«Опальный командир» - так назывался очерк Юрия Рыбина, опубликованный в нашей газете в августе 2018-го, о Василии Константиновиче Черных - первом командире 72-го смешанного авиаполка ВВС Северного флота, сформированного во время войны с Финляндией. Прочитав статью, в редакцию из Москвы обратилась внучка летчика - Татьяна Владимировна Ханова, связалась с автором. Она передала ему автобиографию деда, проливающую свет на неизвестные страницы его судьбы. Кроме того, Юрию Рыбину удалось найти ряд интересных документов, связанных с судьбой авиаполка за тот период, когда им командовал Черных. Об этом - новая работа историка.

Из техников - в небо

Василий Константинович Черных родился 10 мая 1902 года в селе Волчье Елецкого района Липецкой области в большой семье: кроме него еще шесть братьев и две сестры. Хозяйство было крепким - как же, столько мужиков в семье! Семья - с хорошей и длинной родословной. В летописи Елецкого уезда еще в начале XVIII века есть упоминание о казаке Черных (по другим сведениям, он был из боярского сословия), проживающего в деревне Волчья, тогда она так называлась. Но Гражданская война с последующими продразверсткой и коллективизацией не могла не отразиться на жизни и благосостоянии прежде всего зажиточных крестьян. В 1920-м, в самый неурожайный год, умер отец, за ним вскоре не стало и матери, хозяйство перешло старшему брату Ивану. Хозяйства не стало в 1927-м. Братья в образовавшемся колхозе не остались, подались на заработки, каждый выживал самостоятельно.

Василий из дома ушел раньше, при живых родителях. На железнодорожной станции Елец работал учеником слесаря, затем слесарем, шофером, откуда в мае 1924 года был призван в Рабоче-крестьянскую Красную армию (РККА). Так как с техникой был знаком, военную службу начал авиамотористом в отдельной авиаэскадрилье, что находилась в подмосковных Люберцах. Смышленого паренька вскоре направили на учебу в Ленинград в военную школу авиационных техников, по окончании которой в декабре 1927 года он продолжил службу в Новгороде младшим авиамехаником 11-й отдельной истребительной авиаэскадрильи. Через полгода снова учеба, но иная: проучившись в Гатчине в военной летной школе при 1-й авиабригаде с апреля 1928-го по июль 29-го, в 27 лет Василий Черных стал летчиком.

Дальше - служба: сначала в Новгороде в 33-й и в Пушкине в 57-й отдельных авиаэскадрильях (ЛенВО). А вот с этого места нужно более подробно рассказать о новом повороте в судьбе Василия Черных.

Подполковник Черных Василий Константинович. Предположительно 1944 г.

В авиабригаде особого назначения

Многие читатели видели и должны помнить редкие кадры кинохроники 30-х годов - первые групповые прыжки десантников с огромных четырехмоторных бомбардировщиков ТБ-3, на которых бойцы сидели «верхом» по бокам фюзеляжа. Чтобы выполнить прыжок, нужно было скатиться по крылу. Эти экстремальные прыжки, прежде чем попасть в объективы корреспондентов, отрабатывались в 3-й авиабригаде особого назначения, в которой в составе 57-й эскадрильи чуть больше года - с февраля 1931-го по март 32-го - прослужил Василий Черных. Он как раз и водил эти огромные четырехмоторные воздушные корабли, на которых отрабатывались групповые прыжки нового вида «крылатой пехоты».

Таким образом, Черных стоял, ко всему прочему, и у истоков зарождения советских воздушно-десантных войск. Причем в первых «опытных воздухо-десантных отрядах» (ВДО) у «летно-подъемного состава» имелись транспортные средства, которые также сбрасывались с ТБ-3: танкетки Т-27, три бронеавтомобиля, мотоциклы «Харлей Дэвидсон» с колясками и даже самокаты-велосипеды.

Первые командиры этих авиаподразделений были очень колоритные личности. Например, первый командир 57-й эскадрильи, при котором служил лейтенантом Василий Черных, был Федор Константинович Арженухин, который в звании генерал-лейтенанта авиации в начале 40-х возглавит Военную академию командного и штурманского состава ВВС. К этому времени он воевал в Испании, и его грудь украшали орден Ленина и два ордена Красного Знамени. Затем - начальник штаба ВВС РККА, как многие руководители этого уровня, был в конце 41-го расстрелян без суда и следствия вместе с бывшими наркомами ВВС, Героями Советского Союза Павлом Рычаговым и Яковом Смушкевичем.

В марте 1932 года судьба сделала новый поворот, и Василий Черных был направлен в ВВС Морских сил Дальнего Востока, которые в начале 1935 года стали ВВС Тихоокеанского флота. К этому времени Василий уже семейный человек, дочери два года.

«Дорогой Иосиф Виссарионович!»

В декабре 1939 года из Белоруссии в Ваенгу прибыли две истребительные эскадрильи и одна бомбардировочная, на базе которых и создали 72-й смешанный авиаполк под командованием майора Василия Черных.

Благодаря многим книгам и статьям о североморской авиации как бы само собой разумеющимся считается, что армейские истребительные эскадрильи из Белорусского особого военного округа - 4-я отдельная под командованием капитана Ильина и 2-я истребительная из состава 15-го ИАП имени Ф. Э. Дзержинского под командованием Алексея Полковникова - по прибытии на Крайний Север сразу же вписались в состав Северного флота. На самом деле все было далеко не так.

Только в пути, в эшелоне, летчики узнали, что едут на Север - к побережью Ледовитого океана, и что конечный пункт следования - Мурманск. Морская авиация? Армейским летчикам сначала показалось это каким-то нелепым недоразумением, которое должно скоро разрешиться.

Дело в том, что не только одна 2-я эскадрилья во главе с капитаном Алексеем Полковниковым была откомандирована на войну, следом за ней и весь полк - 15-й ИАП под командованием майора Владимира Бобрика также был в полном составе привлечен к боевым действиям против Финляндии. Перед тем как оказаться на фронте, две эскадрильи прошли под Ленинградом перевооружение: вместо устаревших бипланов с неубирающимися шасси получили более современные и лучше вооруженные бипланы «Чайка» И-153. Кроме того, в составе полка вместо убывшей эскадрильи была сформирована новая 2-я эскадрилья. Затем полк направили в Эстонию, где в феврале 1940 года он приступил к боевой работе. До конца войны летчики полка совершили 514 вылетов с общим налетом 433 часа 30 минут. Потерь в летном составе не было. По окончании войны комполка наградили орденом Красного Знамени, хотя представляли его к званию Героя Советского Союза.

В это время на Крайнем Севере летчики двух эскадрилий, ехавшие и настроенные воевать, как им казалось, очутились в глубоком тылу во мраке полярной ночи, в ужасных даже для тех лет бытовых условиях, оторванные от внешнего мира, без участия в боях. Почти сразу же по прибытии летчики забили тревогу. Прежде всего обратились с письменными рапортами к местному армейскому командованию - командующему 14-й армией, а затем к своему «родному» в Белорусском ОВО - о том, что до сих бездействуют, и неведомо каким приказом их хотят переподчинить Северному флоту.

Шло время, и ничего не менялось. Тогда, как утопающий хватается за соломинку, так и командиры этих эскадрилий обратились за помощью разобраться в сложившейся ситуации к «лучшему другу всех летчиков» - товарищу Сталину. Вот их письмо (стилистика и орфография оригинала. - Ю. Р.):

Москва, Кремль, т. Сталину.

Копии:

Народному комиссару обороны СССР

т. Ворошилову

ВВС РККА - комкору т. Смушкевичу

ВВС БОВО - комдиву т. Гусеву

Командующему 14-й армии

комкору т. Фролову.

Дорогой Иосиф Виссарионович!

Необходимость посылки Вам этого письма вызваны следующими обстоятельствами:

16 декабря 1939 г. 4-я Отдельная истребительная авиаэскадрилья и 2-я истребительная 15-го АП БОВО с базами, комдивом т. Гусевым и укомплектованным летным составом летающим и днем и ночью и направлены на Северо-Западный фронт.

В пути следования пункт назначения был определен гор. Мурманск. 28.12.1938 г. эскадрильи с личным составом и материальной частью прибыли в Мурманск. О прибытии было тут-же доложено комбригу т. Красовскому. Неизвестно, для нас, какими приказами эскадрильи взяты в ВВС Северного флота.

Вот с этих пор и началась неразбериха <…> (неразборчиво. - Авт.) стремление ВВС Северного флота задержать нас, тем самым лишить нас возможности вместе с бойцами Ленинградского округа драться с финнами.

Как могло случиться, т. Сталин, что такие эскадрильи, укомплектованные за счет других полков ВВС БОВО сидят в глубоком тылу вот уже полтора месяца, непонятно, кем, какими приказами и приказаниями не выполняют задачи поставленные комдивом т. Гусевым ехать на фронт.

Чем объяснить, что эскадрильям в первую очередь, не объявляют приказов <…> о том, что мы отныне не ВВС РККА, а в ВВС Север. флота.

Главное, конечно, состоит в том, что личный состав воодушевленный желанием <…> на фронт и защищать нашу родину, оказываемся в глубоком тылу, сидит бездельничает <…> лишне тратит нервы.

Для нас ничего не понятно.

Мы просим Вашего вмешательства в наше <…>. Ваше вмешательство заставит кое-кого <…> честному выполнять те указания, которые перед нами были поставлены НКО. Мы убеждены <…> не в том, что Вы направите наши эскадрильи на Северо-Западный фронт, в любое направление, откуда можно бы вести борьбу за освобождение финского народа.

Нами уже посланы два письма в <…> с РККА - ответа нет. Эскадрильи по прежнему на фронте не используются и <…> бесперспективностью в работе.

Просим ответить.

С ком. привет.

К-р 4-ой отд. АИЭ

Капитан Ильин

Военком 4-й отд АИЭ

<…> политрук Азаренков

К-р 2 ИАЭ 15 АП

Капитан Полковников

Вонком 2-й ИАЭ 15 АП

Ст. политрук Комлев.»

13 февраля 1940 года Народный комиссар ВМФ адмирал Николай Кузнецов подписал приказ, согласно которому все три эскадрильи бесповоротно вошли в состав Северного флота. Неизвестно, какое участие в письме Сталину принимал майор Василий Черных, но то, что он был в курсе происходящего, не вызывает никаких сомнений. Разумеется, затея эта не могла пройти бесследно для ее участников.

Первый лист письма товарищу Сталину.

Прежде всего это затронуло командира эскадрильи капитана Алексея Полковникова. В дальнейшем его карьеру нельзя назвать успешной. Во время Великой Отечественной выше должности помощника командира авиаполка по летной подготовке он не поднялся. Более того, с конца 1943 года и всю первую половину 44-го в звании майора занимал должность… командира эскадрильи в 78-м ИАП.

Второму автору письма - капитану Ильину - и его военкому политруку Азаренкову, по-видимому, удалось соскочить в последний момент с подножки вагона, идущего в состав ВВС СФ, так как их «следы» в морской авиации не найти.

За что все-таки сняли

Нетрудно предположить, что у командира вновь сформированного 72-го САП майора Василия Черных, подчиненные которого открыто высказывали свое нежелание служить в морской авиации, непросто складывались отношения с командованием Северного флота. Потому и пребывание его здесь было делом времени. Вскоре у командования СФ появились весьма веские причины отстранить от должности майора Черных.

Из воспоминаний Виктора Павловича Максимовича - летчика-сафоновца, воевавшего с первого и до последнего дня войны в составе ВВС СФ:

«В очень большом напряжении проходила боевая подготовка зимой с 1940 на 1941 год. За этот период было несколько летных происшествий. На бомбардировщике СБ убился летчик Бабушкин, на «чайке» в зоне у летчика Лопухова заклинил мотор, но он сумел посадить самолет на аэродроме. Весной 1941 года ст. лейтенант Зуев на СБ без горючки сел на брюхо на территории Финляндии, после посадки сжег самолет. Экипаж с большим скандалом вернули. За все эти грехи сняли командира полка Черных…»

Основной причиной снятия Черных стала катастрофа бомбардировщика СБ с экипажем молодых летчиков - лейтенантов Бабушкина, Поморцева и старшины Челышева, произошедшая 12 февраля 1941 года. Назначенная командующим ВВС СФ комиссия по расследованию этого чрезвычайного происшествия выявила ряд нарушений в учебно-боевой подготовке полка. В материалах следствия отмечалось, что проверка техники пилотирования там проводилась формально, оценки элементов полета, что записывали в личные книжки и летные листы, завышались; приказ командира полка о закреплении самолетов за летчиками в эскадрильях не выполнялся - оказалось, что погибший пилот командир экипажа СБ лейтенант Бабушкин с ноября 1940 года по февраль 1941 года летал на пяти различных закрепленных не за ним самолетах, а на его самолете за это же время летало восемь других пилотов.

Командир эскадрильи штурмовиков майор В. К. Черных со своими летчиками.

На первый взгляд, нарушения серьезные. Но в действительности все не так просто и однозначно, как отмечалось в итоговом заключении расследования. Например, в отношении «завышения оценок» вопрос довольно спорный, если вспомнить, что представлял собой североморский аэродром Ваенга в начале 1941 года - узкая взлетная полоса, с обеих сторон зажатая сопками. И ко всему прочему выполнять учебно-боевую программу молодым летчикам приходилось в суровых зимних условиях полярной ночи. При таких обстоятельствах, близких к экстремальным, уверенно могли летать лишь хорошо подготовленные экипажи. На день гибели лейтенант Бабушкин за три неполных месяца - с конца ноября 1940-го до дня своей гибели - успел в полку налетать всего 18 часов. Уже сам факт того, что молодые летчики, вчерашние выпускники авиашкол с ограниченным налетом часов, пилотировали ночью, вполне успешно выполняли взлет и посадку, а это ведь самое трудное на ученическом этапе, к тому же на чрезвычайно сложном аэродроме Ваенга, говорит о том, что не так уж плохо были готовы ребята. Так что молодые летчики вполне заслуженно могли рассчитывать на некоторые «бонусы» во время учебно-боевой подготовки.

Что касается нарушения приказа о закреплении самолетов за летчиками, то в крайне суровых зимних условиях Заполярья на это шли сознательно. Прежде всего в целях уменьшения перерасхода моторесурса и топлива при «холостой» и многочасовой работе моторов на земле. Кроме того, один или два самолета во время сильных морозов было легче подготовить для выполнения учебных упражнений и в течение дня поддерживать их в таком состоянии. К слову сказать, редкие летные метеоусловия в Заполярье устанавливались именно во время сильных морозов, а вот при относительном потеплении, как правило, Кольское побережье накрывало метелью и снегопадами.

Пожалуй, первопричиной ЧП было то, что пилот Бабушкин накануне практически не спал всю ночь и был на грани нервного срыва из-за того, что его молодая жена находилась под следствием (в магазине, где она работала, обнаружили недостачу) и утром ее арестовали. Но этому обстоятельству меньше всего придавали значения.

Приказом Наркома ВМФ СССР майора Черных сняли с должности и направили с понижением на Балтику. Должно быть, столь суровое решение в отношении командира 72-го САП приняли еще и потому, что в ВВС других флотов, где в первом квартале 41-го тоже часто случались аварии, там все же обошлось без человеческих жертв. Вероятно, в назидание другим и был так строго наказан майор Василий Черных. Может, и письмо товарищу Сталину, написанное его подчиненными, Черных припомнили. Оно ведь, без сомнения, потрепало нервы не только командованию Северного флота...

Дальнейшая судьба Василия Константиновича Черных складывалась во время Великой Отечественной войны более чем драматично, подробно об этом, как уже отмечалось, я рассказал в очерке «Опальный командир». Коротко скажу, что это удивительный человек. Мало найдется морских летчиков, кто прошел службу на всех четырех флотах Советского Союза - Балтийском, Северном, Черноморском и Тихоокеанском, причем на трех из них пришлось повоевать. Да еще в довесок ко всему закончить свою боевую службу в Берлине в составе Днепровской флотилии. И победителем скромно постоять на ступеньках поверженного рейхстага...

Умер Василий Константинович в Москве на 77-м году жизни 14 мая 78-го.