В год 320-летия Санкт-Петербурга в Мурманск из города на Неве приехала интересная выставка, посвященная Петру Первому и основанному им городу, названному в честь его святого покровителя. Она так и называется - «Именем Петра». Более пятидесяти экспонатов расположились в двух залах филиала Мурманского художественного музея на улице Софьи Перовской, 3. Работать экспозиция будет до 12 декабря.

Когда фотографы еще не родились

Предоставил выставку Музей истории Санкт-Петербурга, а привезла ее в Мурманск заместитель главного хранителя Наталья Меркулова. Как известно, в Петровскую эпоху еще не существовало ни фотографии, ни фотографов. Но виды города и архитектуру строившихся исторических зданий очень точно передавали художники. Поэтому подавляющее число экспонатов - литогравюры, причем в первом зале дореволюционные, а во втором уже в основном советского времени.

- Это как подарок, ведь нам предложили готовую и тщательно отобранную выставку! - оценила событие на открытии экспозиции директор художественного музея Ольга Евтюкова. Пройдемся же по ней, как это принято, по часовой стрелке, слева направо.

Здание Петровских коллегий, гравюра Е. Внукова, 1753 год. Фото Льва Федосеева.

Открывается осмотр копией (естественно, уменьшенной в масштабе) памятника Петру работы Фальконе - так называемого Медного всадника с надписью на постаменте «Петру Первому Екатерина Вторая». Копию в начале ХХ века отлил из чугуна скульптор Василий Торокин, и очень любопытно увидеть воспетый Пушкиным монумент глазами пролетающего над памятником голубя... Или, если угодно, взглянуть на самодержца свысока. Где еще вы сможете себе такое позволить?

Чуть дальше видим на стене гравюру, рассказывающую о торжественном открытии Медного всадника на Сенатской площади. Оказывается, в процессе создания монумент был заслонен от взоров любопытствующих горожан высокими деревянными щитами. А в нужный момент щиты просто упали на землю, раскрыв легендарный памятник, как бутон розы. Эх, не было тогда кинохроники... Но точный взгляд художника-очевидца  донес до нас сам дух события.

Стопа юбилейная, 1903 год. Фото Льва Федосеева.

Самые счастливые

А вот еще одно хрестоматийное событие - свадьба Петра, 1712 год, широкое застолье на гравюре художника А. Зубова. Впрочем, следует заметить, что все гравюры - это, разумеется, более поздние копии, которые Музей истории Петербурга заказывал лучшим мастерам.

Из «вещественных доказательств» эпохи надо упомянуть антикварный фарфор фабрики «Товарищество производства фарфоровых изделий Кузнецова», Рига. В 1903 году, к двухсотлетию Северной столицы, мастера изготовили, например, юбилейную стопу с портретом императора. Что ж, как говорится, в тему. Чарку он, известно, от себя не отодвигал.

Возле картины «Петербургский интерьер», художник Анатолий Васильев, 2013 год. Фото Льва Федосеева.

На выставке представлены пейзажные виды на дворцы города Петровской эпохи. Замечу, что углы обзора часто не совпадают с современными из-за последующей застройки и поэтому любопытны до чрезвычайности. Перечислять все эти работы вряд ли имеет смысл, но есть ли среди них такая, которая особенно дорога сердцу нашей петербуржской гостьи и одновременно хозяйки экспозиции?

В ответ на этот вопрос Наталья Меркулова не задумываясь подвела меня к изображению огромного здания Двенадцати Петровских коллегий гравера Е. Внукова по рисунку М. Махаева 1753 года (копия А. Корнилова, 1984 год):

- У меня всегда екает сердце, когда смотрю на эту гравюру. Ведь еще с дореволюционной поры это здание принадлежит Санкт-Петербургскому университету, в котором я училась в 90-е годы на историческом факультете. А студенческие годы, несмотря на лихость 90-х, самые счастливые у каждого человека!

Петра творенье

Во втором зале царствуют двадцатый век и разнообразие жанров. Вот, к примеру, афиша оперы «Царь-плотник» в Малом оперном театре Северной Пальмиры 1957 года. Написал эту комическую оперу о пребывании Петра в Голландии, где тот изучал кораблестроение, немецкий композитор Альберт Лорцинг еще в 1837 году. Она с успехом шла по всей Европе, но в царской России пребывала под негласным запретом. Однако Малый оперный (Михайловский) театр восстановил ее через 120 лет.

С неподдельным любопытством рассматриваю нью-йоркскую афишу кинопремьеры фильма 1939 года «Петр Первый» по одноименному роману Алексея Толстого. Рядом висят эскизы костюмов его героев работы отечественных художников. (К слову, ленту прокатывали и за океаном, историки говорят, что американцы валили валом на сеансы. И это был первый советский фильм, который просмотрел у себя в Белом доме президент США Рузвельт, в скором будущем - наш союзник по антигитлеровской коалиции. Гм-м, а не намекнул ли ему в числе прочего и образ энергичного царя-воина и строителя, что с русскими можно иметь дело?)

Нью-йоркская афиша фильма «Петр Первый» по роману Алексея Толстого, 1939 год. Фото Льва Федосеева.

Далее на выставке - два живописных полотна словно ведут непримиримый эстетический диспут, который вряд ли имеет шанс когда-либо закончиться. Картина Веры Семеновой-Тян-Шанской 1946 года «Портрет Петра I» исполнена маслом по канонам сталинского реализма и очень похожа на парадную фотографию для книги военных мемуаров. Работа же современного автора Анатолия Васильева «Петербургский интерьер» (2013 год) выполнена в оргалите и акриле и искусно прячет лицо самодержца в деталях обстановки. Классика и модерн - чья возьмет?..

Он был очень разным, наш Петр Первый. Но, вспоминая 320 лет Петербурга, Петрограда, Ленинграда и снова Петербурга, на этой выставке хочется вслед за Пушкиным повторить: «Люблю тебя, Петра творенье!..»