Очередной театральный сезон подошел к концу. В мурманской облдраме в июне сыграли последнюю премьеру: молодежную «Мир-Дверь-Мяч» (режиссер Н. Ковалев). В театре Северного флота занавес закрыли новой постановкой «Грозы». Хрестоматийную пьесу Александра Островского вывел на подмостки Ю. Сергиенко. В период с осени по весну 2012 - 2013 гг. мурманчане стали свидетелями бенефиса народной артистки России Аллы Журавлевой. Для нее приглашенный из столицы режиссер, заслуженный деятель искусств Карелии А. Тупиков поставил феерическую трагикомедию Ж. Жираду «Безумная из Шайо». Дипломант из Санкт-Петербурга Игнатий Кириллов на малой сцене МОДТ осуществил постановку «Душевной истории». Флотчане смешили публику лихо закрученной комедией положений М. Камалетти «Любовь по-французски» ( постановка Ю. Фекеты). Удался ли сезон? Почему бы и нет? Ведь налицо и обращение к классике, и новации в области современной драматургии. Постановщики опытные, зрелые и совсем начинающие. Актеры различной «весовой категории» - и умудренные известностью, и только-только сдающие свой выпускной экзамен в Мурманском колледже искусств. На премьерных показах зал, как правило, полон. Аплодисменты оглушительные, на поклонах - цветы…
Катерина в «Грозе» - в одном и том же наряде. Зрители заметили это и подшучивали над бедным гардеробом страдалицы.
Критику ли разрушать такую идиллию? Да и нуждается ли современный театр в аналитическом отзыве мастодонта - «профессионального зрителя»? Не буду наивной. Понимаю, что лавры автора «Гамбургской драматургии», потрясшего кризисную Германию XIX века размышлением над очередным театральным сезоном, - мне не светят. И все-таки не оставляет надежда на то, что по репертуарной афише можно будет судить о времени и человеке. Театр - это ведь не только и не просто развлечение. Происходящее на подмостках - барометр настроения в обществе или, по меньшей мере, индикатор человеческого самочувствия: счастья, страдания, неверия, оптимизма. Если задаться целью - посетить все премьерные постановки сезона, то какое направление они дадут нашему уму? Какие струны сердца заденут?
Думаю, не у одной меня в памяти прежде всего гастрольные антрепризы. С ними особенно повезло. Мурманчане воочию могли увидеть Олега Меньшикова и Виктора Сухорукова (»Игроки»), блистательный ансамбль актеров Романа Виктюка («Саломея). Мурманск посетили Марат Башаров, Нина Усатова, Гоша Куценко. Но восторги, подаренные провинциальной публикой столичным знаменитостям, коротки. Свое посещается с меньшим энтузиазмом, исключения - премьеры.
Интересно, что скажут об истории подленького дележа выгодного местечка на Селигере сами зрители? Почему в молодых героях пьесы уже так много грязи?
Вот и я с любопытством шла на спектакль «Безумная из Шайо». Подкупало само название. Да и автор с мировым именем - Жан Жираду. Правда, пьеса не нова, посвящена антибуржуазным тенденциям, характерным для предвоенных настроений европейской интеллигенции. Опустившиеся «на дно» жизни некогда светские дамочки в компании с «рабочим людом» и «обслуживающим персоналом» устраивают смертельную западню для разжиревших авантюристов - буржуа. Тема актуальная? Ну, это смотря как ее трактовать. За постановку «Безумной из Шайо» взялся приглашенный маститый режиссер из Москвы Андрей Тупиков. Сценический образ спектакля воплотил приезжий художник Сергей Терентьев. Опытные театралы, думаю, узнали режиссерский почерк, ведь А. Тупиков несколько лет назад осуществил в МОДТ постановку «Деревья умирают стоя».
В «Безумной…» тот же прием: первый акт по своей эстетике отличается от второго. Меняется темпоритм, тональность разговоров, в игре появляется больше озорства, иронии, чисто эксцентричной условности. Неизменным остается лишь оригинально оформленный с помощью модных в столице новых технологий задник сцены: там происходит своя виртуальная жизнь в духе комедий великого Чарли Чаплина. Чувствуется, что авторы спектакля имеют свое видение, концепцию, пытаются выдержать стиль и жанр постановки. Им важно показать торжество иррационального творческого начала над скудоумием выгоды и расчета. Актерский состав «Безумной из Шайо» профессионально крепок: заняты ведущие артисты театра С. Гронский, А. Водопьянов, В. Журавлев, Г. Серегина и другие. Бенефициантка - народная артистка России Алла Журавлева.
Исполнители стараются, но не всем под силу социальный трагифарс. Публику неприятно шокирует форсирование голоса, отсутствие должной пластики, бытовизм интонаций. Женский состав спектакля явно переиграл большинство артистов - мужчин. Компания экстравагантных дамочек, живущих иллюзиями прежнего успеха, вызывает и улыбку, и жалость. Но по-настоящему с замыслом режиссера, на мой взгляд, совпал только Владимир Равданович, он великолепен в роли Рабочего. Особенно впечатляет разоблачительный монолог во втором действии: в нем лукавство, пафос, боль… Браво! Алла Журавлева интересна в первом акте: уличная сумасбродка сыграна с немалой долей самоиронии, а вот вторая половина спектакля обидно статична и ложно пафосна. Но одно то, что известная на Севере актриса выбирает для своего юбилея столь сложный драматургический материал - вне всяких похвал.
Постановку «Грозы» в театре Северного флота, думаю, не я одна ждала с нетерпением. Интриговало многое. Классика на сцене - и такого уровня! - нынче не частая гостья на подмостках. «Гроза», по сути, первая полномасштабная работа режиссера Юрия Сергиенко. Зрители больше знакомы с ним в качестве постановщика детских сказок, комедий. Много слухов бродило в преддверии премьеры вокруг роли Кабанихи. Режиссер поручил одну из центральных партий актрисе среднего поколения - красавице Ольге Цыплаковой (в паре с В. Щербаковой). Почему? Казалось бы, в театре КСФ только одна претендентка на Марфу Игнатьевну - народная артистка России Маргарита Конторина? Ан, нет… Опытнейшей артистке поручили эпизодическую роль Сумасшедшей Барыни. В таком распределении ролей - концепция, особое режиссерское видение?
Интрига «Грозы»-2013 еще и в том, что это, если можно так сказать, уже третья «Гроза» над Мурманском. В далекие семидесятые постановку пьесы Островского осуществил молодой Григорий Михайлов. В роли Катерины буквально птицей взлетела к успеху Алла Семинишина. Спектакль, без преувеличения, потряс публику: в нем был мощный нескрываемый упрек косности, тупости, чванливому самодурству. В гибели Катерины оказывались повинны все обыватели заштатного города Калинова. Тихон ранил ее своей трусостью, Борис - подлостью, свекровь - жестокостью, обыватели - равнодушием… В центре декорационного оформления я помню колокол. Его пронзительный звон - предупреждение об опасности, просьба о помощи, весть о гибели. Много лет прошло, а спектакль Г. Михайлова - в памяти, причем эмоциональной.
Второй «Грозой» в Мурманске в девяностые стала постановка бывшего главного режиссера МОДТ Феликса Григорьяна. Спектакль, можно сказать, не нашел отклика в зале. Но критика не могла не оценить оригинальную трактовку известного со школы сюжета. Ф. Григорьян умно переставил традиционные акценты - внимание сосредоточил на Кабанихе - М. Скоромниковой. Дуэт Катерины и Марфы Игнатьевны стал дуэтом двух понимающих друг друга женщин. Но одна легкомысленно пошла на поводу страсти, а другая уже знала ей постыдную цену. И хотела бы предупредить беду - да не смогла. Катерина - Гордеева играла «жар-птицу», стремящуюся в бездну пагубных развлечений. Коготок увяз - всей птичке пропасть!
Какую же «Грозу» предложил нам сегодня театр Северного флота? Не побоюсь сказать - хрестоматийную. «Сцены из жизни города Калинова» - своего рода ожившие страницы школьного учебника по литературе. Спокойная статичная декорация выполнена в излюбленной манере художницы Р. Чебатуриной. Неудобную сцену бывшего Дворца культуры она привычно оформляет так, что на ней размещаются и часть улицы, и комната с выразительным иконостасом, и крутой берег Волги. Печальные мысли навевает зрителю раскидистая ива…Традиционны костюмы, плавны и неторопливы речи.
О чем спектакль? Признаюсь, главная его мысль (и даже пафос) остались для меня за семью печатями. Особого хода в том, что молодящуюся Кабаниху играет О. Цыплакова, а свихнувшуюся на геенне огненной Сумасшедшую Барыню - Конторина, я не увидела. Роль городской Кассандры в этом спектакле именно проходная. Зачем нужно было занимать в ней замечательную Маргариту Конторину? Раздражает наряд сумасшедшей: новейшее шелковое платье с безвкусными розочками, капор с атласными ленточками. Ну никак не поверишь, что именно так одевается эта выжившая из ума старушенция. С костюмами в «Грозе» явный просчет. Катерина ( Ольга Ампилова) на протяжении всего действия - в одном и том же наряде. В нем и Тихона в город провожает, и с Борисом встречается, и в Волгу бросается… Зрители, кстати, замечают это и подшучивают над бедным гардеробом страдалицы.
Однако главная критическая претензия к постановке - в ней размыто смысловое ядро. Действо распадается на отдельные сцены, психологическое напряжение от эпизода к эпизоду, увы, не растет. Между персонажами не складывается той истории, которая в итоге окажется роковой. Все слишком заурядно. А танец в конце первого действия, по всей видимости символизирующий порочные страсти героини, в масштабах истории не выглядит эстетически органичным. Отдельные роли сыграны неплохо. Более других убеждает Тихон в исполнении Сергея Сорогина. Очень жизненный образ! Он и водочку припасет на дорожку, и заначку за образа спрячет… Хочется на волю от маменьки и Кати сбежать! Тихон - Сорогин по-своему умело манипулирует женскими истериками в доме. Терпит матушкины наставления ( «а Васька слушает, да ест»), легко отнекивается от Катиных «дурных предчувствий». Тихон - Сорогин трогает сердца зрителей в финале: гибель жены переживает искренне, безутешно. Веришь и слезам, и упрекам. С Борисом же - А. Гудиным Тихон - С. Сорогин существуют как будто на двух разных планетах. Племянник Дикого смотрится противоестественно робким, «не от мира сего». По костюму (тоже, кстати, неизменному для всех случаев жизни) не то местный Евгений Онегин, не то лощеный премьер любительского театра. По поведению - сущее дитя неразумное. Нет в таком Борисе, погубившего жизнь Катерины, огня! Отсюда - неправда, натянутость отношений.
Каждый персонаж в новой «Грозе» как бы сам по себе. Может, именно в этом ее новизна? Не уверена. Безупречен в классическом самодурстве Дикой (Е. Щербаков), не в меру голосиста и хамовата Варвара (Е. Балакирева), придурковата странница Феклуша (Л. Королева), простодушна в своей девичьей влюбленности в… Тихона (!) девка Глаша (Ю. Блохова). Автономность существования своего персонажа демонстрирует Д. Пастер (в роли часовщика-самоучки Кулигина). Большую часть времени «изобретатель перпетуум-мобиле» проводит в уголке - починяет примус (остроумная аллюзия с котом Бегемотом?). А Кабаниха - О. Цыплакова, действительно, моложава. Придирчива к невестке. Заботлива с сыном. По-своему одинока в волжской глуши. Не без сердца, не без сострадания… Но цельной фигуры Марфы Игнатьевны ни постановщиком, ни артисткой, увы, не вылеплено. Апрельской премьере флотчан, очевидно, надо набрать вес, актерам врасти в материал, стать ансамблем. Может быть, тогда и оправдается не только интригой, но всем стечением судеб и обстоятельств роковое решение Катерины не возвращаться в постылый дом, а прыгать с обрыва в Волгу.
Прошедший сезон в Мурманске делал ставку на молодежь. Оправдалась ли она? На малой сцене МОДТ дипломант из Санкт-Петербурга Игнатий Кириллов поставил « Душевную историю» (пьеса А. Колесникова). Не буду подробно пересказывать содержание. Скажу лишь, что в ней инфернальное бытие соседствует с бытовым мирком коммунальной кухни. В общей квартире бок о бок проживают молодой человек якобы с задатками «непризнанного гения» (А. Воронин), влюбленная в него неудачница «по личной линии» (Ю. Денежкина) и... сам Черт, за всю свою земную карьеру не скупивший ни одной живой души (В. Равданович). Купить людишек с «потрохами» Черту, наконец, удается. Цена такой «сделки» - потусторонние Ад и Рай - представлена абсурдно.
Я советую этот молодежный спектакль посмотреть: звучит «Душевная история» весьма актуально. Публика с удовольствием откликается на остроумные реплики. Ей по душе манера исполнения, в которой ощутимо влияние КВН и «Камеди клаб». К сожалению, молодой постановщик не обладает пока точным видением постановки в целом. В спектакле немало досадных просчетов по мелочам. И достоинства дипломной работы оборачиваются ее недостатками. Между партнерами, существующими в режиме «показа», а не «изображения», не только не возникает «химии» влюбленности, но и обычного человеческого общения. Она в огромной грязной кастрюле варит якобы вкуснейшие борщи, он, пугливо озираясь по сторонам, их поглощает. «Непризнанный гений» якобы предельно равнодушен не только к влюбленной идиотке, но и всему человечеству. Она якобы самоотверженна до абсурда. То и другое - демонстрируется, но ни в коей мере не проживается артистами. В. Равданович (сосед - Черт), столь блеснувший в «Безумной из Шайо», в менее опытных режиссерских руках в лучшем случае трогательно наивен. «Душевная история» - нагромождение невнятных парадоксов. Новая молодежная эстетика? Если именно такой И. Кириллов видит современность, то «картинку абсурдного мира» надо бы не только обозначить, но и воплотить.
О другом молодежном спектакле МОДТ - постановке Н. Ковалева «Мир-Дверь-Мяч» - я уже писала в «Мурманском вестнике», повторяться не имеет большого смысла. Пользуясь случаем, хочу только принести извинения труппе за то, что в рецензии были перепутаны имена героев и исполнителей. Одну из центральных ролей - перерезавшего себе в финале вены инвалида Димы Пузырева сыграл А. Покатнев. Пьеса челябинского автора, лауреата Всероссийского литературного конкурса Егора Черлака впервые увидела свет рампы в Мурманске. Как знать, может быть, сам автор посетит премьеру осенью, пройдут обещанные зрительские конференции. Интересно, что скажут об истории подленького дележа выгодного местечка на Селигере молодые зрители? Почему персонажи спектакля «Мир-Дверь-Мяч» еще так молоды, но в них уже так много грязи - и в мыслях, и за душою?
Сезон позади. Лето на севере короткое. Того и гляди театральный занавес раскроется вновь…
Театру - играть. Зрителю - смотреть. Критикам - размышлять.
