Любовь Даниловна Ломовцева - известный в Мурманске человек. Известный своей стойкостью, активностью, творчеством, сострадательным отношением к людям. Накануне нынешнего Дня космонавтики она пришла в редакцию, пришла сама, несмотря на свой солидный, хорошо за 80, возраст. В этот день дул такой напористый ветер, что на здоровых ногах еле удержишься, а тут - махонькая бабулечка с палочкой пришла и низко поклонилась здороваясь.
Мы с ней долго беседовали. Рассказала она всю свою жизнь, вроде и суровую, полную лишений и боли, но и счастье ее не обходило. И все это так отшлифовало ее характер, столько придало ей душевных сил, что она до сих пор остается энергичной, неуемной, веселой. И очень оптимистичной.
Цех стал колыбелью
Родом она из Новосибирска. Появилась на свет в день, который потом стал Днем космонавтики. Но до того было еще 20 лет, а до Великой Отечественной - рукой подать...
«Родилась я в сорок первом, в самом страшном том году, когда непрошенные немцы объявили нам войну. В СССР случилось горе. Слез, беды и крови - море... На войну отцы ушли. Черные деньки пришли», - так пишет она о своем появлении на свет в одном из стихотворений.
Об этой стороне творчества Любови Ломовцевой чуть позже. Да и прочитала я эти строчки, когда гостья ушла из редакции, оставив тоненькую книжку своих стихов.
Вспоминая свое детство, она рассказывала, как уютно было ей, по сути совсем младенцу, жить в «своей комнатке», устроенной на подоконнике цеха новосибирского оборонного завода. В этом цехе трудилась ее мама, папа ушел на фронт с первых дней войны. Оставить ребенка дома было не с кем, и начальство разрешило девочке жить в цехе, на подоконнике. Отгородили ее доской, чтобы не упала, мама сшила матрасик и кукол из ветоши. И вместе с ними девочка проводила дни, пока мама шлифовала линзы для перископов подводных лодок.
И если в начале войны она была еще младенцем, то День Победы 45-го помнит. Помнит то ликование, которое охватило заводчан, когда им сообщили, что война закончилась. От криков радости дрожали стекла цеха. А потом был праздничный обед.
- Нас накормили супчиком и даже пакетик сухарей дали, - вспоминает моя собеседница.
В школе она училась в Новосибирске. Девочка росла, активно познавала жизнь, быстро развивалась. Да и природой ей было отпущено немало. Она хорошо пела, голос ей поставил ее дядя, профессиональный музыкант, дирижер оркестра Дворца культуры завода. Она и спортом занималась - имела первый разряд по спортивной гимнастике. Была подвижная, энергичная, заводная. Мечтала стать певицей, планировала поступить в музыкальное училище по окончании семи классов. Но случилась беда - ослепла мама. И девочке пришлось идти работать на завод, в тот самый цех, на подоконнике которого она жила в младенчестве. Было ей тогда 15 лет. Чтобы взяли на работу, пришлось ее слегка состарить. И год ее рождения изменили на 1940-й.
Рассказала Любовь Ломовцева и о том, куда же делся ее папа. Бравый офицер, весь в орденах и медалях, он прошел всю войну и приехал затем к семье... всего на три дня. Приехал, чтобы проститься и сообщить, что полюбил другую - медсестру, которая выходила его после тяжелого ранения. Поэтому, когда с мамой случилось несчастье, кормильцем в семье стала Люба.
Встала и пошла
В 20 лет вышла замуж, родила трех дочерей, но семейная жизнь не задалась. С мужем развелась. И обменяла свою комнату в Новосибирске, где жила с тремя дочерьми, на комнату в молодом, быстро развивавшемся, требовавшем активной рабочей силы Мурманске.
В Заполярье переехали летом. И в первую же ночь, которая была как день, она пошла гулять по городу. Да заблудилась. Помог случайный прохожий, как позже выяснилось, сотрудник УВД. Поговорив с нею, он узнал, что растерявшаяся молоденькая девушка, встретившаяся ему ночью на одном из перекрестков проспекта Ленина, только что прибыла в город и на работу еще не устроилась. Выяснил, что образование у нее высшее - окончила учительский институт, что она спортсменка, комсомолка, отличница. Удивился, что у нее аж три дочери, думал - ей лет на десять меньше, и пригласил ее работать в УВД.
На следующий день она пришла по указанному адресу, ее взяли. Но сначала надо было учиться в школе милиции. Учеба далась легко, на работу она была определена в охрану Мурманского морского рыбного порта. В 1977 году во время одной из проверок на корабле произошло нападение на нее и напарника. Здоровье молодой цветущей женщины было не то что подорвано, сама смерть дышала ей в затылок много лет. Она пережила три клинические смерти. Врачи предрекали полную неподвижность и жизнь в инвалидной коляске.
- Двигаться я долго не могла, - рассказывала она, - но мозг мой работал хорошо. И я все время верила и надеялась, что когда-нибудь встану и пойду.
Ее выходили, буквально с ложечки кормили, три ее дочери. Когда случилось несчастье, старшей было 15 лет.
Как только она поднялась и стала ходить на костылях, тут же окунулась в активную жизнь, стараясь помогать людям. Трудно поверить, но именно в это время она окончила курсы экскурсоводов и проводила автобусные экскурсии по Мурманску, Североморску и на теплоходе на Соловки и Шпицберген. И все на костылях. Она тщательно изучала объекты своих экскурсий и хорошо поставленным голосом рассказывала путешественникам о достопримечательностях Севера.
На костылях же в трудные 90-е годы открыла Центр творчества для инвалидов-умельцев. С помещением помог тогдашний мэр Мурманска Олег Найденов. В 2015 году, правда, этого помещения они лишились, и Центра не стало. С 91-го по 94-й годы являлась депутатом Совета народных депутатов Ленинского района. И на этом посту активно помогала людям.
В жизни всякое бывает
Порогом долголетия обычно считается достижение 80 лет. Помня о том, что собеседнице через пару дней исполнится 85 (по паспорту), я стала расспрашивать ее, как она ощущает себя в этом возрасте.
- Цифра 85 вас не пугает?
- Меня вообще никогда и ничто не пугает. Я - молодая и хорошая, - прозвучал ответ.
Есть ли планы на будущее, что она ждет от жизни? На этот мой вопрос Любовь Даниловна сказала, что ее планы рассчитаны пока на 8 лет. Хочется, набрав силы и энергии, путешествовать. Ближайшее путешествие - с дочкой в санаторий на море. А еще ремонт бы в квартире сделать и рамки для картин приобрести - Любовь Ломовцева создает картины методом коллажа. Картины есть, а рамок нет. Для нее это тоже проблема, как и ремонт.
А еще ждет она от жизни внимания к себе: чтобы любили, чтобы было много друзей.
Друзей у нее, впрочем, и сейчас много. Теперь и наша редакция у Любови Даниловны в друзьях. А кого-то из журналистов она знает уже давно.
И снова о цифре: 85 - это много?
- Мне - мало, - ответила она и подкрепила сказанное, продекламировав слова из песни, - «Я люблю тебя жизнь - и надеюсь, что это взаимно!»
Существует ли, на ее взгляд, жизнь после жизни?
- Конечно, существует. Я и там не пропаду, со всеми ушедшими повидаюсь, всем все расскажу. И самодеятельность организую. У меня весь рай запоет.
Кстати, опытом смерти (клинической) делится она и в одном из своих стихотворений:
«Особо вспоминаю я сейчас
клиническую смерть,
случившуюся в третий раз.
Я оказалась вдруг в раю,
в нереальном том краю,
где птицы райские поют,
грустить и плакать не дают.»
Далее по ходу стихотворения Господь возвращает ее на Землю, к дочерям.
Стихи Любови Даниловны и покоряют своей душевностью. При всем том, что и рифмы-то зачастую расхожие - глагольные и прочие, и размер хромает. Но удержавшаяся во всем этом душа цепляет. И в некоторых стихотворениях звучит ее душа весьма полновесно.
Особенно из той ее книжки, что вышла в 2013 году под названием «В жизни всякое бывает», мне понравилось вот это стихотворение:
«Когда покажется,
что счастье лишь мгновенье,
в работе и в семье нет радости давно,
пожалуйста, взгляни без сожаленья
на жизнь, как сквозь открытое окно.
Не все вокруг тебя остановилось.
Планета продолжает свой полет,
и солнце так же светит, как светило,
и птица свою песню все поет.
Прислушайся, как бьется твое сердце
и гулкие удары гонят кровь.
От жизни нам своей
уж никуда не деться,
так будем верить в счастье и любовь!»