- Когда прикасаешься к рисункам, возраст которых исчисляется тысячелетиями, испытываешь особенные чувства. Я бы сказал, такого рода эстетические переживания ни с чем не сравнимы, это уникальный опыт. Это страшно цепляет, одним словом...
Наш земляк Юрий Иванов, рассказывая о том, как ему довелось обнаружить петроглифы Канозера, с трудом сдерживал эмоции. Азарт первооткрывателя, любопытство историка, восхищение своеобразной эстетикой, присущей этим наскальным рисункам... Впрочем, почти такие же чувства может испытать каждый посетитель выставки, открывшейся в областном краеведческом музее. Она посвящена древнему наскальному искусству европейских окраин - от Средиземного до Белого морей.
Сами историки, говоря о заполярных находках, подчеркивают, что Кольский полуостров археологической окраиной назвать никак нельзя. По количеству, тематике и ценности наши петроглифы смело могут претендовать на звание мирового культурного наследия. Особенно ясным этот факт стал после того, как у исследователей появилась возможность сравнить кольские рисунки с тем, что изучают и охраняют в других странах мира. Налаживанию контактов помогли представители компании «Тоталь» в Мурманской области, а также пресс-атташе Французского института в Санкт-Петербурге Эдвард де Люмле. Ему эта тема особенно интересна: его отец - известный французский археолог, величина в научном мире, и сам он живо интересуется петроглифами.
- Французские коллеги пригласили нас на научную встречу, проходившую в местечке Монт Бего, - рассказал мурманский историк Дмитрий Жалнин. - Мы увидели петроглифы Средиземного моря: там имеется огромное количество изображений - около четырнадцати тысяч. Но почти все они одинаковы. На камнях выбиты рисунки кинжалов, фигуры воинов, возможно, вождей, линии. Тогда как на скалах, окружающих Канозеро, сюжетов - огромное множество. Там и люди, и сцены охоты, и лодки с гребцами, самые разные животные и птицы, магические знаки - в виде колес, например. Нам захотелось показать это богатство французам. Тем более что они так трепетно и даже с некоторым снобизмом относятся ко всему, что составляет достояние родной страны. А мы были уверены, что поразим их.
И действительно, поразили. Французская делегация, добравшись до почти непроходимого озера в центре заполярной тундры, оказалась потрясена изображениями, которые оставили тут первобытные люди. Потом были следующие экспедиции на Канозеро, постепенно накопился материал для большой и интересной экспозиции. Сначала ее с помощью коллег из Франции устроили в Москве, в Манеже. Место проведения свидетельствует о престижном статусе мероприятия - крупнейшая выставочная площадка столицы страны!
Теперь прекрасно оформленные стенды с фотографиями наших петроглифов могут увидеть и северяне. В зале краеведческого музея также расположились редкие древние артефакты из фондов. А сокровища Средиземного моря представлены внушительных размеров камнем, на котором выбиты те самые изображения - кинжалы, воин, линии. Это, конечно, не оригинал, а копия, но выполненная по новейшим технологиям и передающая все тонкости подлинника.
- Почему рисунки в районе Монт Бего дублируют друг друга - тут мы можем только строить догадки, - рассказывает Дмитрий Жалнин. - Возможно, это были своего рода знаки, где отмечались древние пастухи, перегонявшие скот. Может, ритуальные места. На французской выставке мы смогли увидеть и петроглифы других стран. Любопытно, что на одном из них - изображение, очень похожее на наше, канозерское. Это рисунок белухи, экспонат был привезен из Кореи. Вообще, петроглифы Заполярья и Беломорья дают довольно полное представление о фауне того периода: на них преобладают изображения лосей и оленей, а также есть выдры, киты, лебеди, рыбы, медведи. Некоторые жанровые сцены понятны - охота, промысел морского зверя. Некоторые трудно понять, так же как сложно расшифровать, символом чего были колеса или обводные кресты, которые тоже часто встречаются.
Более тысячи изображений насчитывает сейчас коллекция Канозера. Она постоянно пополняется - каждое лето на скалистые берега отправляются экспедиции, которые находят новые «картинки», датируемые возрастом от двух до четырех тысяч лет. Для чего их выбивали на берегу труднодоступного северного озера - тоже вопрос без внятного ответа. На Канозеро и с помощью современной техники добраться непросто - вертолетом проще, вездеходом и на лодках сложнее. А в иные времена это и вовсе была опасная экспедиция. В пользу того, что их выбивали с целями магическими, говорит то, что поблизости нет следов стоянок и поселений древних людей.
Однако в душе-то каждый из нас понимает, что не только в магии дело - недаром поверх петроглифов скалы украшены надписями, которые археологи изящно называют посетительскими. Из серии «Здесь был Вася»... Причем датирован «Вася» не только нашими днями - есть автографы начала двадцатого века, есть, наверняка, и более ранние. Эти надписи и привлекли поначалу внимание Юрия Иванова: чтобы взглянуть на них, он высадился на скалы, а в остальном помогло солнце.
- В 1997 году я работал в музее Ревды и летом собрался сплавиться до Канозера, - вспоминает Юрий. - Директор музея напутствовал, мол, смотри внимательно вокруг, там много интересного. Местные-то жители о петроглифах поговаривали, да и мне эта тема была знакома. Дошли до озера, высадились на скалы, пока пообедали... Солнце уже начало садиться, и это нам помогло - в косых лучах увидели надписи, которые вообще-то очень трудно разглядеть. Когда солнце в зените, их не увидеть, как и в пасмурную погоду. Так что нам просто повезло. Среди иголок и листьев заметил линии, начал разгребать и постепенно обнажилась большая человеческая фигура. Потом - изображение лодки. Сфотографировали все, отправил снимки в Питер, так все и началось.
После того, как улеглись первые восторги, а петроглифы были учтены и описаны, во весь рост встала проблема - как уберечь древние рисунки от современных вандалов? Летом туристы активно путешествуют по полуострову, преодолевают трудности и для того, чтобы взглянуть на древние картины. Они же и без того рушатся - от собственного возраста, от условий агрессивной окружающей среды. А если поверх кто-то еще и «Мы с Воронежа» намалюет, совсем беда. Проблема сохранности этих памятников, впрочем, не только наша. Ею озабочены и в других странах.
Раньше, к примеру, считалось целесообразным строить защитные куполы над камнями. В Карелии в советский период так и поступили. Мало того, что это не особенно сохранило изображения, так еще и про купол, как только наступили иные времена, тут же позабыли - стоит полуразрушенный, представляет угрозу и для туристов, и для петроглифов. В норвежской Альте рисунки покрывали специальным составом - он и изображения ярче делал, и вроде бы защищал их. Однако специалисты сходятся на том, что стопроцентной технологии сохранения еще не придумано. Остается одно - относиться к ним максимально бережно.
В Мурманской области несколько лет назад был создан музей наскального искусства «Петроглифы Канозера». Как рассказал его директор Владимир Перевалов, у них есть база на берегу озера, где живут сторожа-смотрители, музей летом понемногу организовывает экскурсии.
- Но эту практику мы, наверное, прекратим, - подчеркнул Перевалов. - На вертолеты у нас денег нет, а вездеходы очень разрушают тундру, разбивают грунт, губят болота. Мы своей задачей видим включение канозерских петроглифов в список мирового культурного наследия ЮНЕСКО. Безусловно, такие археологические ценности достойны этого - так же как они достойны нашего бережного и почтительного отношения.
