Поэт Андрей Иванов по образованию учитель английского языка, психолог. Работал в средней школе, во всероссийском детском центре «Орленок», ныне - доцент кафедры психологии МГПУ. Кандидат педагогических наук. Автор двух книг стихов и прозы. С января 2010 года - председатель Мурманского областного отделения Союза российских писателей.
Один
Утро с площади выносит.
Ветер, будто из ковров,
Выколачивает осень
Изо всех пяти углов.
Пес приблудный,
хочешь мяска?
Или ласки? Эх, балбес.
Значит, тоже неувязка
Вышла с жизнью?
Эс-эм-эс.
Это дочка. Из Казани.
«С днем рожденья!»
Восемь лет,
Как уехала. Татарин -
Муж. Богатый. Внуков нет.
«Поздравляю, батя,
здравствуй».
Сын. Из части. В ВДВ.
«Скоро дембель.
Будет праздник.
Передай привет братве».
Десять роз сейчас ты купишь
И билет на сто шестой.
И приедешь. И побудешь.
Скажешь: «Тоня…» И домой -
Мимо елок, мимо сосен…
Хорошо, что рейс пустой
И никто не переспросит,
Тронув локоть, что с тобой.
Звук безымянный
По сердцу мне ассоциации
Занозистые, как опунции,
Внезапные, как папарацци, и
Веселые, как вольнодумцы.
Мне по душе реминисценции
И дежавю интерпретации,
Пусть даже все они
растерзаны
И на иголочки растасканы.
Когда случается затягивать
Узлы, в комическом отчаянье
За счастье мне вопрос:
куда девать
Обрывки, нити, окончания?
Что воздух в штопках
разоденет?
Звук безымянный,
будто розы дрожь.
В ушко наметочку проденет,
Коли не стих, то что?
не проза же…
Салонная дама
Среди беспокойного света
устала
От шума и криков
бессмысленной черни,
Салон опустел,
и она задремала,
Кондуктор в троллейбусе
мерзлом, вечернем.
И снится ей все,
как средь шумного бала,
Отчаявшись душу родную
сыскать,
Богатая дама в бомонде
скучала
И землю мечтала
крестьянам отдать.
Портрет
Вдохните, легкие, стихи!
В природе нет пустот.
Еще на ставнях петухи
Остались в черный год.
Закрутит желтый лист
кругом,
И сени загудят,
Вопросом синим над столом
Повиснет самосад.
Нет, пили все, да за разор
Вели беседу зло.
Но кто донес про разговор?
Где все занесено?
Занесено навек, зане
Осенняя страна -
Да та, что всех грустней,
да не
Отговорит она.
Отговори его! А нет,
Заплачь или завой.
По всей Руси висит поэт
В любой избе. В любой.
Ни пуха, одуванчики!
С открытыми пупками
смешливые ромашки,
Муки небесной дрожжи -
подростки-васильки,
По летним вечерам
вы тусовались важно -
Лихие сорванцы,
тугие корешки.
Как было вам не жаль -
«не любит - любит -
к черту…» -
Себя за-ради чувств
минутных раздарить,
Собравшего букет, хотя б
для натюрморта,
Нетронутой росой, шутя,
благодарить.
Шпана чертополошная,
гулены лопушиные!
Надыбилось строительство,
а вам и невдомек,
Что выкорчуют заросли
шиповничьи, шмелиные…
Невольные - продольные,
а вольный - поперек!
Ни пуха, одуванчики!
Отспорясь, эфемерные,
Пропали ветрогоны,
рассеялись-таки.
На месте облюбованном -
дома высокомерные,
И лают на прохожих, как псы,
особняки.
За стенами на клумбах,
подстрижены, послушны,
Живут цветы другие -
в копеечку влетят.
Сбивается со счета
хозяин благодушный:
«Сортов тут, типа, много,
ну, типа, пятьдесят».
Бежим отсюда прочь,
там травяная конница
Идет с былинным натиском,
татарник - командир!
Там детвора отчаянно
бузит, там колобродится
На пустыре разросшийся
дикоцветущий мир.