...Ныряю в узкий люк. Вертикальный трап вверх, потом такой же - вниз, еще один - да когда ж они кончатся, окаянные! Мы на борту подводной лодки «Липецк», опускаемся все глубже и глубже в чрево дизельной субмарины вслед за людьми, для которых подобные спурты в недрах родной лодки - обыденность, едва ли не каждодневная часть жизни...
Подлодка не простая, с легендой. Помните фильм «72 метра» - эпизод, где экипаж одной из субмарин Черноморского флота после распада Советского Союза отказывается присягать Украине и под марш «Прощание славянки» уходит в свой корабль, а там - в Россию? Поразительно, но этот драматичный момент - факт, взятый из реальной жизни. И произошел он именно с той лодкой, на которой мы гостили накануне Дня подводника.
Тогда, весной 92-го, все, конечно, случилось не совсем так, как в кино. Нынешний «Липецк» просто не стал возвращаться в Севастополь с учений. А ушел прямиком на Север. Интересно, что через находящиеся под контролем стран НАТО Босфор и Дарданеллы подлодка без каких-либо предварительных согласований проследовала в надводном положении, под Андреевским флагом Командовал ею в ту пору офицер, действительно носивший кличку Янычар.
Участников того отчаянного перехода на «Липецке» уже не осталось - все-таки пятнадцать лет прошло. Но саму эту историю знают тут прекрасно. Мне ее рассказали здешние ветераны - старшина команды трюмных машинистов старший мичман Джасм Мстоян и техник-телемеханик мичман Андрей Каряка. Вот ведь чудо, возможное только в такой стране, как современная Россия, - наследнице великой империи под названием Советский Союз. Один из моих собеседников родом из высокогорной Армении, второй - с Украины, из Днепропетровска. На флот они пришли одновременно, в один призыв, в 1988-м. И с тех пор здесь, в Полярном.
А новое поколение отечественного подплава представлял в нашем разговоре старпом «Липецка» старший лейтенант Виталий Попов. Ему двадцать с небольшим, на флоте - третий год, а вот уже второй человек на подводном корабле, которым командует капитан II ранга Андрей Ковалев (командира на борту мы не застали - тот как раз был на сборах в Североморске). Попова считают одним из самых перспективных молодых офицеров 161-й бригады подводных лодок.
Показательно, что и отец, и дед моряка - военные. Виталий вырос на Кольском Севере - сначала в Порт-Владимире, затем в Лиинахамари, с 96-го года - в Полярном: отец служил здесь заместителем командира береговой базы. Потом Нахимовское училище, высшее военно-морское, на «Липецк» пришел командиром минно-торпедной боевой части, год был помощником командира, теперь вот старпом.
- Сейчас у нас идут тренировки, подготовка к выходу в море, который ожидается в конце месяца, - рассказал Виталий Попов о том, чем занят сейчас экипаж «Липецка». - Там будем проводить тренировки по работе в надводном и подводном положениях, по борьбе за живучесть, при разного рода аварийных ситуациях. Пройдет обучение и личного состава, вахтенных офицеров, командиров боевых частей, подготовка к проведению тактических торпедных стрельб.
Задача субмарины - охрана водных рубежей Отечества и попутно поиск иностранных подлодок в наших территориальных водах и за их пределами. Обычная продолжительность похода - семь-восемь суток. Лодка старенькая, Серьезного ремонта не было с момента создания.
- Свое первое погружение я помню прекрасно, - с теплой улыбкой рассказывает старший мичман Мстоян. - Грохот, когда через клапаны вентиляции удаляется воздух, открываем кингстоны, забортная вода шумит. Ощущается и то, как давит она на прочный корпус корабля. Для такого, как я, родившегося в высокогорье, выросшего в Ереване, это совсем уж неожиданно было.
Он говорит, а я вспоминаю знаменитую, хорошо известную на флоте строчку из тоста подводников: «За то, чтоб число погружений равнялось количеству всплытий!». И тут же вопрос моим собеседникам: а сколько раз доводилось уходить им под воду, сколько в их жизни было погружений?
- Да не считаем мы их, - отзывается Андрей Каряка. - Сотни, а у иных уже и тысячи.
- А я еще до сотни недотянул, - с некоторой грустинкой в голосе говорит Виталий Попов.
- Но полтинничек, наверно, будет.
- Страшно бывало когда-нибудь, все же работа у вас и сложная, и небезопасная?
- Когда совсем молодым впервые выходишь в море и корабль после объявления боевой тревоги уходит под воду, - вспоминает Джасм Мстоян.
- Вот там тревога некая присутствует. А вообще - нет, работа есть работа.
На работу свою они не жалуются - сейчас на флоте жизнь, слава Богу, наладилась, не то что в середине 90-х, когда, как вспоминают мичманы, бывало, зарплату не платили по пять месяцев. Ныне и снабжение, и финансирование в норме. Особенно не разгуляешься, конечно, но семью прокормить можно.
- Так и есть, не случайно многие матросы-срочники остаются у нас служить по контракту, - отмечает старший лейтенант Попов. - Здесь стабильный доход, да и в социальном плане военнослужащий защищен достаточно. Многие приходят и с «гражданки».
Нет в Полярном и проблемы с жильем - им обеспечены все офицеры и мичманы, матросы-контрактники тоже, даже те, у кого пока нет здешней прописки.
Вроде все хорошо. Но, с другой стороны, командир подлодки, подобной «Липецку», получает в месяц несколько десятков тысяч рублей. Сумма приличная. Однако столько же зарабатывает ныне менеджер среднего звена. Но при этом командир подлодки отвечает за сложнейшую боевую технику и шестьдесят душ экипажа. Сопоставима ли мера ответственности? Как мне кажется, вопрос риторический.
Мы вновь идем по лодке: с трапа на трап, с трапа на трап. Тесновато, конечно, и железо сплошное вокруг, шишек о разные механизмы да вентили я набил изрядное количество. В центральном посту обращаю внимание на приспособление, очень напоминающее штурвал, совсем недавно доводилось видеть такие на дальних бомбардировщиках.
- Да это штурвал и есть, - говорит дежурный по лодке старший лейтенант Вячеслав Кудряшов. - Все, как в самолете: вправо-влево, вверх-вниз... Только меняется не высота, а глубина.
Повторюсь, тесновато, конечно, на лодке. А в остальном - жить можно. И не только офицерам и мичманам, но и простым контрактникам. На мостике «Липецка» знакомимся с трюмным Александром Богомоловым. Он участник боевых действий в Чечне, на флоте недавно. Точнее, служил здесь срочную, потом работал в Петербурге и родном Белгороде, воевал на Кавказе, теперь вернулся в Полярный. В новой жизни моряка-контрактника его все устраивает, говорит, что скоро в город в Екатерининской гавани переберется его семья: жена и трое детей, и совсем все будет хорошо.
А что? Снабжение в норме, быт налажен, даже в свободное время нынешним подводникам есть чем себя занять. Не то что раньше...
Впрочем, моряки с некоторой ностальгией вспоминают 80-е, когда обычный кинопросмотр на лодке был сложной технической операцией. Использовался для этого по нынешним временам доисторический кинопроектор «Украина». Ленты -те, что нашлись в кинопрокате Полярного, вроде советского шлягера «Пираты XX века», -на огромных катушках, что хранились и транспортировались в металлических коробках. Просмотр один раз в неделю, по средам, в субботу и воскресенье - посменно, чтоб не нарушить корабельный распорядок дня, несение дежурств. Экран - обычная простыня. Кинозал устраивали в дизельном отсеке, в проходе. Штатного киномеханика не было. После 10-15 минут просмотра лента рвалась. Как могли, ее приводили в порядок. А еще, по словам моряков, делали так называемые склейки - вырезали самые интересные места и склеивали.
- Сейчас с этим попроще: DVD-плеер, телевизор, - говорит старпом «Липецка». - Досуг есть чем занять, но его в походе не так уж и много... Чаще всего его тратят не на кино или другие развлечения, а на сон.
Самый счастливый для моряка-подводника момент - возвращение после похода, когда корабль, выполнив поставленную задачу, идет домой.
- Особенно летом здорово, когда круглые сутки светло, - признается Джасм Мстоян. - Подходим к Кольскому заливу: слева - Кильдин, справа - Рыбачий. Светло, радостно. Долгожданный момент.
Оно и понятно - ведь уже совсем рядом родной дом, семьи, близкие люди...
В период расцвета, в конце 80-х, в Полярном было девятнадцать подводных лодок. Сейчас, конечно, меньше. Но вскоре - впервые за долгие годы - предполагается прибытие новых субмарин. Однако главное свидетельство того, что подводному флоту России суждена долгая жизнь, убежден, не только и не столько это. А моряки, с которыми довелось нам здесь общаться. Лодки - это все-таки лишь «железо», способными выполнять сложную работу, «живыми» их делают люди.
Такие у Отечества нашего есть и будут всегда. Лишним подтверждением тому стал наш разговор в кают-компании «Липецка». Старпом Виталий Попов пока не женат, у Андрея Каряки детей двое - дочь и сын, последнему всего восемь, еще рановато думать о будущей профессии. А вот у Джасма Мстояна все в этом отношении решено.
- Мой единственный сын собирается поступать в Нахимовское училище, а после в высшее военно-морское, - с гордостью признается старший мичман. - Нормальный парень, хорошо учится. Он здесь вырос и сам этого хочет. Заявление уже подали.
- А потом тоже подплав?
- Да, он очень хочет вернуться сюда, здесь служить. А специальность выберет сам...