлу лент и стоят рядом, выпущенные в 1969 году, то есть почти одновременно, голливудское «Золото Маккенны» и «Золото» мосфильмовской выплавки. Первое и ныне у всех на слуху, о втором, кроме людей старшего поколения, знают немногие. Но, право слово, если бы мне привелось выбирать между легендарным вестерном с суперзвездами Грегори Пеком и Омаром Шарифом и советской лентой - непритязательной, малобюджетной, даже не цветной, я без колебаний выбрал бы именно ее…

Было это в апреле 1969-го. Режиссер-постановщик Дамир Вятич-Бережных, к тому моменту являвшийся автором сверхпопулярной картины «По тонкому льду» и прочно заслуживший репутацию мастера остросюжетных военных лент, рассказывал на страницах газеты «Мончегорский рабочий»:

«Советскому читателю хорошо известен роман Бориса Полевого «Золото». Книга написана семнадцать лет назад, а сейчас получает свое второе рождение на экране. Я не случайно обращаюсь к творчеству Полевого. В его произведениях меня, прежде всего, привлекает большая любовь к советскому человеку. Своих героев писатель берет непосредственно из жизни. И главная героиня романа «Золото» тоже не вымышлена - она сейчас живет и работает в Киеве».

Действительно, в основе книги известного литератора лежала реальная история, произошедшая в Калинине. В 1941-м сотрудники местного отделения госбанка часть находившегося там золота вынесли (и сохранили для страны) на себе, под видом беженцев. В романе, конечно, все слегка по-другому. В начале войны, перед самым приходом немцев, в банк небольшого прибалтийского городка поступают огромные ценности. Чтобы сберечь драгоценный груз, старик-кассир и молодая машинистка решают сами доставить его через линию фронта. Им удается исполнить задуманное, лишь преодолев множество трудностей, проявив лучшие человеческие качества.

В творческом багаже Вятича-Бережных «Золото» стало третьим фильмом по произведениям Полевого после картин «Доктор Вера» и «Я - «Береза». Для съемок требовалась богатая зимняя натура. Вот, к примеру, один из пейзажей романа: «Кругом причудливо громоздились сугробы. Метели одевали лес снегом так щедро, что ветви клонились вниз. Снежный груз сгибал тонкие березы до самой земли, и то там, то здесь виднелись опушенные белыми подушками арки. Когда холодное солнце пряталось за облака, и гасла сверкающая белизна, они походили на солдат в маскхалатах, рассыпавшихся по лесным полянам…». Где найти похожее? Режиссер, он же и сценарист, решил отправиться на Кольский полуостров. И - не прогадал.

- В Мончегорск мы приехали за снегом, чтобы успеть снять зимнюю природу, - пояснял Дамир Алексеевич. - Суровая и скупая природа Заполярья как нельзя лучше дает возможность передать атмосферу военного времени.

Начались съемки. Каждый день вереница машин отправлялась то в лес у трассы Мурманск - Ленинград, то к поселку Верхний Нюд. От маленькой электростанции на колесах черной змейкой тянулся кабель. Тщательно устанавливали кинокамеру. Около аппарата располагался «главный штаб» съемок - Вятич-Бережных и оператор Петр Сатуновский. «Рабочее место», в зависимости от того, какая сцена снималась, занимали артисты. Но сама съемка пока не начиналась. Оператор со своими помощниками пытался найти наиболее удачный ракурс. Устанавливали освещение. Режиссер тем временем репетировал с актерами нужный эпизод. Ассистент Нина Сенчагова вносила завершающие штрихи в грим, посыпая костюмы снегом. Перед объективом камеры появлялась черная дощечка с надписью «Золото», словно последний барьер, отделявший настоящую жизнь от ее киноварианта. Наконец, барьер убирали, и звучала команда: «Мотор!»

…Прислонившись к стволу дерева, полулежит девушка в полушубке. Рядом, обхватив руками автомат, спит на снегу мальчишка-подросток. Девушка просыпается, глядит на паренька и ей, внезапно, кажется, что он замерз во сне. Она хватает его за плечи, трясет. Паренек с трудом открывает глаза:

- Ты чего?

- Я думала…

Звучит команда режиссера:

- Стоп! Делаем еще дубль.

«Описанный эпизод займет на экране не более минуты, - сообщал читателям корреспондент «Полярной правды». - А снимали его три часа. Три часа актеры лежали в снегу, почти не меняя позы».

К этому можно добавить, что перед каждым новым дублем, те, кто находился «в кадре», принимали на себя, для достоверности, очередную порцию снега. Неудивительно, что «Мончегорский рабочий» отметил в репортаже со съемок, что «ждать» - слово очень популярное среди работников кино. Порой целый день актер в гриме и костюме ждет минуты съемки. А иногда и не дожидается.

Фильмы о Великой Отечественной всегда по-особому трогают душу. И самое ценное в них, конечно, не стрельба, не взрывы - характеры и судьбы тех, кто соприкоснулся с народной трагедией, с общей бедой, которая и теперь, десятилетия спустя, все еще ранит, обжигает. Вот и в «Золоте» важнее любых боев, любых приключений - люди. Да и название и книги, и ленты адресовано в первую очередь не семнадцати килограммам драгметалла, а дружбе, любви, верности, мужеству, патриотизму, свойственным героям «Золота». Безусловно, это понимали артисты Александр Январев и Виктор Перевалов, игравшие персонажей-мужчин, и Наталья Варлей, исполнившая в картине главную женскую роль. Актриса, которую после «Кавказской пленницы» и «Вия» в СССР знали все, утверждала:

- Передо мной трудная задача - создать образ девушки военного времени. Передать мысли, стремления людей того поколения, их чистоту, их оптимизм. И буду очень рада, если зрители поверят моей героине, полюбят ее.

Впрочем, одно другому не мешает - приключений и трюковых съемок в фильме тоже хватало. Один из таких эпизодов описан в романе Полевого следующим образом: «Треск мотора нарастал. По его нервному тембру было ясно, что это мотоцикл. Николай почти механически вскинул автомат, спустил предохранитель, перевел бой на беспрерывную стрельбу. То же успел сделать и Толя. Как раз в тот самый миг, когда мотоцикл с коляской, рокоча, как ракета, мелькнул перед ними, две красноватые точки вспыхнули в кустах сердитыми, дрожащими огнями. Прежде чем мягкое зимнее эхо успело пронестись по лесу, мотоцикл, пролетев по инерции метров двадцать, сорвался в кювет. Две черные фигуры мелькнули в воздухе и исчезли в туче снежной пыли. Толя первым бросился к ним, держа автомат наизготовку и крича что есть мочи: «Хенде хох!» Но руки поднимать было некому. Водитель, в замасленном меховом комбинезоне, лежал неподвижно ничком у подножия сосны. Черное пятно расплывалось вокруг его вмятой в снег головы. Пассажир, валявшийся чуть подальше, по-видимому, без сознания, легонько стонал». Снимали эту сцену недалеко от поселка Верхний Нюд. На обочине дороги разместили декорации: перевернутую кабину сожженного автомобиля, обгоревшие ящики. Вдали, за деревьями, вырос столб черного дыма - работа пиротехников. Оператор командовал:

- Дым не попадает в кадр, зажгите правее.

Дымовую шашку зажгли правее. Но опять:

- Виден источник огня. Спрячьте за сугроб.

И так несколько раз. Наконец режиссер дал зеленую ракету - сигнал к началу съемок. «Из-за поворота появляется мотоцикл. Стремительно приближается, - делился впечатлениями с читателями мончегорской газеты журналист Анатолий Бавыкин. - И вдруг он резко сворачивает, врезается в сугроб. Двое сидевших в нем вылетают в разные стороны. Перевернутый мотоцикл вытаскивают на дорогу. Режиссер беседует с «потерпевшими». Этот трюковый номер выполняют московские мотогонщики - кандидат в мастера спорта Александр Семов и Владимир Бажинов.

- Мокрая дорога, - сетуют спортсмены. - Нужную скорость не разовьешь. Попробуем еще раз.

И вновь столбы дыма. Зеленая ракета».

Так, от кадра к кадру, от эпизода к эпизоду шли съемки. В Мончегорске кинематографисты пробыли до начала мая. Работа над лентой продолжилась в Вильнюсе, в средней полосе России, в павильонах «Мосфильма». В конце 1969 года картина вышла на экраны. Довольно тепло принятая критиками, шумного успеха она, тем не менее, не имела. Однако отсутствие премий и наград с лихвой искупается любовью зрителей. А ее «Золоту» хватило с избытком на многие годы. Иной раз и ныне доводится читать в Интернете слова признательности в адрес как создателей фильма, так и самой ленты. Допустим, такие: «Хороший фильм, интересный, хотя и черно-белый. И актеры там все узнаваемые, любимые. Фильм о войне, о подвиге, мужестве простых людей, фильм на все времена. Очень полезно посмотреть, оценить прошлое наше, подумать…»

Возможно, в сравнении с упомянутым в начале статьи голливудским вестерном наше «Золото» кому-то покажется самоварным, лишенным блеска. Возможно, с точки зрения дня сегодняшнего, картина местами выглядит наивной, простоватой, не лишенной разного рода идеологических клише. Все это так, но все это не отменяет главного. Когда видишь, как в конце фильма Варлей замерзает в снегу и ей снится, что исполнилась ее заветная мечта, что она выступает на большой сцене с песней «И больше не будет войны», - на глаза невольно наворачиваются слезы, и достигает пика ощущение личной сопричастности, сопереживания героям ленты. Ощущение, искупающее любые недостатки режиссерской, операторской и актерской работы. Чувство, которого не может подарить пусть самый зрелищный, но чужой фильм. То, что дороже любого золота.

Фото:
Наталья Варлей в фильме «Золото».
Дмитрий ЕРМОЛАЕВ