«Голос немого кино - что за бред? - спросит иной скептик. - Ведь немое кино потому так и зовется, что основано исключительно на том, что мы видим!»
Формально это действительно так, но… попробуйте посмотреть любой фильм, телепередачу, даже спортивную трансляцию без звука - не думаю, что выдержите долго. Потому-то техническая «немота» киноленты всегда компенсировалась присутствием тапера - музыканта (обычно - пианиста), сопровождавшего своей игрой киносеанс.
По иронии судьбы эту музыкальную профессию убил музыкант же - певец джаза, точнее, вышедший в прокат в 1927 году первый звуковой фильм с одноименным названием. Великий немой заговорил - да так, что собственно немое кино как таковое практически исчезло. Редкие попытки его воскресить ограничивались в основном сферой артхауса - из более-менее свежих примеров можно вспомнить снятого на исходе XX века «Юху» Аки Каурисмяки.
Но даже если нельзя оживить немое кино, можно вновь сделать актуальными немые фильмы. Возвращение Великого немого к современному зрителю - обычному, а не только профессионалам от киноискусства - одна из тех задач, которую ставит перед собой кинофестиваль в норвежском Тромсё.
Ежегодно там собираются музыканты, выбирают классический немой фильм, к нему пишется современное звуковое сопровождение, и он представляется публике. В прошлом году такой картиной стал «Дом на Трубной» Бориса Барнета, в этом - «Третья Мещанская» Абрама Роома.
- Собственно, добавление современного саундтрека к классике немого кино вещь не новая, - говорит руководитель специальных проектов фестиваля в Тромсё Игорь Шайтанов. - Две главные особенности, выделяющие наш проект, - импровизация и межкультурное сотрудничество. Музыканты, до этого не работавшие друг с другом, делают свою версию саундтрека в крайне сжатые сроки - всего одна фестивальная неделя! Волей-неволей им приходится, как когда-то таперам, постоянно импровизировать, что так важно для сохранения духа немой классики. К тому же чтобы добиться результата, им приходится активно взаимодействовать, находить точки соприкосновения невзирая на культурные и стилистические различия. Поскольку мы работаем с профессиональными музыкантами, мы можем быть уверенными в качестве звуковой дорожки, но вот какой она будет по содержанию, предсказать невозможно.
Все это позволяет действительно по-новому прочитать фильм. Прочитать его современным взглядом, сделать акценты для того, чтобы он стал еще более понятен современной публике.
Рассказал Игорь и о том, как выбирают фильм. Выбор зависит сразу от нескольких факторов: программы фестиваля, пожеланий музыкантов, многих других, в том числе и технических - вплоть до банальной доступности копии.
Несколько слов о самом фильме «Третья Мещанская» и его режиссере Абраме Рооме. Михаил Ромм вспоминал: когда он только пришел в кино, ему советовали взять псевдоним, чтобы его не путали с Роомом. По иронии судьбы сейчас о Рооме в отличие от Ромма помнят только специалисты.
Подвергнувшись в 1930-е годы жесточайшему разносу за «аморальную» ленту «Строгий юноша», он в буквальном смысле слова наступил на горло собственной песне и стал снимать безликие, но абсолютно правильные с идеологической стороны картины, и даже дважды награждался за них Сталинскими премиями.
Но не случайно же говорят - искусство требует жертв. Кто кинет камень в Роома за то, что он не стал жертвовать собственной безопасностью ради самовыражения? Однако в итоге кинохудожник Роом умер гораздо раньше, чем человек.
«Третья Мещанская» - это время расцвета Роома. Фильм пользовался популярностью не только в СССР - язык Великого немого был универсален, и лента под разными названиями шла в прокате европейских стран и США. Среди ее иностранных названий было и такое - «Любовь втроем»: сценарий «Третьей Мещанской» написал Виктор Шкловский, не понаслышке знакомый со взаимоотношениями Владимира Маяковского и четы Бриков. Однако сама идея «Третьей Мещанской» с личной жизнью великого поэта никак не связана - ею послужила заметка в газете о том, как в роддом за молодой матерью пришли два ее мужа…
- Если сравнить «Дом на Трубной» и «Третью Мещанскую», - спрашиваю Шайтанова, - было ли что-то, что отличало работу над этими двумя картинами?
- Организационная сторона работы не сильно отличается год от года, тем более что международный кинофестиваль в Тромсё собирает музыкантов для участия в нашем проекте уже много лет подряд. Конечно, каждый раз мы пытаемся ввести что-то новое, как-то усилить проект. В случае «Дома на Трубной» попробовали ввести в состав работающих над саундтреком известного и в России, и в Норвегии джазового музыканта Аркадия Шилклопера. Результатом остались довольны, и в этом году решили закрепить успех. Русская часть состава представлена достаточно сильными именами. Это Андрей Кондаков и Владимир Волков - известные музыканты, сделавшие многое для развития импровизационной и авангардной музыки в России. Вообще на этот раз состав получился во многом джазовый. С джазом мы еще не работали, и результат оказался очень интересный.
По словам Игоря Шайтанова, на процесс создания музыки организаторы не влияют. Тут все зависит от музыкантов - их виденья конкретного фильма. Все новоиспеченные таперы - профессиональные музыканты, часто работают в разных жанрах.
- Иногда творческая находка строится на контрасте, - отмечает Шайтанов. - Кто-то считает нужным действовать иллюстративно, кто-то, наоборот, хочет избежать имитации звуков, в любом случае конечный результат - это творчество музыкантов. Наша задача - создать все условия, чтобы получился достойный саундтрек, и приложить максимум усилий, чтобы наша новая работа нашла своего зрителя...
- А что мы увидим в будущем году?
- Естественно, планы на следующий год мы уже начали строить. О фильме пока говорить рано, но зарисовки и по поводу кино, и по поводу музыкантов, участников проекта, уже есть.