Удачный тандем творческого центра «АртАрктик.лофт» и владельца патефонной коллекции Сергея Кольцова дают возможность апатитчанам и гостям города вдохнуть воздух ушедшей эпохи, почувствовать свою связь с культурной традицией прошлого.
С Клавдией Шульженко
Первый из серии таких вечеров организаторы посвятили творчеству Клавдии Шульженко. Весьма одушевили встречу в лофте ведущая Елена Ходотова и Елена Пичкорская, которая аккомпанировала Ларисе Владимировой. Устроители удачно совместили живое исполнение репертуара любимой певицы прошлого с патефонным воспроизведением.
Каким-то композициям собравшиеся подпевали - «Давай закурим», «Синенький платочек», какие-то словно открывали впервые - «Песенку про мужей», например, или «Луна, загляни в окошко». Автора этих строк приятно удивило, что «Вальс устарел» на слова Евгения Евтушенко тоже был в репертуаре Клавдии Ивановны. Мы эту песню учили в школе на уроках музыки, так что и мне удалось подпеть. Магия голоса, звука, настроения… Само имя, его звучание - Клавдия Шульженко - необыкновенно, оно может принадлежать нынешнему веку лишь как клад, старинная драгоценность.
Успеть собрать
Воспроизводил песни Клавдии Шульженко на этом вечере при свечах ПТ-3 - патефон 50-60-х годов производства завода имени Молотова из коллекции Сергея Кольцова. Сергей всю жизнь работает в сфере культуры, сейчас у него своя автономная некоммерческая организация в этой же области. А патефоны - увлечение, в общем-то, недавнее, но пылкое. За семь-восемь месяцев он успел приобрести шесть аппаратов и около 700 пластинок. Теперь коллекция в квартире - везде!
- Вспомнилось вдруг детство, когда мы приезжали в гости к бабушке в Вологодскую губернию и терзали ее патефон, - рассказал он. - И так захотелось повторения, словно накрыло. Тогда купил свой первый патефон, он пришел с пластинками, хозяин патефона мне их подарил.
Сейчас у Сергея, как уже было сказано, несколько патефонов, среди них окопный, офицерский, совсем маленький. ПТ-3 - самый звучащий из них. Дело в мембране, которая находится внутри тонарма - устройства, которое вместе с закрепленной иглой опускается на пластинку. Звук проходит через тонарм, внутри которого находится металлический рупор. Патефонов сохранилось еще довольно много на руках, коллекционеры активно приобретают их, в том числе для замены деталей.
- Я пытаюсь их восстановить, конечно, при этом все детали должны быть родными, с того же завода. Вот ПТ-3 - это завод Молотова, и все, вплоть до шурупчиков, должно быть аутентичным, - пояснил коллекционер.
Иглы разные - для громкого звука, для тихого.
- Если патефон заводили в избе, а иглы были только громкого звука, то хозяева запихивали в рупор что-нибудь вроде шерстяного носка для его погашения. Я такие патефоны получал, - улыбнулся Сергей.
Сто жизней пластинки
Патефонные пластинки, чтобы мы знали, отличаются от виниловых не только материалом: граммофонные и патефонные изготавливались из шеллака - воскоподобного вещества из производных продуктов жизнедеятельности тропических насекомых. Они более хрупкие, и на каждой стороне помещается только одна песня, а первые были вообще односторонними.
На них нет ограничителя, который позволял бы игле не соскакивать после воспроизведения. Тут надо держать ухо востро и не пропустить момент, чтобы не испортить пластинку и иглу. Кроме того, количество воспроизведений ограничено: такой диск не выдерживает более ста прослушиваний, так что лишний раз Сергей старается пластинку не ставить. Оцените широту жеста коллекционера, можно сказать, от сердца оторвал, когда дал послушать во время патефонного вечера в творческом центре.
Сам Сергей очень любит Клавдию Шульженко, есть в его собрании Утесов, Робертино Лоретти и Лемешев - именно им, кстати, будет посвящена следующая музыкальная встреча в лофте. Есть некоторые экземпляры ради коллекции, например, монологи Торопуньки и Штепселя. Одна из редкостей, хотя редкость тут все, - это запись гимна Советского Союза: на одной стороне со словами, на другой - минусовка, без слов, для колхозных собраний, чтобы люди сами могли исполнить.
Самая раритетная - оркестр Великобритании с маршем полковника Боуи, запись начала прошлого века, а пластинка примерно столетней давности. Идентифицировать точно год выпуска очень сложно, он просто-напросто не указывался. Наносился номер матрицы, и все. Выручить может каталог грамзаписи в России, это издание весьма редкое, только сейчас Сергею удалось его раздобыть. То же самое - с самими патефонами, ориентировочно их возраст можно определить по эмблеме, которые время от времени менялись.
Но оставим эти тонкости коллекционерам. Нам важен голос времени, который так хорошо воспроизводит патефон, шурша и потрескивая.
