"Дывлюсь я на небо, тай думку гадаю", - любили петь бойцы 361-го зенитно-артиллерийского полка. Правда, на огневых позициях в ноябре 1942 года спокойные минутки выпадали редко. Были те воины русоголовыми и голубоглазыми или с локонами, как вороново крыло, да черными, как украинская ночь, глазами. Лет им всем было очень мало, от 18 до 20, а на небо приходилось "дывиться" с одной целью - чтоб не пропустить немецкие самолеты, несшие смерть в Заполярье.

Уже убеленными сединой бабушками снова приехали на Север те девушки-зенитчицы - на этот раз в Оленегорск, а потом в местечко Нефтяник. Полку, славу которому они заслужили на огненных рубежах Великой Отечественной, исполнилось 65 лет. В Краснознаменном зенитно-ракетном полку ПВО ветеранов ждали с нетерпением, но прежде они гостили в городе, которого еще не существовало в годы их юности. Тогда в этих местах близ озера Имандра значилась лишь станция Оленья, которую фашисты бомбили с особым усердием, - ведь здесь шли на Мурманск эшелоны с оружием, боеприпасами и бойцами.

На посиделки в городском музее собрались ветераны, школьники-краеведы, горожане."В Заполярье такие люди, нас так тепло встречают и нам так искренне рады, что снова и снова тянет побывать в этом краю", - признавались бывшие зенитчицы, приехавшие из Белгородчины, средней полосы, Удмуртии. "Для нашего "милитаризованного" муниципального образования вы особые и желанные гости. У нас на подведомственной территории немало воинских частей, так что слова "народ и армия едины" - это про нас. Вызывает уважение ваша преданность Заполярью, то, что несмотря на годы, сумели приехать на землю своей молодости, - обратился к седым орденоносцам глава городской администрации Николай Сердюк. - Среди вас есть те, кто прибыл впервые?"

- Таких, Николай Леонидович, точно нет: как минимум во второй раз в здешних местах. А первый случился в Великую Отечественную, - нашлись боевые подруги.

Учащиеся и педагоги 21-й средней школы стали для ветеранов экскурсоводами в те опаленные годы: звучали публицистика, песни, стихи и неожиданно - военная кинохроника, раздобытая музейщиками специально для этого вечера.

На испещренных морщинами лицах бывших зенитчиц лучились глаза, которые не раз видели смерть. Воспоминания очевидцев тех лет, услышанные вживую, дорогого стоят.

20 ноября командиру дальномерного отделения 2-й батареи 1-го дивизиона 361-го зенитно-артиллерийского полка Зиночке Остаповой исполнилось 85 лет. Зинаида Даниловна Вервейко (ефрейтор Остапова) приехала на чествование своего родного полка из поселка Борисовка, что на Белгородщине, в сопровождении сына, доктора-офтальмолога. Из Борисовки же в начале войны молоденькая акушерка была эвакуирована вместе с госпиталем на восток, в Удмуртию. Родители остались в оккупации, только осенью 1943-го она получила от них первую весточку. Старшую сестру угнали в Германию.

- Я хотела непосредственно участвовать в уничтожении врага и поэтому вызвалась на фронт добровольцем, - вспоминает ветеран. - В Магнитогорске на "скоростных" курсах нас учили теории: как распознавать тип самолета по звуку, силуэту, другим его особенностям. Практика же, настоящая военная наука, началась в Заполярье, на западном берегу Кольского залива, куда мы прибыли в ноябре 1942 года. Наш эшелон двигался практически без задержек, доехали быстро - в Заполярье шли ожесточенные бои, требовалось подкрепление. Я попала в дальномерное отделение огневого взвода, где вместе с другими девочками мы и начали бить фашиста.

Вот сегодня ребятки спрашивают, было ли страшно? А как же, родные мои, конечно, страшно, да еще как. Кто это отрицает, значит, не был на войне. Немецкие самолеты летели бомбить не по одному - целыми армадами. Только успевай поворачиваться, ведь мы давали данные самолета - азимут, высоту, дальность. А грохот стоял! Глохли от орудийных залпов, от бомбовых взрывов, земля дыбилась - а ты на своем посту, должен работать четко, от этого зависит, сколько фашистских самолетов удастся сбить. Две наши девочки из Удмуртии погибли, подорвавшись на мине. Похоронили их у себя на огневой. Были в тех местах в 1984-м, на 40-летие изгнания фашистов из Заполярья, но место то не нашли... Так у Кольского залива прошла вся моя служба - в 1945-м мы передавали орудия, готовили себе смену и только в июне покинули Заполярье.

А на родине, в Борисовке, ефрейтору Зиночке, теперь главной медсестре больницы, снова пришлось воевать, только по-другому: вместе с главврачом и коллегами они восстанавливали разрушенное здание. "В хирургическом корпусе фашисты устроили конюшню!" - вспоминает Зинаида Даниловна. Поработать пришлось крепко, да, сдается, по-другому бывшая зенитчица жить не привыкла. Сыновья выращены, внуки выпестованы, а ефрейтор Остапова и поныне в строю. С однополчанами приехала повидаться, находясь в отпуске: "Пишу летопись своей больницы, местного здравоохранения, начиная с земства. А сюда не приехать не могла, вот только одна подробность - наша полевая почта была 36226-я. Это номер войсковой части, что расположена в Нефтянике".

-Там, на войне, вы были совсем молодыми, а была ли любовь? - задают вечный вопрос любопытные следопыты.

- Ой, внучки, не до того нам было, не до того. Служба трудная, дисциплина строжайшая, налеты вражеской авиации - готовность постоянная должна быть, - вспоминают зенитчицы. А потом вдруг, переглянувшись, смеются. - Помните, девочки, как баню нам устраивали? Баня в полевых и боевых условиях - это большая палатка с горячей водой. Мылись так: в одном углу девочки, в другом - мальчики. И даже не до переглядывания да шуточек было - скорее, скорее, чтоб другие бойцы до налета успели сполоснуться. А налеты-то не как курьерские поезда, не по расписанию...

Честно признаться, эти бабушки, на пиджаках и жакетках которых тесно от медалей, производят впечатление особой породы людей. Это какая же закалка, какая сталь духа спрятана в совсем не мощной плоти, если они в свои "ягодные" 80-85 вновь отправились в холодное Заполярье, чтобы напомнить тем, кто моложе, что была война, забывать которую нельзя!

Татьяна ПОПОВИЧ, Оленегорск