Сегодня юбилей великого актера Евгения Леонова, ему могло бы исполниться 85 лет… Несмотря на то, что уже более пятнадцати лет назад Леонова сразили инфаркты, его слава не меркнет, фильмы не становятся менее интересными, его звезда столь же яркая и крупная.
С Леоновым больше тридцати лет дружил, работал замечательный петербургский актер и импресарио Рудольф Фурманов, который поделился своими воспоминаниями о Евгении Павловиче.
- Бывает так: замечательный артист, а в жизни, извините, - дурак. Евгений Павлович был умным человеком и актером умным. Спорил с режиссерами, вынашивал роли. Леонов и Евгений Лебедев были, на мой взгляд, похожи в том, что «страдали» ежедневно, наблюдая за жизнью особенно пристально, были во многом режиссерами своих ролей, хотя никогда сами спектакли не ставили, в режиссуру не уходили. Евгений Павлович нередко конфликтовал с постановщиками, но в итоге рождалась высокая истина.
- А как вы познакомились?
- Мы познакомились и разговорились с Евгением Павловичем, когда после дружеских посиделок на Черной речке возвращались в белую ночь пешком в гостиницу «Октябрьская», где «Ленфильм» снимал молодому актеру Леонову крохотный номер без удобств. Говорили о театре, кино, личной жизни. Сколько лет прошло, а я прекрасно помню тот его монолог:
- Я в прошлом году был на гастролях со своим театром (Леонов тогда работал в Московском театре имени Станиславского. - Прим. авт.) в Свердловске и встретил там очаровательную девушку по имени Ванда. Я вообще-то стесняюсь знакомиться, а тут идем мы на спектакль по центральной улице, Леня Сатановский анекдоты рассказывает, а впереди - две загорелые красавицы. Леня к ним обратился: «Девушки, можно с вами познакомиться?» Я сзади шел, так штаны подхватил - ремень на моем пузе не держится, брюки съезжают - и как побегу за ним: «И я, и я тоже хочу познакомиться!» Как они смеялись! Она, Ванда, со мной встречалась несколько раз, я-то влюбился по уши, а вот она… Не знаю… Сейчас она в Москву приезжает в институт поступать. Ну не могу же я ее домой к маме и папе привести и поставить раскладушку (Леоновы жили в коммуналке. - Прим. авт.). Я комнатку для нее снял у одного знакомого! Денег занял и снял. Хочу на ней жениться!
Много лет спустя единственная и неповторимая жена Леонова Ванда (она работала в литературной части театра «Ленком») в разговоре со мной тоже припомнила эпизод их знакомства:
- Ребята с шутками стали знакомиться, а издалека бежал еще один, придерживая штаны рукой. Он в этих постоянно спадающих штанах почему-то очень трогательно выглядел. Молодые люди пригласили нас на спектакль, и я, собираясь в театр, думала об этом смешном толстеньком человеке. После спектакля мы сидели в городском саду, он читал стихи Блока, рассказывал о Москве, о своей маме, и вдруг я увидела, какой это чистый человек. Робкий, а стихи читает так пламенно! Я думала, таких мужчин уже не бывает на свете. В оставшиеся дни гастролей мы встречались каждый день, и я убедилась, что передо мной действительно необыкновенный человек.
- Говорят, у Леоновых был очень гостеприимный, хлебосольный дом?
- Евгений Павлович был хозяином до мозга костей: все в дом! Иногда даже вопреки здравому смыслу. В Сибири, на концерте с участием разных звезд, какой-то благодарный зритель вытащил на сцену банку маринованных огурцов и вручил Леонову. После выступления Борис Штоколов предложил: «Надо вечерком собраться под огурчики!» Мы наварили картошки, слюнки текли: «Давайте, Евгений Павлович, ваши огурчики!» - «Нет!» - вдруг сказал Леонов, прижимая банку к животу, словно Винни-Пух горшок с медом. - Я эту банку в Москву отвезу, у меня сын Андрюшка обожает маринованные огурчики». И, действительно, потащил такую тяжесть из Сибири в Москву!
К сыну Леонов относился поразительно, с невероятной любовью. Переживал за каждый его шаг, любил, уважал. Андрею было безумно трудно расти «сыном Леонова», он в качестве защитной реакции скрывал свое родство: «Папа, прошу тебя, не вмешивайся!» Андрей пошел в армию на общих основаниях и даже попросил отца не провожать его, не приезжать потом в воинскую часть, чтобы никто не узнал, чей он сын. Согласитесь, это было решение настоящего мужчины, и Леонову можно было только гордиться таким сыном.
- На гастролях Леонова окружали поклонницы?
- Он мог иногда поддержать компанию, но жену обожал и даже мысли не допускал об изменах, чем на гастролях грешили многие его коллеги.
К нему могли в два часа ночи подойти за автографом - никому не отказывал.
Иногда Леонов, подыгрывая маске всеобщего любимца, даже эпатировал своим поведением. Мог, например, сидя за столом, залезть пальцем в какое-нибудь блюдо (в рагу, в торт - без разницы) и, облизывая палец, рычать и урчать, придуриваться.
Не отказывал себе в возможности поактерствовать, похулиганить.
- Мало кто знает, что знаменитый сейчас композитор Игорь Крутой начинал в концертах Леонова как простой аккомпаниатор.
- Леонов на сцене мог все, кроме пения. А в то время ему приходилось порой давать по пять-шесть концертных выступлений в день - только так можно было что-то заработать. Я придумал такой ход: когда Леонов начинал рассказывать о фильме «Белорусский вокзал», то на сцену выходил пианист, который играл попурри из мелодий этой картины. Затем появлялся какой-то певец и исполнял «одну на всех победу». В этот момент Леонов мог передохнуть. В роли пианиста и певца перебывало немало отличных музыкантов, в том числе тогда совсем неизвестные Игорь Крутой и Валерий Леонтьев.
- Почему после тяжелейшей болезни, когда все списали Леонова со счетов, он нашел силы вернуться на сцену?
- Когда в Гамбурге на гастролях с ним случился второй обширный инфаркт, немецкие врачи совершили чудо - сделали сложнейшую операцию, можно сказать, вернули с того света. Они продлили жизнь великому русскому актеру на пять лет. Когда Леонова привезли в Москву, я навещал его в Кремлевской больнице. Прошло всего три-четыре месяца, и он продолжил работу, войдя в тот же ритм спектаклей, концертов. В финале жизни он успел сыграть одну из самых замечательных своих ролей в «Поминальной молитве».
Трудности, мгновения отчаяния неминуемы в актерской профессии. Когда появлялись комедии одна за другой, Леонову хотелось разнообразия, он чувствовал, что может раскрыться и в другом. И судьба подарила ему глобальные, серьезные роли в «Поминальной молитве», «Старшем сыне», «Иванове», в фильме «Убить дракона».
- Вам кажется, он счастливо прожил жизнь по актерскому счету, по отношению к семье, к друзьям, вообще к людям?..
- Перед Леоновым раскрывались все двери в стране победившего дефицита. Зная о своем влиянии, он не отказывал в просьбах. Евгений Павлович доставал стройматериалы на ремонт театра, устраивал кого-то в больницу, помогал находить дефицитное лекарство, помог одной женщине вызволить из тюрьмы несправедливо осужденного сына.
Узнав, что сценарист фильма «Афоня» Александр Бородянский никак не может решить свой квартирный вопрос, Евгений Павлович пошел в Моссовет. В приемной у всесильного товарища Промыслова томились известные люди, актеры, и всем секретарша говорила: «Ждите!» Но тут произошло чудо: узнав, кто пришел в его приемную, вышел сам Промыслов, извинился перед всеми и пригласил артиста Леонова без очереди. Квартирный вопрос был решен. Сам же Евгений Павлович долгие годы жил в коммуналке, а дачу свою так и не достроил...