Студентка пятого курса МГГУ Полина Стрелкова в этом году стала лауреатом областной литературной премии имени Константина Баева и Александра Подстаницкого в номинации «Поэзия». Сегодня мы представляем молодого автора читателям.
- Стихи, насколько я понял, вы начали писать еще в детстве. А когда поняли, что это - всерьез, что не только для себя, - в тетрадку?
- Сейчас нахожу те черновики и вижу огромную разницу, и в первую очередь не в силе поэтического текста, а в подходе. Лет в пятнадцать это больше напоминало срифмованный дневник - по два-три «стихотворения» в день, сливающихся в одну историю конкретной девочки. Около трех лет назад стали пропадать длиннострочные записки: появилось желание тщательно выбирать слова, не захлебываться многословием. Возможность заниматься литературным трудом стала в тот период для меня более осмысленной. Впервые я присутствовала на обсуждении собственной подборки, читала вслух свои строчки, услышала непредвзятые комментарии других, малознакомых людей. Я поняла, что все всерьез, когда почувствовала ответственность за то, что пишу. Перед читателями и перед собой.
- Кто для Полины Стрелковой авторитет в русской поэзии, кто, как вы считаете, в большей степени повлиял на то, что пишете? Кого чаще читаете из русских поэтов?
- Неисчерпаемым для меня остается Серебряный век русской литературы. Каждый раз прикасаюсь к нему в разных сборниках, замечая новые, волшебные вещи. Из недавно перечитанных - Илья Эренбург и Наталья Крандиевская. Очаровывают Гумилев, Ахматова, Пастернак. Из современных поэтов выделю Веру Павлову и Татьяну Данильянц. Больше, кажется, читаю прозу. В ней абсолютно поэтичным для меня является Тургенев.
Влияний много - меня и Интернет лепил аудиостихами и блогами, и сборники Тушновой и Асадова на мамином столе.
- А кто из поэтов-земляков наиболее интересен, если кого-то читали, конечно?
- Читала немногих, и у тех - не все, но назвать есть кого. Знакома с творчеством Елены Рыхловой, Эльвиры Болдыревой, Маргариты Березы. Интересны те, кто сейчас примерно одного возраста со мной - молодые авторы, отмеченные на различных региональных конкурсах и премиях и получившие первые публикации.
- А почему большая часть стихов написана от имени мужчины?
- Попробовала писать от лица мужчины совсем недавно - понравилось. Укорачивая все глагольные формы, словно подбираю юбку: чувствую пространство стиха более собранным и концентрированным, скорее вхожу в состояние работы над строчками, увереннее обхожусь со словами. Но, в целом, принципиальным это не считаю, и от мужского лица стихотворений не думаю, что больше. Не считала.
- Главная проблема у вас, если о стихах, - замкнутость в рамках одной темы: два человека, их взаимоотношения, не слишком радостные. Стихи, что вошли в сборник лауреатов премии, только такие. А других нет? Не скучно в четырех стенах любовной лирики?
- В сборнике есть произведения разных лет, это заметно даже по форме. Соглашусь с тем, что ранние стихи стояли на зыбком фундаменте ощущений из личной жизни. Но в последней подборке таких практически не осталось. Кажется, удалось перерасти себя, выйти за границы «дневника». Кроме двух противоположных по полу людей - появляются другие. Есть стихотворения вовсе не «о взаимоотношениях». Художественный мир, откуда приходят строчки, растет. В нем появляются новые, сложные судьбы и лица, осмысляются дружба и дело, время и город, ложь и красота. И - да, там не скучно!
Полина СТРЕЛКОВА
•
Ты не соврешь и действительно ляжешь спать.
Я дослушаю голос персиковой мякоти.
Никому не сказать, какая в нем честность и гладь,
и почему звонишь ты, а не тысячи номеров из памяти.
Я любила бы город и глаза твои неслепые,
сквозь слова и рисунки углем на шершавых альбомных листах.
Я бы выбрала ночи пьяные, сны кривые,
но мне кажется - все на своих местах.
Мы кривлялись, промокшие. Плакали у экрана
и поломанными руками искали след.
Мы молчали, а я не верила и не знала -
так в тебе умирает еще один твой рассвет.
Дел и вправду по горло, слова вылетают из рук,
оставляют липкие дуги чайного дна.
Обещаешь мне - ты спасешься, а я умру.
Я же знаю, что ничего не смогу одна.
Упадешь усталостью лба в порошковый запах подушки,
в нервном кашле снежинок обрывками легких дыша.
Ты не соврешь. Я найду тебя утром простуженной
и такой же красивой, как небо, как сон, как душа.
•
Ты седая теперь. Оседаешь в снег.
В тот, что выпадет месяца через три.
Я несу тебя жить, прислоняю к возне;
в духоту проваливаешься курить.
Ничего не просится - мчаться, кровить душой,
разрезать упругие горы и облака.
Слышим только - себя, обведенных черным карандашом.
Нам пуста на ощупь собственная рука.
А носили бы жизнь праздничным колпаком,
Грудь бы полнила солнечная глубина.
Говорю - что клюкву лопаю под языком:
«Ты седая теперь». И постанывает луна,
и поставь меня в угол дома, в дощатость - лбом...
Ты седая теперь, ты седая моя метель.
Я несу тебя жить в тазу цинковом, голубом,
за сухим сквозняком и скрипом дверных петель.