(Продолжение. Начало в № 163).
Разделенные судьбы
- У меня муж воевал в Афганистане. Когда за стол садились, он всегда произносил тост за мир. Мы все смеялись. Говорили, что у нас и так мир. Даже представить себе не могли, что все это произойдет.
Библиотекарь Ирина Ишкова за годы, прошедшие после украинского Майдана, пережила немало потрясений. Коренная луганчанка, тридцать лет работает в библиотечной системе. В 2014 году, когда киевский режим начал бомбить города и села провозгласившей независимость Луганской Народной Республики, была возможность уехать в Россию, но она с мужем осталась.
- Он хотел пойти воевать, но не смог, он у меня инвалид. Дочь с детьми уехала, но потом вернулась. Сказала: «Мам, не могу без вас, без моего города». И сейчас они здесь, внуки уже выросли, школу окончили. Так что мы такие вот - патриоты, - призналась, чуть улыбнувшись, Ирина Алексеевна.
Потом она рассказывала об артиллерийских обстрелах, авиационных ударах, о том, как много погибло мирных жителей, детей.
- А если о своих говорить.... Они из города Счастье, это около 20 километров от Луганска. Его в первые дни захватили украинские войска. И там у меня остались двоюродный брат и сестра. Они выжили, а троюродный брат погиб, убили... Убили, потому что не поддерживал этих западенцев, пришедших в Счастье. Он по натуре был казаком. Кто-то донес, что у него дома есть казачья папаха и шашка. Пришли, пытали, замучили до смерти, - и тут уже Ирина Алексеевна с трудом сдерживает слезы. - Двоюродный брат, также афганец, тоже прошел через подвалы и пытки, но выжил. Что ему пришлось испытать, он нам не говорил, только мужу рассказал... А Виталика уже не вернуть. Семью он успел вывезти в Луганск, а сам не сумел. Мы даже на похороны его не смогли съездить, через несколько месяцев только узнали. Ведь линия фронта-то проходила всего в десяти километрах от центра Луганска, через нее не переберешься.
Ирина Ишкова рассказала и другую историю - о том, что многие, не в силах выдержать идущих вокруг боевых действий, уехали из Счастья в сторону Украины:
- Сестра двоюродная выдержала, а дети ее уехали - столько было обстрелов, разрухи, не у каждого хватило мужества остаться и дождаться прихода наших. Они уехали в Ивано-Франковскую область. А одну племянницу с двумя детьми занесло аж в Польшу. Сейчас они и хотели бы вернуться в Счастье, но как?
Счастье быть вместе
Ожидание освобождения было томительно долгим. Спустя восемь лет, в самом начале специальной военной операции, Счастье было освобождено. Родственники наконец-то смогли увидеть друг друга.
- Вы представляете, дочь звонит и кричит: «Мама, Счастье освободили! Мы можем туда прямо сейчас проехать!» Сели все в машину - и вперед. Брат, сестра, тетка моя родная там. И это было действительно счастье! - тут наша героиня не скрывает эмоций, и ее прекрасно можно понять. - И открылось у всех второе дыхание, и началась у нас новая жизнь. Мы ждали, думали и надеялись, что без помощи не останемся. Русская душа, наверное, самая добрая душа. Русский человек снимет с себя и отдаст последнюю рубашку. У меня и дед, и дядька войну прошли - всегда говорили так. Спасибо всем, кто нам в те годы материально, словом или просто мыслью помогал, поддержал.
В город Счастье мы съездили на следующий день. Это действительно совсем недалеко, за речкой Северский Донец, за двумя блок-постами. Осмотрели сам город с таким мирным названием, поговорили с местными жителями, записали их истории. Но подробно расскажу об этом позже. А пока мы, мурманские журналисты, участники гуманитарной экспедиции «Книги на русском», в Луганске.
Наследники молодогвардейцев
Академический русский драматический театр в Луганске носит имя Павла Луспекаева. Ветеран войны, фронтовик, он в 1944 году начал служить здесь, в этом театре. А прославился, сыграв роль таможенника Верещагина в «Белом солнце пустыни». Здесь мы встречаемся с заслуженной артисткой ЛНР Светланой Стёпкиной. Она играет на сцене и сама выступает в роли режиссера. Недавно ее труппа закончила работу над спектаклем «Молодая гвардия» (16+).
- Это тот проект, к которому нельзя относиться равнодушно, ни когда работаешь с текстом, ни когда работаешь его на сцене. Это наша история, наша жизнь, сила нашего Донбасса, которую никто не сможет у нас забрать, - призналась актриса.
Светлана вспоминает, как в 2014 году часть труппы решила уехать на Украину, хотя в театре спектакли всегда шли на русском языке. Бог им судья, считает актриса:
- А половину мальчиков у нас призвали на защиту страны. И у нас два человека до сих пор служат. Один получил серьезные ранения и вынужден был уйти из театра. У него еще не вышли все осколки. А один актер погиб.
С началом обстрелов в июне 2014-го труппу распустили - не до спектаклей было. Светлане удалось отправить дочь в Псков. Тогда власти народных республик вывозили донецких и луганских детей в Россию и размещали их в санаториях.
- А сама осталась здесь. Света не было, хлеба не было. За водой ходили в частный сектор, всем городом искали скважины, из луж даже набирали воду для бытовых целей, - вспоминает актриса. - Но все равно приходили в театр. Нас осталось тогда мало, - собирались, делились едой, у кого что оставалось. А потом, когда нам выделили генератор, стали снова репетировать.
Уже осенью труппа драмтеатра начала выезжать на гастроли, если можно было поездки на передовую называть гастролями.
- Под бомбежками, под обстрелами выступали перед нашими бойцами, в чистом поле, в блиндажах, в землянках. Ездили по поселкам, что были на освобожденной территории. Я набрала студентов, желающих выступать, - вспоминает Светлана. - Да и сейчас труппа постоянно выезжает в зону, где идут бои. С гитарными концертами выступаем перед военными, читаем стихи, отрывки из спектаклей. Поступает заявка: с вас получасовой концертный блок. Отлично, всегда с удовольствием! И поехали.
За русский язык
На одной из центральных улиц Луганска недавно был поставлен памятник русским добровольцам. Солдат с автоматом защищает маленького ребенка, который крепко держится за его ногу. Рядом еще мемориал - в память о героях-молодогвардейцах. Они воевали с фашистами, организовав подполье здесь, на Луганщине. Их подвиг здесь прекрасно помнят.
Нашего следующего героя в Луганске хорошо знают. Он известный журналист, с начала 90-х годов работает на телевидении, сейчас - главный художественный руководитель телекомпании ЛНР. С Леонардом Свидовсковым мы договорились встретиться именно в этом парке, расположенном недалеко от телевышки. До эфира у него было еще два часа, и он согласился провести для нас небольшую экскурсию по центру города.
- Я коренной луганчанин, окончил здесь школу, исторический факультет педагогического института и три года работал вожатым в «Артеке». А потом пригласили на телевидение, с тех пор там работаю, - рассказывает Леонард. - Я универсальный журналист, люблю общаться с людьми. И в этом случае региональное телевидение лучше федерального. У нас есть прямая связь с простыми людьми. Потому что, условно, баба Маня, увидев свою соседку по телевизору, будет смотреть мою программу, а встретив меня на улице, начнет спрашивать, что в городе происходит, что в районе. Я для нее эксперт, которому можно доверять.
События кровавого Майдана и Русской весны прошли на глазах у Леонарда, он прекрасно помнит чуть не каждый день. Говорит, что пока весь мир следил за творившимся в Киеве, здесь, в Луганске, был свой Майдан - против националистов, за сохранение русского языка. Закончилось все провозглашением Луганской Народной Республики.
А вскоре Украина показала, как она горячо «любит» своих сограждан.
- Начиналось все задолго до тех событий. Помню, в апреле 2007 года пришел на работу, а мне заявляют: «Все, говорить на русском в эфире нельзя». Президент Ющенко издал указ, что все телевидение переводится на украинскую мову, - вспоминает Леонард. - Мы тогда сильно противились. Убеждали всех, что искусственно внедренный чужой язык никогда не будет родным. А они начали насаждать насильно, подло, ломая людей через колено. И когда мне говорили: «Русская - это мова иньшой державы!», я отвечал: «Какая же она мне «иньшая», если моя мама учила меня с пеленок говорить на русском!».
Наше дело правое
Леонард Свидовсков рассказал, что самым черным днем в новейшей истории Луганщины был день 2 июня 2014 года. В 14.50 украинская авиация нанесла ракетный удар по центральному парку, где находилось много мирно гуляющих в этот теплый летний день граждан.
Парк довольно большой, зеленый, в центре стоит памятник классику украинской литературы Тарасу Шевченко. Нет, луганчане не снесли его, как свидомые посносили памятники Пушкину в Одессе и других городах Украины. Никому он не мешает, ни у кого неприязни не вызывает. Мы идем по парку, где девять лет назад разыгралась трагедия. Леонард, свидетель тех событий, продолжает рассказ:
- Самолеты над Луганском начали летать с 3 мая - на малой высоте, с грохотом. А в тот день, 2 июня, смотрим - один раз пролетел, второй, третий. А потом прогремел мощный взрыв. Наша телекомпания метрах в двухстах отсюда находится. Все окна тут же повылетали. Мы, естественно, сразу с операторами сюда побежали! Видим: воронки, покореженные деревья, люди лежат все в крови. Восемь человек погибли на месте, очень много раненых было. Мама дочку свою ждала, чтобы выпускное платье ей купить...
На Украине тогда от нанесенного авиационного удара поначалу открещивались. Говорили, мол, что это кондиционер в здании администрации взорвался. Потом заявляли, что стреляли, но не по мирным людям, а якобы по блок-постам террористов. Затем, что целью было здание правительства ЛНР.
- ВСУ нанесли авиаудар 26 неуправляемыми ракетами, которые упали в парке, где гуляли мирные люди, и только одна из них попала в администрацию, - рассказывает Леонард Свидовсков. - И с тех пор они стали для нас врагами. После этого ни о каком перемирии речи уже быть не могло. Это было больно, это было страшно, и все те, кто остался тогда в Луганске, прекрасно понимали: впереди враг, позади - Москва. Наше дело правое.
Сейчас в парке на месте, где взорвались снаряды, установлен небольшой мемориал в память о погибших луганчанах - острые, торчащие из земли металлические осколки со звездочками на концах, а вверху - колокол. Лаконичная надпись на гранитной плите: «Жертвам авиаудара ВСУ. 02.02.2014».
Рядом еще один памятник - нашим коллегам, журналистам телеканала «Россия» Антону Волошину и Игорю Корнелюку. Они погибли под минометным огнем, выводя в безопасное место мирных людей из поселка Металлист, расположенного вблизи Луганска. Напомню, что жизнь Игоря Корнелюка была связана с Мурманской областью. Некоторое время он работал у нас, делал репортажи для телеканала «Россия».
На постаменте - бронзовая каска с надписью «PRESS», камера, микрофон и две розы, а вверху стелы - две улетающие в небо бронзовые птицы.
Спрашиваем у нашего провожатого:
- Леонард, а как вы думаете, что будет дальше, к примеру, через десять лет?
Он задумывается и отвечает:
- Мы пережили день - это хорошо, мы пережили два дня - хорошо. Дай бог пережить и десять лет... Я надеюсь, что в этом парке заработает фонтан, уберут лишние заборы, посадят море тюльпанов. Будут рождаться дети, построят новые школы и жилые дома, возродятся разрушенные ныне города и поселки нашей Луганской Народной Республики. Но для этого нам необходимо победить.
(Продолжение следует.)