(Окончание. Начало в № 86).
Срочный вызов
Воскресное утро 22 июня в Мурманске было теплым и солнечным. Об этом написал в своем дневнике Максим Старостин. Первый секретарь обкома ВКП(б) вел его, оставляя на страницах когда короткие заметки, когда подробный отчет об ушедшем дне.
Поздно вечером в субботу после работы он выехал с семьей и группой работников обкома на природу вверх по реке Туломе. Сели на катер в Мурмашах и взяли курс в сторону поселка Юркино. Возвратиться домой должны были в воскресенье. В обкоме партии Максим Иванович оставил дежурного, свои координаты и предупредил, чтобы в случае необходимости его нашли.
«В четвертом часу утра показался и причалил к нам пограничный катер. Мне сообщили, что срочно вызывают в обком ВКП(б). Поскольку мотивы вызова не были ясны, то я с женой и сыном, а также с некоторыми товарищами пошел на катере в Мурманск, а остальным разрешил остаться. Приехав в обком партии, выяснил, кто и откуда звонил. Позвонил в ЦК ВКП(б), узнал, что фашистская Германия без объявления войны напала на нашу Родину. Фашистские самолеты бомбят наши приграничные города», - записал Максим Старостин 22 июня.
В Мурманске все было тихо. Лето, воскресенье, город еще спал. Воскресные номера газет, которые почтальоны только-только разносили по почтовым ящикам, содержали статьи о мирной жизни. Беря в руки свежую «Полярную правду» за 22 июня 1941 года, тогда никто и представить себе не мог, что эта дата навсегда станет черной в нашем календаре.
«Поехал домой перекусить. В городе спокойно. Население спит мирным сном и не знает, что уже началась война», - написал секретарь обкома.
Первые атаки
Фашисты в Заполярье активно пойдут в наступление через неделю. Но уже в первые часы после начала войны немецкие самолеты начали бомбить нашу территорию. Одними из первых в Мурманской области о том, что пришла беда, узнали жители Полярного. Командующий Северным флотом адмирал Арсений Головко в своей книге «Вместе с флотом» написал, что фашисты бомбили Полярный уже утром 22 июня:
«Гул взрывов слышали все. По улицам засновали люди в поисках убежищ. Многие из тех, кому не обязательно оставаться здесь, кинулись, несмотря на ранний час, к стоящим у причалов буксирам и пароходам, чтобы переправиться в Мурманск и оттуда отправиться вглубь страны».
Головко рассказывал, как всполошились артисты-москвичи. В те дни в нашей области гастролировал театр имени Немировича-Данченко, сначала гости давали спектакли в Кировке, а в предвоенные выходные выступали перед североморцами.
«В течение двух часов из Полярного выбрался весь состав тетра, позабыв взять декорации и реквизит, - писал адмирал Головко. - Удивляться и досадовать ни к чему: привыкнуть, вернее, приспособиться к бомбардировкам сразу нельзя. Не теряя времени, приступаем к массовой эвакуации детей и женщин из Полярного, а также из других гарнизонов. Когда пароход «Ост», переполненный женщинами и детьми, отвалил от причала, послышался гул самолетов, и на гавань из облаков посыпались бомбы.»
На военные рельсы
В полдень по радио выступил Молотов, он сообщил о нападении Германии. И жизнь перевернулась, раскололась на до и после. Сегодня трудно себе представить, что творилось в первые часы и минуты после окончания речи Молотова в городах и поселках нашей огромной страны, что предпринимали ошарашенные известием люди. Конечно, о том, что война может случиться, многие предполагали, к ней готовились со школьной скамьи, будучи уверенными в скорейшей победе. И вот она началась…
«В случае воздушной тревоги населению необходимо наглухо закрыть окна и двери, затушить огонь в топках, погасить примуса и прочие огнеопасные предметы, привести противогазы в положение «наготове», сделать запас воды», - писала в первом военном номере «Полярная правда».
Максим Старостин был озабочен тем, не вступит ли в войну на стороне Германии Финляндия, ведь область граничит с нею на всем участке от Лиинахамари до Алакуртти. В дневнике писал, что необходимо дать по радио закодированное указание всем рыболовецким траулерам, у кого есть запас топлива, следовать в Архангельск. Какие-то суда уйдут, но многие останутся в Мурманске - их оснастят вооружением, и они будут защищать город с моря и под бомбежками ловить рыбу.
Прифронтовыми становятся и Мончегорск, и Кандалакша. Никелевый завод готовится к эвакуации, железнодорожники трудятся, как на передовой, обеспечивая бесперебойное прохождение военных эшелонов и поездов, везущих людей в эвакуацию.
«Если локомотивы будут в исправности, то поезда будут продвигаться точно по расписанию. 23 июня группа слесарей механиков тт. Шепенев, Минков, Павлов, Мелешин производственные нормы выполнили на 184 процента, слесари наладчики и моторщики перевыполнили нормы в два раза», - писал «Кандалакшский коммунист».
А в Терском районе мужики-поморы уже записываются и отправляются на фронт, жены занимают их трудовые места, дети во всем им помогают. В статье «В помощь взрослым» в газете «Большевистская трибуна» еще не верят, что настала настоящая, страшная война:
«Происходящие сейчас в нашей стране события в связи с разбойничьим налетом германских фашистов на Советский Союз встречают живейший отклик среди пионеров нашего района. Они пошли работать в совхоз, ремонтируют школу, помогают дома. У рыбачки Е. Березиной пятеро детей, старшей дочери Тамаре всего 11 лет. Но Тамара является настоящей хозяйкой дома. Она нянчится с детьми и выполняет в отсутствии матери все домашние работы».
Максим Старостин делает заметку в дневнике о том, что мурманский военком М. Н. Куликов сообщает ему о начале мобилизации, рассказывает, что на фронт просится много горожан непризывного возраста: выпускники школ, рабочая молодежь. Не только парни, но и девчата просятся если не на передовую, то в санитарные и пожарные дружины.
«Полярная правда» пишет о юной мурманчанке Люде Верещагиной: «Отец у меня пойдет на фронт, - говорит она. - Я тоже не хочу отстать от него. Я здорова и могу принести пользу».
А на призывном пункте уже выступают столичные артисты, эвакуированные из Полярного, вместе с бригадой мурманского концертного бюро поют для тех, кто не сегодня-завтра отправится на фронт.
Мария Селиверстова, пришедшая в облкомитет Красного Креста, рассказывала о своем муже:
«Он до последней капли крови отдаст свою жизнь за Родину, за ее честь, плохо только одно, что я сейчас не могу идти на фронт, меня задерживает трехлетний сын, но если крошку примут в круглосуточный детский сад, я тоже пойду на фронт».
В следующей газетной статье - стихи.
Вчера на фронт ушла моя подруга,
Простая, юная, как ранняя весна.
Ни тени слез, ни капельки испуга
На память не оставила она.
Эти строки написала Раиса Троянкер - корреспондент «Полярки», жительница военного Мурманска, автор многочисленных статей и очерков о защитниках Заполярья и тружениках города.
…Отряд прошел в стальном чеканном марше,
Уверенный, победный, волевой,
И с ним на фронт ушла подруга наша
Совсем девчонка и совсем герой.
Впереди - и бои на Западной Лице, и подвиг Полярной дивизии, героический труд портовиков и рыбаков, сожженный летом 1942-го фашистской авиацией город, и победная Петсамо-Киркенесская операция. «Мурманск - маленький Ленинград» - так назвал в своих дневниках секретарь партийного обкома Максим Старостин город, которому предстояло стать городом-героем.
Благодарим за помощь при создании материала Государственный архив Мурманской области.
