"Нельзя на всяком шагу стеснять следователя формой, дело его в своем роде-с свободное художество". Плакатик с этой фразой Порфирия Петровича из "Преступления и наказания" недаром висит в кабинете следователя по особо важным делам областной прокуратуры Антона Венедиктова. Мысль литературного героя обрела вполне реальное воплощение в жизни.
Вопрос, чем же так привлекла в свое время эта профессия, заставила Венедиктова задуматься. Юристов в роду прежде не было; отец, военный, в 88-м приехал с семьей служить в Мурманск. Но уже в последние годы учебы в школе Антон не сомневался в выборе жизненного пути. На юридический поехал поступать в Саратов - там фамильные корни. Да и Саратовский специализированный вуз - один из старейших в стране. Сильный профессорский состав с именами, известными во всем мире. За научной деятельностью преподавателей стоит серьезная практика в качестве следователей, прокуроров, судей. Много довелось услышать на лекциях любопытных историй. И не просто юриспруденция, а именно следственная работа увлекла молодого человека, когда он разобрался, что представляет собой та или иная отрасль права. Появилось стремление почувствовать причастность к человеческим судьбам, помочь расставить все на свои места, попытаться защитить кого-то. А кого-то, естественно, - наказать.
Вернувшись на Север, новоиспеченный юрист Венедиктов пришел в прокуратуру Первомайского округа областного центра. Через год стал старшим следователем прокуратуры города, еще через два - области. Сегодня позади десять лет работы. Можно оглянуться и подвести кое-какие итоги. Например, только со временем он научился не давать волю эмоциям. А это крайне важно, чтобы оставаться объективным. Своего рода иммунитет выработался.
Среди памятных дел - самое первое. Тогда в общем-то банальная ситуация казалась молодому следователю серьезной и запутанной. Обвинялась женщина, задушившая мужа-алкоголика. Пока он спал, взяла бельевую веревку и... Сильной физически - вся жизнь с лопатой да ломом, - затянуть петлю потуже ей труда не составило. Преступница сразу призналась в совершенном. Однако было много смягчающих обстоятельств: муженек долгие годы избивал жену, пропивал имущество... Под стражу ее не взяли, ограничились подпиской о невыезде. В итоге она получила условный срок за убийство в состоянии аффекта.
- Наверное, одно из самых интересных дел, которые до сих пор довелось расследовать, случилось в 99-м, - вспоминает Венедиктов. - Когда работал в городской прокуратуре, там был заведен порядок дежурств по районам в помощь следователям РОВД. Мое очередное пришлось на неделю после новогодних праздников. Тогда буквально подряд произошло семь убийств в Первомайском районе. Одно весьма загадочное. В пустой закрытой квартире обнаружили труп парня лет двадцати. Молодой человек успешно учился на юридическом, вел легкую приятную жизнь. Родители его находились в длительной зарубежной командировке, и за ним присматривала родственница, которая приходила убрать и приготовить. Она-то и нашла убитого на полу возле компьютера. Дом - полная чаша: аппаратура, одежда, деньги. Но ни валюту, ни видеокамеру, лежавшую на видном месте, не взяли. Хотя видно было, что по шкафам лазили.
Обычно сотрудники уголовного розыска, как через сито, пропускают всю информацию о погибших. Встречаются со знакомыми, родственниками. Вот и в ходе того расследования вызывали соседа убитого, считавшегося его приятелем. Во время разговора с сыщиками он неожиданно разрыдался. И начал рассказывать, что живет тяжело - нужно кормить жену и маленькую дочку, а работа на рынке достаточных денег не давала. Глядя на молодого соседа, стал сетовать на судьбу: "Как же так? Из кожи вон лезу, а он сидит дома, играет на "компе". У него все - у меня ничего. Где справедливость?" В роковой день не один час они сидели вдвоем и баловались компьютерной "стрелялкой". Молодой постоянно выигрывал... И это оказалось последней каплей. Остервенев, гость схватил что потяжелее подвернулось под руку и стал в исступлении бить счастливчика по голове.
Правда, когда появился адвокат, преступник замкнулся, отказался от признания вины. Однако в литературе и кинематографе роль этого момента сильно преувеличена. Вырвать его - вовсе не цель следствия, тем более что примерно каждый второй позже отрицает сказанное. Признание важно главным образом с точки зрения информации, которую потом надо закрепить объективными доказательствами, в том числе заключениями экспертов.
В том случае пришлось проделать очень большую работу, провести много следственных экспериментов, по крупицам собирая доказательства. Венедиктов ухватился за то, что старушка из соседней квартиры слышала, как сосед входил-выходил от погибшего. Следователь устроил опознание по голосу с участием этой женщины, придумал сложный нетрадиционный эксперимент на предмет слышимости из одной точки квартиры того, что происходит в другой. Правда, помог и случай. В мусоропроводе подъезда дворник обнаружил запачканный свитер и пустил его на тряпку для мытья полов. А свитер тот принадлежал преступнику; когда он попал в руки следователя, на нем еще оставались следы крови...
Обстоятельства этого преступления, по мнению Антона Венедиктова, интересны с точки зрения личности убийцы: "типичный Раскольников". Ощутима была внутренняя борьба в человеке между завистью, страхом и запоздалым раскаянием. Как говорится, то, о чем книжки можно писать. Кстати, если есть время в дороге или командировке, следователь по особо важным делам любит читать детективы. Когда в руки попадается Агата Кристи, он редко догадывается в начале книги, кто убийца. А вот в сочинениях современных авторов, фамилии которых не запоминает, - запросто.
В последнее время Венедиктову часто приходится заниматься преступлениями, которые совершают облеченные немалой властью люди. У таких дел есть особый оттенок. Людям высокопоставленным свойственно завышать оценку своих качеств, в том числе интеллектуальных. И когда это не оправдывается, когда обвиняемый чувствует, что не в состоянии переиграть следователя, нередко в ход идут намеки на связи, высоких покровителей, а то и жалобы на пустом месте. Все это работу, конечно, не упрощает.
Вообще, встреча следователя и обвиняемого, по мнению моего собеседника, всегда некий психологический поединок. Кто-то сразу начинает говорить, с кем-то приходится долго работать. Описанные в учебниках по криминалистике методики и тактики допроса далеко не всегда помогают. К каждому приходится применять особый стиль поведения. Необходимо четко чувствовать, какую позицию занять, насколько жестко следует себя вести. Суровый взгляд, сведенные брови могут ведь и оттолкнуть - допрашиваемый замкнется. Бывает уместно показать себя просто служащим, исполняющим свои обязанности и не имеющим ничего личного против того, кто сидит перед ним, - это часто дает положительный результат.
В рейтинге главных профессиональных качеств первое место Венедиктов уверенно отвел внутренней организованности. Нигде ведь для следователя не прописано, что надо успеть до конца дня или месяца. Никто не подгоняет, можно и неделю просидеть над одной бумажкой. Только потом не останется времени на важные следственные действия. Еще важна постоянная сосредоточенность. Работы, которой можно заниматься машинально, попутно отвлекаясь на что-либо, у следователя почти нет. Поэтому читать документы, например, обвинительное заключение в палец толщиной, Венедиктов любит в тишине.
Курить, к своему удовольствию, он бросил. Когда глаза начинают болеть от монитора, бывает приятно походить по кабинету с чашкой кофе, подойти к окну, из которого видно, как ярусы домов взбегают вверх по сопкам. Можно смотреть на город и собираться с мыслями...