«Россия, Каспий, Дагестан!!!» Парни и девчонки - все красавцы как на подбор - выстроились вдоль аллеи одного из курортных санаториев, расположенных вблизи Махачкалы. Национальные одежды поражают своим разноцветьем. Еще бы! Дагестан - это такая ядреная многонациональная смесь, что и разобрать-то сложно, кто какому народу принадлежит.
А особенно это трудно мне, человеку, который на Кавказе никогда не был. Тем более что все говорят только по-русски.
А оказался я на молодежном форуме «Каспий-2013». Это своего рода дагестанский «Селигер». Съехалась сюда молодежь со всех дагестанских городов и поселков. Конечно, собрали самых толковых, отличников. Ждали ребята своего президента - выстроились в ряды. Какая-то особо нервозная девушка визжала:
- Ребята, ну давайте, соберитесь! Давайте вместе, он сейчас уже приедет.
В отличие от нашего «Селигера» организаторы «Каспия» занимаются не политикой, а экономикой. Причем не мирового масштаба, а местного, поселкового. Ребят учат, как управлять сначала муниципальным бюджетом, а потом и государственным.
С виду обычный молодежный лагерь - здесь танцуют, поют, самодеятельные художники какие-то инсталляции складывают. Мусульманские девушки устроили мастер-класс по макияжу.
В центре площади идет репетиция открытия. Самодеятельный коллектив готовится показать публике танцы народов Дагестана. Зажигательные восточные мелодии рядом с огромным баннером с портретом президента Абдулатипова, три недели назад занявшего этот пост.
Сам Рамазан Гаджимурадович появился в сопровождении автомашин с мигалками. По пути следования президентского кортежа установлены посты - военные с автоматами наготове. Чтобы оказаться на территории лагеря, необходимо пройти через металлоискатели. Еще одна проверка - на входе в здание, где будет проходить большое республиканское совещание с участием президента.
Меры предосторожности понятны: Дагестан - непростая республика. Здесь еще помнят, что в конце девяностых тут вытворяли боевики. В настоящее время практически все главари бандформирований ликвидированы, но в горах сидит еще немало «лесных братьев», время от времени совершающих вылазки в райцентры, а то и в Махачкале появляются.
Криминальные сводки пестрят сообщениями - там взорвалась машина, начиненная взрывчаткой, тут кого-то расстреляли в упор. Надо сказать, подобные новости не идут на пользу имиджу республики. Хотя не все так страшно. Боевики воюют против представителей силовых структур.
Наиболее опасные точки - места скопления военной техники, полицейские участки и машины.
Президента охраняют особо. Хотя на территории лагеря, где проходит «Каспий», свободное передвижение. Полтысячи участников слета занимаются своими делами, но, конечно же, присутствие главы республики придает мероприятию дополнительный интерес.
Я беседовал с ребятами - уроженцами самых разных краев о том, какой он - Абдулатипов. Почти все довольны, что сделали именно такой выбор. Объясняют просто - он умный и говорит то, о чем народ давно говорил, но власть не слышала. Разойдутся ли слова с делами, удастся ли выполнить все, что запланировано, - покажет время. Рамазан Абдулатипов на посту президента еще и месяца не проработал.
Родился он после войны в Дагестане, был девятым ребенком в семье. Окончил семилетнюю школу, медицинское училище, стал фельдшером. Еще до армии будущий президент Дагестана стал трудиться в медпункте в далеком горном селе. Потом служба в вооруженных силах и учеба на истфаке университета.
Рамазан выбрал для себя путь философа. Окончил аспирантуру на философском факультете ЛГУ, защитил кандидатскую на весьма сложную тему - «Личность в системе национальных взаимоотношений развитого социалистического общества». И получил назначение в Мурманск. Было это в 1978 году.
Абдулатипов работал в отделе агитации и пропаганды Мурманского обкома партии и читал лекции в высшем инженерном морском училище - нынешнем МГТУ. Преподавал научный коммунизм и философию. Защитил очередную диссертацию, возглавил кафедру, но в 1987 году, уже доктором философских наук, уехал из Мурманска, вернулся в Дагестан.
Там немного поработал в местном педе и - пошел в большую политику: в девяностые его фамилия постоянно мелькала в заголовках газет - вице-премьер федерального правительства при Черномырдине и Примакове, член Совета Федерации.
Он был, да и сейчас остается, одним из главных экспертов в России в сфере межнациональных отношений, прежде всего знатоком кавказских проблем. Не случайно именно на его персону упал выбор Путина, когда встал вопрос, кто должен стать исполняющим обязанности президента Дагестана.
Вроде бы все попытки взять интервью у президента Дагестана были заведомо обречены на провал. Просто так не подойти, попробуешь прорваться - пристрелят ненароком.
Но меня как мурманчанина прежде всего интересовал мурманский период жизни Рамазана Абдулатипова. Вроде бы все попытки взять интервью были заведомо обречены на провал. Плотное кольцо секьюрити с проводками в ушах, крепкие кавказцы в черных пиджаках и по периметру бойцы с автоматами. А внутри кольца рядом с президентом еще и министры - просто так не подойти, попробуешь прорваться - пристрелят ненароком, примут еще за террориста.
В таких ситуациях один выход. Встать в сторонке и, когда он будет проходить мимо, просто крикнуть что-нибудь громко, чтоб привлечь внимание. А дальше - наудачу.
Что я и сделал: «Рамазан Гаджимурадович, можно два вопроса из Мурманска?!». Он услышал, но даже головы не повернул в мою сторону. Поднял высоко руку, сказал «Можно!» и… пошел дальше. Ну, я, само собой, ринулся в самый центр, пытаясь протиснуться мимо охранников. Те меня крепко прижали локтями и быстро и вежливо оттерли в сторонку. Абдулатипов снова сказал: «Можно!» - и продолжал идти.
Один из телохранителей повернулся ко мне и буркнул:
- Да подожди ты, щас выведем из здания, установимся как надо…
Через минуту я уже беседовал с бывшим мурманчанином, а ныне президентом Дагестана.
- У меня о Мурманске только самые хорошие воспоминания. Полярная ночь - как такое можно забыть?! Я работал в Мурманске почти десять лет. Очень часто бывал в разных городах области, особенно в военных. Я много внимания уделял истории Великой Отечественной войны. И я прекрасно помню, как мы много работали, чтобы увековечить в истории память моего земляка, Героя Магомеда Гаджиева.
Но Мурманск - крайний север России, Дагестан - крайний юг. Сегодня Абдулатипов выступает с программой интеграции с российскими регионами. И северян он вспоминает не в последнюю очередь:
- И пусть даже Мурманск далеко, мы можем прокормить северян витаминами. У нас отличные в Дагестане овощи - помидоры, огурцы, перец, виноград, вино очень хорошее, коньяк отличный. Надо только наладить нормальные поставки. А уж работать, выращивать мы в Дагестане умеем.
И конечно же, летний отдых в Дагестане как альтернатива далеким зарубежным курортам и пляжам Черного моря.
- Отдых у нас отличный, - говорит президент Дагестана, - вот Каспийское море рядом, теплое, хоть в октябре купайся. Всех мурманчан приглашаю! А всех моих друзей из Мурманска приглашаю к себе лично домой. Всегда помню и всегда буду им рад.
Вот такая короткая беседа, на бегу, в окружении многочисленной охраны. Минута - и президентский кортеж скрывается из виду. На площади остаются дагестанские министры и руководители муниципалитетов - представители самых отдаленных горных населенных пунктов Дагестана. Три часа на заседании новый президент рассказывал им, каким путем пойдет их кавказская республика. Основной тезис программы Абдулатипова «Обновление и очищение». Борьба с коррупцией началась - несколько муниципальных глав уже полетели со своих должностей. Подобную чистку президент намерен проводить и дальше. Считать деньги в казне, прислушиваться к тому, что люди говорят, о чем просят. И настойчиво бороться с имиджем Дагестана как республики, в которой хозяйничают боевики и страшно находиться.
А надежда, как всегда, на молодежь. Не случайно был организован форум «Каспий». Для юных дагестанцев это хорошая школа управления - возможно, лет через десять именно им предстоит занимать важные должности и определять, как жить республике.
Что пока определено четко - Дагестан по-прежнему будет с Россией. А как иначе?
