(Окончание. Начало в № 187)
Щи - океаном, кисель - глетчером
Фабрики-кухни для той эпохи - сооружения знаковые. И особое явление культуры. Киноочерк «Фабрика-кухня» снял классик отечественной кинодокументалистики Роман Кармен. Одноименный фоторепортаж стал частью творческого наследия известного художника и фотографа Александра Родченко. А уж литературные произведения, в которых она упоминается, и вовсе трудно перечислить.
«Будет дом-гигант, величайшая столовая, величайшая кухня, - описывал фабрику-кухню в романе «Зависть» Юрий Олеша. - Обед из двух блюд будет стоить четвертак. Объявлена война кухням. …Тысячу кухонь можно считать покоренными… Женщины! Мы сдуем с вас копоть, очистим ваши ноздри от дыма, уши - от галдежа, мы заставим картошку волшебно, в одно мгновение, сбрасывать с себя шкуру; мы вернем вам часы, украденные у вас кухней, - половину жизни получите вы обратно. Ты, молодая жена, варишь для мужа суп. И лужице супа отдаешь ты половину своего дня! Мы превратим ваши лужицы в сверкающие моря, щи разольем океаном, кашу насыплем курганами, глетчером поползет кисель!..»
Отметился «кухонными» стихами и Владимир Маяковский:
«На месте
колокольного уханья
пыхтит
аппетитно
фабрика-кухня.
И день,
наступивший
на примус,
на плиты,
встает
электричеством облитый».
Илья Ильф и Евгений Петров повествовали о фабрике-кухне в «Золотом теленке» и использовали ее образ для завязки фельетона «Саванарыло»:
«Редактор. Вы знаете, Константин Павлович, от вас я этого не ожидал. Ну что вы нарисовали? Посмотрите сами!
Художник. Как что? Все соответствует теме «Больше внимания общественному питанию». На фабрике-кухне девушка-официантка подает обед. Может быть, я подпись переврал? (Испуганно декламирует.) «Дома грязь, помои, клоп - здесь борщи и эскалоп. Дома примус, корки, тлен - эскалоп здесь африкен».
По типовому проекту
В общем, понятно, что мурманчане ждали появления для начала хотя бы одной фабрики-кухни с особым нетерпением.
А в том, что она появится, сомнений не было. 27 января 1932 года вышло постановление Совнаркома СССР «О перспективах развития Мурмана и реконструкции Мурманской железной дороги», где черным по белому было написано: «Предложить Центросоюзу (Центральный союз потребительских обществ - высший орган потребительской кооперации. - Д. Е.) построить в 1932 году в Мурманске фабрику-кухню на 90 тыс. блюд».
Центросоюз взялся за дело. «На месте работ выделен застройщик в лице Мурманского треста общественного питания и получено согласие… Мурманского отделения Ленснабстроя (Ленинградский государственный строительный трест, обслуживавший пищевую промышленность. - Д. Е.) произвести постройку, - докладывали кооператоры 23 мая заместителю председателя Ленинградского облисполкома Зернову. - Отведен строительный участок и на месте получен… типовой проект фабрики-кухни… Финансирование строительства обеспечено во II квартале за счет Всекоопита (Всесоюзная автономная секция Центросоюза по общественному питанию. - Д. Е.) в сумме 250 тыс. руб.».
Типовой проект предполагал здание в несколько этажей. Подвал и полуподвал обычно отводился под склады и заготовочные цеха. На остальной площади размещалась производственная часть с плитами и котлами, конторские помещения, магазин полуфабрикатов. При необходимости выделяли место для столовой.
Однако стройка, еще толком не начавшись, начала пробуксовывать. «Переговоры, которые мы вели с Севзаптралтрестом… окончились категорическим отказом… даже вообще принять конкретное участие в строительстве фабрики-кухни… Материалами, которые решают выполнение работ, постройка не обеспечена», - жаловались представители Леноблкоопита.
Исчезнувшая мечта
Отсутствие стройматериалов предсказуемо вылилось в перенесение строительства на следующий год. В итоге вместо бетонного гиганта общепита в Мурманске появились три деревянных столовых, рассчитанных на 7 тысяч блюд в день каждая.
А в 1933-м «дворец питания» снова не появился. Вместо него решили соорудить «несколько культурных кафе и пивных, так как сеть столовых достаточна».
Но «кухонная» идея по-прежнему владела умами мурманчан, и ее все еще пытались воплотить в жизнь. «Строительство первой заполярной фабрики-кухни будет начато в 1934 году, - извещала читателей «Полярка» 16 декабря 1933-го. - Здание будет построено из бетона. Фабрика-кухня ежедневно будет изготовлять 90 тыс. блюд для рабочих траловой базы, теплоэлектроцентрали, судоремонтного завода и других предприятий, расположенных близко от фабрики… Место для строительства фабрики-кухни определено у территории траловой базы в поселке Восстания. Строительство будет закончено в 1935 году».
Но ни в 35-м, ни позже гигант общепита у Кольского залива так и не появился. Да и ситуация в стране изменилась. Тотальное обобществление питания было признано перегибом, а с полным освобождением женщин от кухонного рабства решили слегка повременить. Фабрика-кухня в Мурманске так и осталась несбыточной мечтой, с течением времени исчезнувшей и забытой.
