"Черные капюшоны пловцов под корпусом судна стали возникать внезапно, затылок в затылок, словно бы и в глубине они выдерживали строй. В эти долгие 2-3 минуты (а не мгновения, как монтируют в приключенческом кино) другие события разворачивались в воздухе. Ярко-сочные купола двух парашютистов, вспыхнувшие среди густо нависших облаков неумолимо приближались к палубе атомохода, а точнее к его вертолетной площадке. Подумалось: "Ну что стоило их всех, незащищенных во время штурма, как уток перестрелять и в воде, и в воздухе. Но в том-то и весь фокус: "сваливаясь" на террористов, захвативших судно, одновременно из двух стихий, по правилам этой жесткой игры (если вообще в ней есть правила) они, возможно, жертвовали собой ради третьей группы захвата, которая, ощерившись короткими автоматами, броском по причалу и трапу преодолела зону обстрела и буквально впилась в стальную громаду надстроек атомного ледокола...".

Описанные в нашей газете, тогда еще именовавшейся "Советский Мурман", события происходили почти 15 лет назад - во время операции по ликвидации террористов, захвативших на базе атомного флота в Мурманске атомоход "Сибирь". И сегодня хорошо помню тот теплый июльский день: автоматная стрельба, взрывы гранаты на причале, отрывистые крики людей, одержимых азартом боя...

После встречи в областной библиотеке, посвященной 90-летию органов госбезопасности, я напомнил об этих учениях, впервые проводившихся на атомфлоте, Геннадию Александровичу Гурылеву, в то время начальнику службы контрразведки по Мурманской области. Он искренне и широко улыбнулся, как это бывает после хорошо сделанной работы... И может быть, благодаря тому, что на учениях работники госбезопасности четко освоили необходимый набор действий и прониклись атомосферой смертельной опасности, в реальности удавалось предотвратить события грозившие непредсказуемыми последствиями для всех нас. С пониманием отношусь к их скупости не только на подробности, но и сами факты событий. Профессия этих людей относится к числу немногих, достоинство которой - секретность. Убежден, что такое утверждение справедливо даже в эпоху широкой гласности и открытости. В противном случае откровения работников госбезопасности станут руководством к действию для людей, грозящих взорвать нашу спокойную жизнь. А такие люди встречались и на пути мурманских чекистов.

События, связанные с угрозой взрыва подводной лодки Северного флота, который намеревался учинить один из матросов экипажа, довольно известны. Взрыв предотвратили, преступник покончил с собой. Менее известна другая драма, разыгравшаяся на архипелаге Новая Земля. Там военнослужащие кавказской национальности захватили в качестве заложников группу школьников и учителей. Благодаря действиям чекистов их удалось освободить, а шантажисты были обезврежены.

Таковы самые громкие операции в деятельности наших спецслужб. Но вот что примечательно: даже их трудно квалифицировать как террористические акты, поскольку преступники руководствовались не политическими мотивами, а криминальными, связанными с сугубо личными требованиями.

По мнению Геннадия Гурылева, ныне пенсионера и руководителя некоммерческого фонда поддержки ветеранов органов безопасности "Щит", терактов как таковых на территории нашего края в самые трудные годы российских реформ просто не было. И тут каждый волен сам делать выводы: либо область спокойная (хотя сомнительно - район приграничный, да и военные силы НАТО в самой непосредственной близости от России), либо предупреждение антигосударственных или антиобщественных действий поставлено на достойный уровень. Склоняюсь ко второму, потому что другие дела, нередко с виду рутинные, которыми наши чекисты тоже вправе гордиться, свидетельствуют о профилактике возможных громких преступлений. Например, смертельно опасной халатности. Как иначе оценить брошенную военными на побережье Кольского полуострова батарею ракет "земля-воздух", которые пришлось вывозить работникам госбезопасности. А взять разоблачение бывшего прапорщика Горочного, кравшего со складов или выкупавшего у военнослужащих и "черных копателей" оружие, а затем предававшего его кому ни попадя? Две с половиной машины автоматов, гранат, мин и прочего, которые изъяли у преступника в Печенге, могли оказаться в руках террористов, в Чечне и в других кавказских республиках. Даже недавний случай подготовки взрыва танкера в Кольском заливе, Гурылев не склонен расценивать как теракт. "Глупость людей бывает безгранична, - так он охарактеризовал корыстные планы организаторов преступления.

И все же довелось мурманским чекистам и в мирное время участвовать в боевых операциях- в Афганистане и в Чечне. Двое из них принимали участие в заседании клуба краеведов областной библиотеки. Юрий Дуванов о своей службе в Афганистане так заметил: "Имел счастье участвовать в операциях первой спецслужбы "Каскад". Эти группы стали прообразом знаменитых на всю страну "Альфы" и "Вымпела", и почти забыты в тени известности и славы последних. Может, по причине секретности или даже скромности самих бойцов невидимого фронта. Во всяком случае Юрий Николаевич о проведенных операциях умолчал и даже ответа на вопрос о своих боевых наградах ушел. Зато в оценке модного блок-бастера "9 рота" был откровенен: "Возможно, и нужен такой фильм для молодежи. Бывало на самом деле, когда 50-60 трупов оставалось на поле боя. Но фильм не передает, что война очень плохо пахнет. Через час-полтора кровь убитых начинает страшно вонять...". Судя по сказанному, наши чекисты и после "горячих" точек остаются не просто бойцами невидимого фронта, но и невидимыми героями...

Кстати, о том же говорит история рождения мурманского ЧК. Первым его руководителем в 1920 году был Кузьма Петрович Песочников. Услышав это имя, я вспомнил про стихотворение нашего поэта Владимира Семенова, посвященное работнику продовольственных складов в блокадном Ленинграде, умершему от голода. Как выяснилось, был тот же самый Кузьма Песочников. После этого понимаешь: слова о людях с чистыми руками и горячим сердцем не просто красивый образ.