Выезжаем на взлетную полосу. Погода - золото: неслабый морозец, но солнечно и тихо, даже на открытом пространстве аэродрома если и дует, то совсем чуть-чуть. Машина уже готова к взлету. Ракетоносец Ту-122МЗ - красавец, радующий глаз стремительными линиями корпуса. Сразу видно, что сверхзвуковой! Самолет дальнего действия - при желании может достать цель в радиусе двух тысяч километров (предельная дальность - семь тысяч). Три года назад два таких красавца запросто перелетели на другой конец страны, чтобы участвовать в учениях на Тихом океане. Сработали на «отлично» - размолотили плавучую мишень в дым. Говорят, командующий тамошним флотом здорово по этому поводу ругался: мол, была нормальная мишень - так вот ведь, гастролеры прилетели и изувечили...

Мы в поселке Высоком, в гостях у летчиков отдельного гвардейского морского ракетного авиационного полка. Полк легендарный, заслуженный. Еще под Халхин-Голом довелось его летчикам воевать, затем - в финскую. В Великую Отечественную он стал гвардейским - в 1942-м, далеком от Победы, тяжелом году. Завершил полк Вторую мировую в Японии, после чего базировался в Китае, в знаменитом Порт-Артуре. А затем уже гвардейцев перевели к нам, на Кольский Север.

В составе авиации Северного флота он с середины пятидесятых. Сначала - в Североморске-третьем, а с сентября 65-го - в Высоком. Ныне это лучший полк военно-морской авиации России. Главные задачи - поражение надводных кораблей и береговых объектов, минных заграждений ракетами и крылатыми бомбами, а также ведение воздушной разведки.

«Тушки», на которых летают пилоты отдельного гвардейского полка, находятся на вооружении с конца 80-х. Машина надежная, но уже не новая. Сейчас такие не производят - слишком дорогое удовольствие. Создать такую авиацию могла позволить себе лишь великая держава, какой был Советский Союз с его доктриной «длинной руки». Компонентом этой доктрины и были бомбардировщики дальнего действия. В нынешней России у ВМФ осталось лишь два подобных полка - у нас и на Тихоокеанском флоте.

- Обстановка стабильная, на удовлетворительном уровне, - рассказывает командир полка гвардии полковник Николай Князев. - Если сравнивать с 2000 годом, когда у нас летал всего один экипаж, сейчас мы летаем достаточно. По результатам недавней проверки Министерства обороны по технике пилотирования заслужили оценку «отлично»...

Спрашиваю у командира, приходилось ли применять свое оружие на практике.

- По мишеням, на полигонах - здесь, на Тихом океане, в Казахстане. В реальных боевых действиях - нет, - отвечает гвардии полковник. - Слава богу, нет.

Инженер авиационной части полка гвардии майор Олег Флягин в армии - с начала восьмидесятых. Первое место службы - Североморск-3, там дело приходилось иметь еще с Ту-16, самолетами предыдущего поколения. А сейчас уже и Ту-122 - техника не новая.

- Заводы сейчас не могут обеспечить нас запчастями. Самый «новый» самолет полка выпущен с конвейера в девяностом году, - сетует Флягин. Но настроен он оптимистично: - Все-таки по сравнению с 90-ми, когда нам по полгода зарплату не платили, мы живем сейчас очень хорошо. Жены, кстати, наши тогда выходили на взлетную полосу со словами: «Мы летать своим мужьям не дадим. Ради чего они рискуют?» А ныне страна повернулась к нам лицом.

В военной сфере, в том числе в авиации, секретов хватает. И не все из них нам обязательно знать. Но есть один секрет, который лет уже десять мучает россиян. И чем чаще повторяют по ТВ «Особенности национальной охоты» -тем сильнее. Вот и попытался я между делом дознаться у летчиков: можно ли погрузить в бомболюк Ту-122-го корову? Как это сделали «рационализаторы» в кино?.. Нет, не признаются. Только улыбаются и отнекиваются.

- Ну, маленькую сумку походную можно взять - не более, - уверяет командир отряда ракетоносной эскадрильи гвардии подполковник Александр Чванов. Правда, говорит он это с улыбкой, так что секрет для меня остался секретом.

Впрочем, шутки в сторону. Сам Чванов окончил Барнаульское авиаучилище, служил там инструктором, потом - в транспортном полку. Отдельный гвардейский для него уже третье место службы. С 96-го года здесь, с перерывом на учебу в питерской Военно-морской академии. Сыну - одиннадцать, нынче жена ждет второго.

- Для летчика главное - летать, - говорит Александр. - Одно время у нас катастрофически не хватало топлива и запчастей, самолеты простаивали. Сейчас намного лучше с этим дело обстоит. В прошлом году я налетал тридцать часов. Хотелось бы, конечно, больше, но пока нет возможности.

- А бывало ли страшно в летной работе, приходилось ли опасаться за свою жизнь?

- Непростые случаи бывали, - отвечает он после короткой паузы. - Не сказать, чтоб на грани жизни и смерти, но все же. За штурвалом об этом не думаешь - выполняешь свою работу. Сначала надо сделать дело - завершить полет, ведь от твоих действий зависит жизнь всего экипажа. Посадил самолет, а там уже можно и то, что происходило в воздухе, оценить, и свои чувства вспомнить. А опираться на них во время полета не стоит, да и нет на это времени.

Летная работа не из легких, небо ошибок не прощает. Здесь до сих пор вспоминают 83-й год, когда обычный в общем-то полет закончился трагедией. В результате ошибки командира и штурмана один из самолетов оказался не в пункте назначения, а над Белым морем. И здесь кончилось горючее. Летчики катапультировались. Спасся лишь один из четырех - Владимир Смагин, которого обнаружили в спасательной лодке семь суток спустя. В такой же лодке был найден и командир экипажа. Но мертвым: он застрелился... С тех пор вот уже почти четверть века полк работает безаварийно, без людских потерь.

Понятное дело, помимо работы у каждого из нас есть обычная, частная жизнь. Летчики - не исключение. Надо отдать должное, быт поселка налажен достойно. Кстати, здесь, в Высоком, останавливался когда-то Хрущев. Гостиница, где он жил, до сих пор поддерживается в хорошем состоянии. Бывал тут и нынешний руководитель страны - его памятный полет в кабине Ту-160 закончился именно на здешнем аэродроме, где мы изрядно померзли, ожидая полетов.

Что и говорить, местный гарнизон вполне благополучен - тут есть, что показать. У всех офицеров - благоустроенные квартиры. Есть Дом офицеров, школа искусств, средняя школа и детский садик. Короче говоря, быт налажен. Неслучайно в поселке много детей - мы это видели собственными глазами: и мам с колясками на улицах немало, и ребятишек постарше в достатке. Рождаемость, по словам командира полка, неуклонно растет.

- Считаю, у нас один из лучших гарнизонов из тех, что доводилось видеть. Я бывал и на Дальнем Востоке, и на Черноморском флоте, и на Балтике - есть, с чем сравнивать, - считает гвардии полковник Князев.

Ежегодно в полку готовят к летной работе один или два молодых экипажа. Сначала - на земле, на тренажере. Имитация взлетной полосы, учебный Ту-122МЗ во всей красе... Здесь смоделируют любую ситуацию, которая может возникнуть в воздухе, в практической работе. На тренажере регулярно занимаются не только молодые пилоты -все. Подобные упражнения необходимы даже признанным асам - чтобы поддерживать себя в должном профессиональном тонусе, не терять автоматизма навыков.

Не отказал я себе в удовольствии забраться в, кабину макета ракетоносца - на место командира экипажа: очень комфортно, удобно, штурвал послушен.

«А где гашетка?» - машинально, с простодушной уверенностью дилетанта (в кино видели - знаем!) спрашиваю своего спутника, гвардии майора Артура Антонюка.

- В принципе, этот самолет не предназначен для воздушного боя - другие у него задачи. Но гашетка есть - у штурмана, в задней кабине, - мягко улыбаясь, прощая мое невежество, отвечает летчик.

Продолжаем разговор и вновь, не в первый уже раз за этот день, сходимся с собеседником на том, что очень бы не хотелось, чтоб когда-нибудь довелось пилотам Высокого применять их красивые, в полете похожие на птиц машины в настоящем бою.

Не хотелось бы. Но, если вдруг настанет суровая необходимость, они свою работу выполнят достойно, как учили.

Дмитрий КОРЖОВ.