Родились на Шпицбергене, детство и юность провели в Ленинграде, зрелые годы - в Мурманске, а недавно на год уезжали в Москву, и сейчас вернулись в Заполярье с новыми документами. Такая вот насыщенная биография у трех картин народного художника РФ Андрея Яковлева.
Скипидар на пленэре
В столице два живописных полотна и один графический лист тоже не лежали без дела. Им возвращали первоначальный облик в научно-реставрационном центре имени академика Игоря Грабаря. Восстановительные работы были задуманы не просто так, а с прицелом: осенью картины предстанут перед северянами во всей красе на персональной выставке их автора в областном художественном музее.
- Андрей Яковлев учился в Московском государственном художественном институте имени Сурикова и в Институте живописи, скульптуры и архитектуры имени Репина. Окончив последний, в 1960 году отправился на Шпицберген, где создавал живописные и графические полотна, а также писал книгу, - рассказала хранитель музейных предметов Оксана Третьякова. - Картины он писал в суровом арктическом холоде, на ветру, во время пленэров. Писать надо было быстро, поскольку краски чуть не моментально высыхали. Яковлев признавался, что в качестве растворителя использовал не самое распространенное средство - скипидар. Холсты подготавливал себе сам, буквально в полевых условиях. Все это и стало причиной того, что сохранность картин со временем пострадала и потребовалась реставрация.
В центре имени Игоря Грабаря картины пробыли 11 месяцев - восстановительный процесс небыстр и проходит в несколько этапов. А начинается все с заседания реставрационного совета в музее, где решается вопрос, какие картины нуждаются в обновлении. К примеру, сейчас в художественном музее таких полотен порядка 15. Ближайшие в очереди - графические листы Михаила Кирина, чей юбилей мы будем отмечать через три года.
- Работы Яковлева находились в аварийном состоянии: лист начал разрушаться, мы не могли его даже руками трогать, настолько хрупкой по краям стала бумага, почти рассыпалась, - сказала главный хранитель музея Мария Кулинич. - Средства на реставрацию заложены в госзадании музея, из областного бюджета мы получаем на это определенную сумму. Сначала отправляем фотографии выбранных картин в реставрационные мастерские, там делают предварительную оценку, во сколько обойдется работа, и тогда уже принимается окончательное решение. К примеру, восстановление трех картин Яковлева обошлось в сумму около 600 тысяч рублей. Подобными работами занимаются специальные мастерские при Академии художеств, в центре имени Грабаря в Москве или его филиале в Вологде.
Плюс один предмет
Увидеть обновленные произведения «Первые цветочки», «Здравствуй, солнце!» и «Порт Баренцбург» северяне смогут осенью в стенах Культурно-выставочного центра Русского музея. Там откроется персональная экспозиция Андрея Яковлева, посвященная его 90-летию. В зале будут представлены произведения, созданные в 1960-х годах на Шпицбергене, и те, что он писал уже в 2000-х, часть которых находится в постоянной экспозиции музея. Одна из них - «Медовый спас», написанная в 2012-м, с мелкими деталями, свежая, воздушная, цветная. С совсем другим настроением, чем работы, созданные на Шпицбергене.
Всего же в фондах областного художественного музея хранится более двадцати произведений Андрея Яковлева. Основная их часть поступила из собрания семьи художника в начале века.
Однако вернемся к отреставрированным картинам.
- Даже сейчас, если приглядеться, можно увидеть места, где были прорывы полотна на картине «Порт Баренцбург», - отметила главный хранитель. - Теперь они заклеены специальным бумажным слоем, в том числе японской бумагой по периметру, обработаны и тонированы с помощью реставрационных красок. Кстати, после возвращения картин у нас стало одним предметом в коллекции больше: специалисты отделили кусочек «Литературной газеты» за 5 ноября 1960 года от места разрыва, бережно обернули папиросной бумагой и вернули нам. Скорее всего, художник неудачно начал фиксировать лист, порвал его и подклеил тем, что было под рукой. Теперь это часть экспоната. Думаю, и на выставке мы найдем для нее место.
Как выглядели произведения до поездки в Москву, мы можем узнать только благодаря фотографиям: музейщики и реставраторы фиксировали каждый этап. Так, на картине «Здравствуй, солнце!» было много заломов и сильных замятостей, зажимы на подрамнике.
- Специалисты все расправили, несколько раз промыли полотно, пока не ушла желтизна. Обо всем этом можно узнать и по снимкам, и по записям в реставрационном паспорте, - пояснила Оксана Третьякова. - Также была проведена люминесцентная съемка под ультрафиолетовыми лучами, чтобы увидеть прорывы, имеется ли лаковое покрытие. Его, кстати, совсем немного, картина почти вся матовая, без защитного слоя, что тоже не способствовало ее длительной сохранности. Также реставраторы заменили подрамник, сделали перекладинки, чтобы холст хорошо натягивался, перенесли надписи и оформили в другую раму.
Обо всем этом подробно и детально говорится в паспортах картин. Например, из них мы можем узнать, что сначала «Здравствуй, солнце!» реставраторы пытались промыть дистиллированной водой, но этот способ не подошел: красочный слой растворялся. Тогда специалисты использовали химическое вещество пинен. А для укрепления грунта и красочного слоя пригодился клей фунори, который получают из морских водорослей японского происхождения. Раньше его применяли только при монтаже традиционных японских предметов, а сейчас он все чаще используется для реставрации объектов культуры.
Что ж, оставим обновленные картины в покое. Сейчас они заняли свои места на привычных полках в хранилище музея, а через несколько месяцев переместятся в выставочный зал - на всеобщее обозрение.
