(Окончание. Начало в № 53)
Умба
Когда мы выезжали из Мурманска, светило солнце. В Ловозере на небе была пара облачков. В Умбе все затянуло, поднялся небольшой ветерок.
- Ничего? - спросил я у пилотов.
- Шесть метров в секунду, пустяки, - отвечают.
Экипаж в кабинете, груз на месте, пассажиры расселись на лавочках. В тесноте, конечно, да не в обиде. И лететь недолго, и все уже давно привыкли к таким перелетам.
- Видел, кто в коробке сидит? - спрашивает меня мой коллега, фотограф Лев Федосеев. - Я уже ее сфотографировал.
Заглянул, а там сидит, жмется к стеночке крохотный щенок лайки.
- Лайма зовут, - говорит одна из наших спутниц, - попросили привезти в Чаваньгу.
Рядом зашевелилась сумка, молния на ней поползла в сторону, из сумки высунулся недовольный кожаный нос.
- О, да тут еще одна! - говорю.
- Это моя, - усатый сосед пытается запихнуть собаченцию внутрь. - Сиди уже! Что ли первый раз в вертолете летишь?
- Что за порода?
- Да какая там порода? Обычная дворняжка мелкая. Сучка, зовут Мишель. Дочка подарила, вот в Чаваньгу везу, там будет жить, дом охранять.
Вертолет взлетает, в салоне становится шумно, так что поговорить возможности нет. Справа внизу снова видно Белое море. Оно еще подо льдом, но видны проталины. По берегам замечаем рыбацкие тони, мелкие избушки.
Местные жители в иллюминаторы даже и не смотрят. А нам все интересно. Лес закончился, видим занесенное снегом огромное чистое поле. Пустыня! Это мы до Кузомени уже долетели. И точно - внизу домишки вдоль реки. Варзуга вот-вот уже вскроется ото льда, лед темный. Еще минут 15 и снова посадка.
Чаваньга
Село большое, старинное. В последний раз мы здесь были летом прошлого года, летали с членами избирательной комиссии, проводившими референдум по Конституции. Тогда останавливались здесь на два часа. Сейчас - пять минут.
Вертолет садится, открывается дверь и начинается выгрузка. У борта уже кружат снегоходы с прицепами. Ждали прилета, готовы загружаться. Тут же детишки, тут же местные дворняжки. Для всех прибытие вертолета - событие.
Выходят здесь два человека, старушка и мужчина - местный житель Сергей Кожин.
- Кожины по всему Терскому берегу живут! - с ним я заговорил, узнав фамилию еще в Умбе.
- И в Чаваньге нас много, и в Оленице. В Чапоме есть, - отвечает.
Старинная фамилия, поморская. С нами в вертолете оказывается еще один Кожин, Василий Иванович. Он летит до конечной. В этом рейсе это будет Чапома.
- Живу, - говорит, - полгода там, полгода в Умбе. В деревне-то дрова запасать надо на зиму, с возрастом уже тяжело.
Выгрузка тем временем подходит к концу. Суета не прекращается - не забыть бы чего. А то оставишь мешок, и будет он путешествовать по всему Терскому берегу.
Здесь, в Чапоме, в вертолет садится девушка. Прощается с парнем, целуется и утыкается в телефон. В селе сотовая связь имеется. Девушка летит… в Умбу. Да, придется ей полетать с нами над Беломорьем. Дело в том, что на обратном пути вертолет садиться в Чапоме не будет, так как ни пассажиров, ни посылок нет, потому пролетит мимо. Значит, пассажирам садиться надо сейчас.
Еще пара минут, местная почтальонка принимает корреспонденцию, мужики помогают выгружать мешки с посылками - и снова в путь.
Тетрино
Это село, как мне кажется, одно из самых красивых на Кольском полуострове. С одной стороны - высокие сопки, поросшие лесом, с другой, совсем рядом - море! Сейчас тихо, оно еще подо льдом. А летом постоянно шум волн слышен. Старая деревянная церковь, покосившиеся деревянные развалюшки, рядом добротные дома - людей здесь постоянно живет много. А всюду - луга, поросшие цветущим ромашками. А по ним гуляют дикие белые лошади. Красота! Но это летом.
Сейчас, в весеннюю распутицу все тускло. А тут еще мокрый снег пошел - совсем грустно. Лев Федосеев становится все печальней и печальней. Свет ушел, картинка совсем другая. Вот бы солнца сейчас, как в Ловозере.
В Тетрине стоим совсем мало. Здесь выходит бабушка: кряхтит, долго выгружает свои котомки. Лестницу убираем, дверь закрываем, винт набирает обороты и снова по курсу - на восток. Здесь есть еще село Стрельна, но сейчас желающих туда лететь не было, поэтому пролетаем мимо.
- А вообще маршрут у нас до села Пялица. Оно находится еще дальше на восток, ближе к горлу Белого моря, - рассказывает пилот. - Сейчас тоже туда желающих лететь нет, но если хоть один человек купит билет, полетим.
О билетах я уже немного писал. Да, дороговаты они, не всем по карману. Но что поделать, вертолет - не автомобиль, его обслуживание стоит немалых денег.
К примеру, из Умбы до Чаваньги - ближайшего из отдаленных поселков, куда обычных дорог нет, - билет стоит 12 тысяч рублей в одну сторону. До Чапомы - 16 тысяч, а до конечной, до Пялицы - 19 с половиной! Но это для приезжих.
Местные жители имеют хорошие льготы. До Чаваньги - 3100, до Чапомы - 4300 рублей. Право на такую скидку имеют все, у кого есть прописка в селах Терского берега, их родственники - дети, родители, сестры с братьями, бабушки и дедушки, а также все, кто родился на этом берегу. Для этого надо предъявить документ, где прописано место рождения.
Чапома
В салоне вещей становится меньше, но основной груз еще на борту. До следующего поселка - Чапомы - лететь минут 15. Место посадки вертолета - на сопке, продуваемой со всех сторон ветром. Сам поселок внизу - в месте, где одноименная речка впадает в Белое море.
Сели. Снова суета, снова снегоходы с санями, куда будут грузиться вещи. Опять местные лохматые дворняжки, привыкшие встречать вертолет в надежде, что им чего-нибудь да перепадет вкусненького.
- Куда, твою мать, ты, так-растак, такая-сякая, лезешь!? Куда понесло? - мужики орут матом на бабусю, которая, не дождавшись выгрузки вещей, уже взгромоздилась в вертолет, заняла место. Да еще и внуку, провожающему ее, покрикивает: «Давай, тащи сумки! Давай!»
Поморы в крепких выражениях не стесняются. А что, все вокруг свои.
- Да не спешите вы, - успокаивает командир экипажа, - время есть, все успеем разгрузить.
Ксения Котлова работает в местном магазине. Сейчас принимает товар.
- У нас небольшой магазинчик, - рассказывает, - все, что необходимо, имеется, люди покупают и хлеб, и овощи. Фрукты всегда завозим, с каждым бортом. Откуда их здесь взять? А те, кто выращивает, к примеру, кур, еще и корма заказывают. Да, по заказу товар везем.
Сейчас, в межсезонье все в отдаленку - только вертолетом. Летом будет попроще. Можно будет и на грузовике все необходимое завозить. Да и белый пароход - «Клавдия Еланская» - будет приходить. По крайней мере, жители Чапомы на это очень надеются.
- А что с семгой у вас, есть? - спрашиваю у стоящего рядом парня.
- Да не знаю. Кто-то продает, тысяча рублей кило.
- Что так дорого-то?
- Мало было в прошлом году, - отвечает. - Да и распродали уже, теперь новую ждем.
Тут мимо проходит мужик с мешком. Из него торчат замерзшие семужьи хвосты и головы. Штук пять, весом кило пять-шесть каждая.
На высоте нет преград
Пока стоянка, есть возможность поговорить с экипажем. В Вологодском авиапредприятии, вертолеты которого работают в Мурманской области, пилоты - наши земляки. Многие работают уже по два десятка лет. Кольский полуостров знают как свои пять пальцев. Потому что бывали везде!
- Работа разная. Сегодня одно, завтра другое, - рассказывают. - Сейчас пассажирский рейс по Терскому берегу, завтра полетим в Краснощелье, Каневку и Сосновку. Послезавтра будет рейс по заявкам компании, которая занимается рыбалкой, - повезем груз в рыбацкие лагеря. Всегда готовы вылететь на спецзадания: с врачами по экстренным вызовам к больным, с лесоохраной, с геологами.
Командир рассказал, как несколько лет назад летали с геологами из известной компании, занимающейся добычей алмазов, искали их на Кольском полуострове.
- Они делали заборы почвы, воды и ягеля. Садились каждые 10 километров. Вот считайте - 10 часов полета, 50-70 посадок. За неделю, мы посчитали, было 500 посадок в тундре! - рассказывают вертолетчики и вспоминают, как раньше, когда у нас еще летали АН-2, они посмеивались над летчиками.
- Мы-то летим, как хотим, любыми маршрутами. А у них все скучно, они к взлетно-посадочной полосе привязаны. Из Ловозера в Краснощелье, в Сосновку. Из Умбы - в Чапому, Чаваньгу, по поселкам, где есть аэродромы. А мы, вертолетчики, бывали во всех уголках Кольского полуострова.
Домой путь короче
А погода портится. Ветер усиливается, небо затягивает низкими облаками, идет мокрый снег.
- Как погода, летная?
- Конечно, - отвечает мне командир. - У нас, когда спрашивают о погоде, мы говорим, что она бывает или хорошая, или очень хорошая.
Пауза, улыбается:
- Сейчас - хорошая.
И полетели. На обратном пути немного по другому маршруту. Не вдоль моря, а над тундрой, так как необходимо высадить пассажира в Варзуге.
Борт заходит с заречной - Никольской - стороны, перелетаем реку и садимся совсем рядом с Успенским храмом. Мужчина выпрыгивает чуть ли не на лету.
Дальше снова Умба, а затем на базу в Ловозеро.
Погода совсем портится, лететь приходится в сплошном снежном облаке. Тут уже не до наблюдения за видами из иллюминатора. Во-первых, ничего не видно, во-вторых, усталость наваливается, тянет в сон.
И вот, спустя семь часов полет длиной в 600 километров из центра Кольского полуострова вдоль Терского берега и обратно был завершен. А нам еще из Ловозера до Мурманска добираться. В итоге за день выходит тысяча км. Как говорится, «усталые, но довольные мы возвращались домой».
Ничего подобного. Надо еще в местный ловозерский магазинчик заскочить, купить оленины домой, коль без семги с Терского берега летим. Как же, из командировки с пустыми руками возвращаться - не дело.
