На мексиканской вечеринке в джаз-блюз-кафе гостиницы «Парк Инн Полярные Зори» песня «Бесаме мучо» прозвучала аж три раза. И каждый раз по-новому.

Мексиканский «Синий платочек»

В клубе «Ледокол», где уже пятый сезон по средам бурлит джаз-блюз-кафе, мексиканские мотивы были, скорее, внешними атрибутами: официантки в сомбреро, национальные блюда, две красотки в пончо при входе…

Дресс-код толковался расширенно: приветствовалась не только форма одежды в ярком мексиканском стиле, но и любая мелочь в руках, напоминающая о древней стране ацтеков. Кстати, приз для зрителей от заведения получили три молодые мурманчанки, три подруги с одинаковыми именами Настя, принесшие на вечеринку три маленьких кактуса.

Кактус вылез неспроста. Главным призом шуточной лотереи стала емкость с мексиканской текилой. Хотя, по моему глубокому убеждению, под великую мексиканскую песню «Бесаме мучо» не то что «кактусовка», но и любая «табуретовка» идет очень задушевно.

Говорят, в годы Второй мировой войны, в которую Мексика вступила на стороне антигитлеровской коалиции, этой песней ежедневно открывались передачи радио Мехико. «Целуй меня, целуй меня крепче. Как в последний раз…» Невольно сопоставляешь этот текст с любимой советскими фронтовиками лирической песней «Синий платочек»: «Строчи, пулеметчик, за синий платочек, что был на плечах дорогих».

Сейчас уже трудно поверить, что одну из самых популярных в мире мелодий XX века сочинила 16-летняя школьница Консуэло Веласкес после первого в своей жизни поцелуя. До своей кончины в 2005 году талантливая пианистка написала сотни пьес, но в народной памяти так и осталась автором «Бесаме мучо».

Да и нет, наверное, на бытовом уровне ничего более мексиканского, чем эта бессмертная мелодия. Упомянутая «кактусовка», разумеется, не в счет.

Золотой юбилей «Sunny»

Казалось, сама экзотическая приперченная атмосфера вечера толкала музыкантов на эксперименты. Чем еще объяснить, например, что открыл вечер дуэт хорошо знакомых клавишников Павла Моисеева и Ольги Петруниной, вдруг заигравших в четыре руки на одном инструменте?

Они явно наслаждались совместным музицированием, менялись местами, захватывая поочередно то нижние, то верхние октавы. На сцене властвовал экспромт. В порыве вдохновения к ним вышел саксофонист Максим Ольховой, а чуть позже и певица Александра Мироненко.

Мне посчастливилось за кулисами собственными ушами услышать, как толковые исполнители задумывают импровизацию.

- Начнем с «Sunny» и вставляем «Бесаме мучо». Ты хоть слова-то знаешь? - спросила Петрунина подругу.

- А то! - засмеялась Саша Мироненко.

Барышни выдали длиннющий импровиз. При этом клавишник Моисеев пересел за барабаны!

Между прочим, в этом году у знаменитой «Sunny» золотой юбилей. Ровно полвека назад, в 1963 году, Бобби Хэбб сочинил эту солнечную мелодию, и долгие годы она была утехой мастеров неспешного джаз-рока. А в Мурманске песня стала страшно популярной в 1976 году в энергичной диско-обработке группы «Бони М». Но Мироненко со товарищи склонилась, скорее, к первоначальному джазовому варианту. И вдруг без перехода Саша запела в качестве припева «Бесаме мучо».

Ольховой на альт-саксофоне повел второй голос, Петрунина стала нанизывать на мелодию россыпь клавишных пассажей, а Моисеев на барабанах непринужденно поддерживал ритм… Сказка! Минут на пятнадцать ребята затеяли причудливую импровизацию.

Арифметика любви

И во второй раз прозвучал неофициальный гимн Мексики. Чтобы поддержать блюзовую составляющую музыкального кафе, на сцену вышла классическая рок-тройка: Дмитрий Каминский (гитара, вокал), Стас Одиноков (бас-гитара, вокал) и Алексей Рейман (барабаны).

Специально к этому вечеру группа с давно устоявшейся хард-роковой репутацией подготовила мексиканский сюрприз. Одиноков, отложив бас-гитару, уселся за клавиши и заиграл в традиционном для «Бесаме мучо» ритме латиноамериканского болеро. Но на этот раз ребята не пели. Каминский выдал великолепный инструментал на соло-гитаре.

А в третий раз мексиканская «протяжная лирическая» прозвучала в интерпретации для флейты. Солистка Мурманской филармонии Елена Жаворонок подготовила целую программу в стиле латино, в том числе и «Целуй меня крепче».

- Наверное, ни одна женщина не может остаться равнодушной к этой мелодии! Я полюбила ее еще в середине 80-х, когда училась в нашем музучилище, - говорит флейтистка.

«Бесаме мучо» Елена пронесла через всю свою жизнь. И работая по классу духовых в школе искусств Полярного, и учясь по классу флейты в Киевской консерватории, и служа затем в оркестре штаба Северного флота.

- А не вы ли играете иногда на флейте возле Дома торговли?

- Люблю играть на улице! И в Мурманске, и за границей. Дело даже не в деньгах, которые тебе бросают в футляр. Уличные музыканты - это особое племя, последние романтики, - смеется солистка филармонии.

Круг последних джазовых романтиков Мурманска достаточно узок. Все друг друга знают и играючи завязывают дуэты, трио, квартеты. Возле Дома торговли, например, вместе с Еленой Жаворонок играет иногда на аккордеоне Стас Одиноков. Кстати, именно он и записал для коллеги инструментальную «минусовку», под которую Елена работает на флейте вживую.

…Сняты сомбреро, уложены инструменты, допита «кактусовка». Теплый вечер удивительного мурманского бабьего лета заставил меня задаться риторическим вопросом: что нам Мексика и что мы ей? Но ответ на него есть в конце любого задачника по арифметике любви:

Целуй меня крепче,

Как в последний раз.

Фото: Павел Вишневский
Фото: Павел Вишневский
Павел ВИШНЕВСКИЙ