На собрании ветеранской организации обсуждали бывшего фронтовика Николая Алексеевича Андреева (фамилия, имя, отчество изменены. - Л. Л.). В его адрес звучали обвинения в том, что носит чужие награды, пытается ходатайствовать ...сам за себя о награждении орденом Дружбы народов, добивается особых привилегий, старается в письмах в различные инстанции очернить таких же, как он, участников войны. Да и в школах, когда выступает перед детьми, ведет себя не очень скромно, рассказывая о боях в Заполярье, нередко выдает желаемое за действительность, приукрашивает собственную роль, допускает немало фактических ошибок. Сын Андреева тоже всюду пишет, что заслуги отца не оценены по достоинству.
Сам Николай Алексеевич на собрание не пришел: то ли приболел, то ли не посчитал нужным объясняться с товарищами. Они еще и поэтому были настроены очень воинственно и требовали - наказать! Но как? Кто-то предложил написать о "подвигах" ветерана в газету, за что в сердцах и проголосовали. А уже после собрания, поостыв, пожилые люди подходили ко мне, говорили:
- Знаете, насчет письма в газету мы, наверное, погорячились. Ни к чему это. Да и не с одним Андреевым подобное происходит. Главное ведь, что он воевал, кровь свою за Родину проливал, имеет боевую награду "За отвагу". Вот сына бы его наказать за нескромность - это верно, но как это можно сделать?
Да никак, наверное, пока человек сам не поймет, что оказывает отцу медвежью услугу. Зачем бередить сердце ветерана, который и так прожил нелегкую жизнь? Кстати, что касается Николая Алексеевича, он никогда не был обойден вниманием, его всегда приглашают на праздники, чествуют, не забывают поздравить.
Но старики ведь, как дети, обидчивы: вспыхнут, накричат и быстро остынут. И потому поведение их на собрании понятно. Убеленным сединой, уважаемым людям, конечно, не хочется, чтобы по поведению одного фронтовика судили и о них тоже. Все мы разные. У кого-то с годами возрастает непримиримость к окружающим, нежелание выслушивать чужое мнение. А кое-кто, наоборот, становится терпимее.
Как-то в разговоре с коллегой вспомнили двух мурманских ветеранов. Люди одной профессии, с очень похожей военной судьбой, оба уважаемы. Но всякий раз, когда в СМИ появляются материалы об одном из них, тут же в редакцию звонит другой и начинает опровергать чуть ли не каждое слово. И когда журналисты вполне резонно спрашивают: "Откуда такие сведения? Ведь вы даже воевали на разных фронтах", - в ответ слышат: "Я тоже фронтовик, меня не обманешь, это вы факты не проверяете, на слово верите". Проверяем и документы, и с военкоматами, другими ветеранами советуемся. Но доказать возмущенному пожилому человеку, что он тоже может ошибаться или что-то за давностью лет забыть, порой бывает трудно.
Осуждать стариков не берусь, понимаю, какая тяжелая доля выпала на их поколение. Когда человеку за 80, у него, конечно же, не богатырское здоровье, донимают болезни, да и обиды тоже. Строили одно государство, сил не жалели, а теперь у них год за годом отбирают заслуженное, заработанное - то же право на бесплатный проезд, возможность перебраться на старости лет поюжнее, где климат помягче, где остаются неухоженными родительские могилки.
Часто мы, знающие об ужасах войны лишь по книгам и фильмам, не понимаем ностальгию старшего поколения по прошлому. Советы и нарекания стариков слушаем вполуха, а просьбы откладываем на потом. Устраивая грандиозные празднования в честь ветеранов, забываем о таком насущном и важном вопросе, как захоронение тех, кто отстоял нашу свободу, кто не жалел сил и здоровья на трудовом фронте.
Лет семь назад полковник в отставке Павел Николаевич Лоснов обратился к первому мэру Мурманска Олегу Петровичу Найденову с просьбой выделить на городском кладбище место для захоронения участников войн. Не прошел и год, как Найденов эту просьбу выполнил. А прошлой осенью Павел Николаевич обратил внимание, что над многими могилами нет памятников. Хотя есть и правительственное постановление, и приказ министра обороны, предписывающие установку гранитных памятников над захоронениями участников войны. Для этого родственники должны лишь написать заявление в военкомат, а филиал Военно-мемориальной компании всю работу возьмет на себя. За установку памятника, правда, стандартного, без излишеств, родным платить не придется.
Лоснов обошел могилы, составил список, в нем была 21 фамилия (сегодня, по данным городского комитета ветеранов войны и труда, на месте почетного захоронения более 250 могил стоят без памятников). 10 января ветераны направили письмо главе администрации Мурманска, в котором попросили найти возможность поставить памятники, ответа они не получили. Но в конце марта ветеранский комитет известил предприятие "Бюро спецобслуживания": списки умерших и захороненных, кому не установлены памятники, направлены в горвоенкомат. И тут дело застопорилось: нет заявлений от родственников, где их искать? А главное - кто этим займется? Сейчас этим готовы заняться общественные организации и подключить к поиску школьников, студентов, обратиться в правоохранительные органы, к спонсорам.
Но время идет, и вряд ли к нынешнему празднованию Дня Победы удастся что-то сделать.
- А к 90-летию города сможем ли мы навести порядок на почетном захоронении? - спрашивает Павел Николаевич, и сам себе отвечает: - Ну, если только старики-ветераны этим займутся. Но нам-то всем уже за 80 лет перевалило. Откуда взять силы?
И он вновь звонит все по тому же кругу: бюро спецобслуживания, Военно-мемориальная компания, военкомат - просит, убеждает... Ему не отказывают, обещают, объясняют, насколько это трудоемкое дело - отыскать родственников.
Не очень-то поверив в подобные отговорки, я переписала у Павла Николаевича несколько адресов из его списка, телефонов и вечером без труда дозвонилась до родных умерших ветеранов, объяснила, что и как им надо сделать, чтобы наконец на могилах их близких появились памятники.
Я понимаю, что "долг памяти" и "служебные обязанности" - понятия не равнозначные, и никто не может заставить чиновника любого ранга заниматься поисками чужих родственников, тем более в свободное от работы время. Это хлопотно, накладно, утомительно. Так давайте проведем очередное совещание, на этот раз о нашей памяти, о долге, у нас ведь так любят различные совещания. Хотя бы ради того, чтобы не стыдно было в дни больших праздников приезжать на место почетного захоронения, возлагать венки к обелиску и говорить в который уже раз о том, что "никто не забыт".