Начальник расчета ударно-разведывательных БПЛА старший прапорщик Алексей с позывным «Шаги» в специальной военной операции участвует с 2022 года. Начинал стрелком в добровольческом формировании спецназа «Ахмат». Бил противника на земле, но мечтал о полетах. Хотел наносить урон врагу беспилотными летательными аппаратами. Со временем он осуществил свою мечту в составе отдельной арктической мотострелковой бригады, где и сегодня доблестно выполняет боевые задачи.
Военная служба по призыву будущего дроновода началась в авиации Росгвардии в Подмосковье.
- Там мне сразу понравилось, и я решил подписать контракт, - вспоминает Алексей. - Имея за спиной среднее специальное образование, получил предложение от отцов-командиров отучиться в школе прапорщиков в дивизии Дзержинского. После трехмесячной подготовки стал техником, обслуживал литерные вертолеты, следил за их состоянием.
Такая работа Алексею нравилась. Можно сказать, что он состоялся как профессионал. Частые командировки, верные товарищи - этим он и жил десять лет. Потом решил отдохнуть от запаха моторного масла и топлива и контракт не продлил.
Не остался в стороне
Желание вернуться в строй он почувствовал в начале специальной военной операции. Когда иные граждане искали возможность сбежать из страны, Алексей, наоборот, старался попасть на фронт, чтобы помочь стране в трудный момент.
- Как началась СВО, хотел уйти добровольцем. Искал место, куда податься, и стал собирать документы. Узнал про спецназ «Ахмат» и о том, что есть возможность заключить с ними краткосрочный контракт, - рассказал старший прапорщик.
Позже ему пришла повестка, но в районном военкомате возникли проблемы с личным делом, которое прибыло туда, когда на руках у добровольца уже были билеты до Грозного.
- Я поехал в Чечню, где меня уже ждали. Вместе с другом заключили краткосрочный контракт и отправились на фронт как обычные стрелки. Нас тогда определили в батальон «Ахмат-Запад», - вспоминает старший прапорщик.
Интересна история выбора его необычного позывного. Дело в том, что другу Алексея дочка подарила на память свою игрушку, которую называла Хаги-Шаги с ударением на первые слоги обоих слов. Друзья решили взять себе по половинке от этого имени. Так один стал «Хаги», а второй - «Шаги». После курса подготовки они приступили к выполнению боевых задач - штурмовали посадки, зачищали дома от противника.
Только он не вернулся из боя
О горестях в зоне СВО старший прапорщик знает не понаслышке. Он столкнулся с ними в одном из первых штурмов.
- В тот день мы работали на Зверинце (так называли укрепрайон противника на марьинском направлении. - Авт.). Был тяжелый штурм. После первой волны выжидали часа два, чтобы вновь пойти на врага и наконец выбить его. Сидели на позициях, как вдруг нас накрыл миномет. Разрывы шли один за другим. Я находился метрах в десяти от блиндажа, в который целился противник. А там был мой друг - «Хаги». В этот день его не стало... - делится тяжелыми воспоминаниями «Шаги». - Не смогли спасти, - с горечью добавляет он.
Алексей думал, что и сам не выберется живым из того боя. Небольшой участок в триста метров находился под постоянным минометным обстрелом. Также по нашим работали снайперы и ударные БПЛА. Однако Шаги остался невредим. Но потеря товарища больно ранила душу.
Мне бы в небо…
После окончания срока контракта с «Ахматом» Алексей вернулся домой, но испытанное на СВО и память о погибшем друге не давали жить спокойно.
- Несколько месяцев отдохнул и решил, что пора возвращаться, - рассказывает «Шаги». - Пошел в добровольческий батальон и вновь оказался на фронте. Прослужил там около года.
За время, проведенное на спецоперации, боец убедился в значении беспилотной авиации на современном поле брани и задумался о переводе в соответствующее подразделение.
- Десять лет в авиации не прошли даром, я захотел вновь хоть как-то прикоснуться к этой сфере, но уже в роли оператора «птички». Среди бойцов ходил слух, что у арктических мотострелков формируют роту беспилотников. Понял, что это мой шанс.
Старший прапорщик договорился о переводе в новое подразделение 80-й отдельной мотострелковой бригады и продолжил службу там.
- Сначала был оператором беспилотника-камикадзе «Молния-1». Много летал, крушил пункты временной дислокации, расчеты БПЛА и укрытия личного состава противника. Всю эту работу пропустил через себя, - вспоминает он.
Позже командование арктических мотострелков предложило пойти на повышение - стать начальником расчета, и он, конечно же, согласился.
- Сейчас моя работа больше организаторская. Проверяю личный состав, аппаратуру. Получаем новые образцы беспилотников. Бывает, выезжаю с расчетами на задачи, ведь в нашем деле не стоит терять навыки к полетам. В любой момент можно оказаться в другой должности.
В настоящее время старший прапорщик помогает личному составу осваивать новый образец «Молнии».
Счет еще не закрыт
Дома Алексея ждут жена и дети. Они, конечно, переживают за главу семейства, но и важность происходящего понимают.
- С женой познакомились, когда я служил в Росгвардии. Она привыкла, что меня в любой момент могли вырвать в командировку. Смирилась с этим, наверное. Когда уезжал сюда, конечно, переживала. Да и новость про «Хаги» ее сильно подкосила. Мы давно дружили семьями. Но с каждым последующим моим убытием на фронт жена реагирует все спокойнее, - рассказал Алексей с доброй улыбкой, озарившей его суровое лицо, когда речь зашла о доме и семье.
Конечно же, он, как и другие защитники Родины, скучает по своим близким и хочет к ним вернуться. Но сначала - победа. К противнику у «Шаги» еще много вопросов, и счет за погибшего друга еще не полностью оплачен.
Владимир Воронов.
«На страже Заполярья».
Фото автора.
