-Начало войны, начало оккупации, как сказка, - слова пожилого норвежца для нас россиян прозвучали, как оплеуха. Ведь говорил он о священной для нас Второй мировой. Нам людям поколения, которому вместо дедушек остались лишь затертые фотографии, треугольники солдатских писем и похоронки.
-Да, да, как сказка, - Одд Хорсдал улыбнулся весьма довольный произведенным эффектом. Мы уже не расслабленно, как в детстве на школьных линейках внимали рассказам ветеранов, а ловили каждое его слово, готовые упрекнуть в святотайстве.
А война понемногу представала перед нами совсем иной, не привычной стороной. Глазами норвежского мальчишки. Лихого и бесшабашного, как большинство мальчишек.
Оддо было десять лет, когда в Буде пришли немцы. Молодые, франтоватые военные заполонили улицы, кафе маленького городка, ухаживали за местными девушками. Они словно медведь улей, расшевелили их небольшой провинциальный городок. Норвежцы тогда жили бедно, а у немцев можно было выменять вожделенные шоколад, сигареты. У мальчишек за особую доблесть считалось добыть сигарету и принести ее домой.
- Тогда ты был герой.
Немцы сразу стали вести активную пропаганду среди норвежской молодежи, агитируя юношей вступать в ряды своей армии. И были среди его соотечественников те, кто становился их ярыми сторонниками, до фанатизма преданными нацистскому режиму. Их было немного. Но они были.
Не так давно в карельских лесах под Кестеньгой поисковики обнаружили останки норвежских добровольцев из лыжного отряд СС "Норд",об этом уже мы рассказали Харсдалу. Практически весь этот отряд полег в тяжелейших боях сенью 1944 у высотки под Кестиньгой. Похоронная команда советской армии тогда предала земле тела лишь погибших соотечественников. А трупы противников оставили на съеденье зверям. О том, что это были именно норвежцы, подтверждают обнаруженные вещи, нагрудные знаки, солдатские медальоны, монеты, осколки тарелки с надписью "Норвегия".
Письмо с рассказом о находке, поисковики отправили в правительство Норвегии, но ответа на него не получили. Но у погибших могут найтись родственники, которые возможно захотят перевести их останки на Родину. И отправляясь в поездку наш коллега из Карелии, заинтересуется судьбой норвежских добровольцев.
-Пусть там и лежат, - резко обрывает его Одд.
Стало понятно, почему письмо поисковиков осталось без ответа. Норвежцам стыдно за эту страничку своей истории.
-200 пособников режиму и осведомителей после войны арестовали и расстреляли в Норвегии. Одного из них вот на этом самом месте, - рассказывает норвежец.
От мысли, что вот здесь на небольшой полянке между скалой и обрывом, который спускается к заливу, был исполнен смертный приговор становится на по себе.
Как вспоминает Одд немцы не хотели уходить из Норвегии. И большинство из них затем погибли в лагерях. Но в память о них остались 12 тысяч детей, которые норвежки родили от немцев в годы оккупации.
Одд - председатель военно-исторической группы в Буде и бережно хранит память о той далекой войне. Войне в Норвегии. Для того чтобы провести для нас экскурсию в форт Бременс, построенный во Вторую мировую российскими военнопленными он встал в семь утра и несколько часов, собственноручно зажигал сотни свечек освещающие подземные своды форта.
Сто тысяч россиийских пленных в сороковых кирками и лопатами вгрызались в гранит, прорубая этот туннель. Грязные, оборванные, голодные они до сих пор стоят перед глазами Одда. Когда пленных колонной проводили по городу они показывали на рот, просили еду. Но помогать русским было запрещено. За это арестовывали.
Арестовывали и за прослушивание новостей по радио. Несколько тысяч радиоприемников тогда было конфисковано немцами. Но отчаянные головы прятали их. К ним по вечерам и собирались соседи слушать узнавать вести из Англии и России.
-Ту-ту-ту-ту-ту, - напевает норвежец позывные Би-би-си.
-Ту-ту-тут-ту, - а так звучали позывные нашей советской радиостанции.
Норвежское сопротивление нацистскому режиму и помощь военнопленным, которую местные жители оказывали рискуя своей жизнью - этой страничка истории его страна гордится. Норвежцы с огромной радостью встречали советскую армию, освободившую их от оккупантов. Встречал и Оддо, которому тогда было 15 лет.
-Но именно норвежцы-эсесовцы были последними, кто оставался на защите бункер в котором находился Гитлер. Они защищали его до конца, - хмурится Одд.
На три года раньше норвежских добровольцев, в 41-м в лесах Карелии погиб мой дед. "Пропал без вести" значилось в похоронке. Больше полувека спустя его останки обнаружили поисковики. И его дети, которые были уже вдвое старше своего отца, смогли наконец приехать на его могилу. Правда, они были уже вдвое старше своего отца.
- Война не закончена, пока не похоронены все ее воины. Все победители и проигравшие, правые и виноватые.
-Для меня война ни когда не кончится. Она всегда со мной. Здесь в моей голове, - отрезал Одд.
К нему в форт часто приезжают немцы. Уже внуки тех, кто воевал здесь. Люди поколения, которому вместо дедушек остались лишь затертые фотографии, солдатские письма и похоронки. Люди поколения покончившего с войной счеты, но не забывшего ее уроки.
Видимо нам и надо заканчивать эту войну, предав земле прах всех ее солдат. Не считаясь с тем правые они или виноваты, победители или проигравшие. И похоронить в своей стране, если от них отказались на Родине.