Невероятно интересно читать старые газеты. Пожелтевшая бумага, потрепанные края страниц, непривычные шрифты. Старые газеты - свидетели былого. Они могут рассказать много того, что не прочитаешь в учебниках истории. В их строчках запечатлены мельчайшие детали, благодаря которым можно ощутить дух ушедшей эпохи, узнать, какие проблемы решали и о чем думали наши земляки. В эти дни мне благодаря старым газетам удалось заглянуть на сто лет назад и узнать, как отмечали тогда мурманчане новогодние праздники.
«Хорошо свиньям!»
Впрочем, если судить по газетам, то, похоже, что никак. Вот в первом номере «Полярной правды» 1924 года, вышедшем 5 января, нет ни слова о наступлении нового года. Зато опубликована небольшая статья «Хорошо в Мурманске свиньям!». Товарищ, подписавшийся как Невидимый, доводит до сведения общественности, что некие горожане разводят у себя во дворе свиней и кур. И не экономят электричество, свет горит в хлеву круглые сутки. «В то время как некоторые люди сидят впотьмах!»
В 1924 году редакция газеты губкома РКП «Полярная правда» находилась на площади Свободы. Читатели, у кого был доступ к телефону, могли позвонить туда, набрав номер 35. Но чаще они либо приходили сами, либо писали письма - с жалобами, благодарностями, поздравлениями и объявлениями. И газета публиковала заметки своих земляков, даже если они были анонимными.
Рядом с репортажем из хлева - колонка зарубежной хроники: «Англия требует от Афганистана разорвать отношения с Советской Россией». Чуть ниже - сообщение о начале регулярных рейсов из Мурманска в заграничные порты: «Отправлены 900 тысяч пудов хлеба на пяти пароходах».
Что ж, вероятно, не до праздников было людям в те непростые времена, их одолевали иные заботы... Вот заметка «Заброшенный барак», всего восемь строк: «Недалеко от ледохранилища Желдороги находится кем-то забытый склад с оленьими рогами, которые благодаря выломанным стенам расхищаются и разбрасываются вокруг склада. Хозяин, позаботься о рогах, они кое-чего стоят!»
У него еще и прислуга есть?
Коммунальную хронику продолжает военмор по фамилии Лык:
«Весь комсостав Мурбазы вместе с частными гражданами, проживающими в бараках, регулярно снабжаются водой, военморы же, проживающие в 36-м бараке, такой привилегией не пользуются. А в бараке 46 проживает Качанов (бывший служащий Мурбазы, содержит прислугу) и занимает две комнаты...» Молодец военмор, заложил соседа!
Некто под псевдонимом Проходящий жалуется, что частные лавочки в Мурманске работают с 10 утра, а «красные же купцы - «Коммунторг» и Хлебпродукт (замечательное учреждение, в котором есть все, кроме хлеба) благоволят открываться в 11-12 часов». Вот ворчун!
Удивительно, но сто лет назад, в условиях, когда не то что Интернета или телефона, нормальных путей-то, чтобы добраться в отдаленные села, не было, в газете много заметок с Терского берега. Вот о жизни в Тетрино: «Плохой год был, более низкий уровень населения и отсутствие самодеятельности привели к прозябанию кооператив».
В Ловозере же, если верить автору, вообще все ахово: «Ловозеро, эта столица Тундры, спит также мертвым сном. Население остается жить в темноте, не работают школы, летняя почта приходит зачастую в начале зимы».
А из Чапомы, наоборот, телеграфируют: «Несмотря на многие препятствия, неизбежные при начале каждой работы, кооператив уже определил свою физиономию и достиг чистой прибыли около тысячи рублей».
Очень любопытные формулировки - «прозябание», «физиономия», «столица Тундры»!
Больше Кимов, Баррикад и Октябрин!
Острая заметка о борьбе с церковью. Впереди ведь Рождество, празднование которого новая власть отменила. О нем в газете пишут с маленькой буквы. Вот статья «Лопари Нотозерского района переделывают церкви в клубы и школы»: «Ликвидировать церковь как ненужный дурман и превратить ее в Дом Просвещения. Колокола, иконы и книги продать!» И дальше: «А вот обыватели Мурманска и Колы не позволяют коснуться церкви. Мурманцы и коляне, вы темнее нотозерских лопарей. Стыдитесь!»
Заметьте, именно «мурманцы», а не мурманчане. Так себя тогда называли первожители нового города. Со временем церквей ни в древней Коле, ни в малых поморских поселках не осталось. Все превратили в сельские клубы, а то и в склады.
В деревне Рестикент (она находилась на берегу озера недалеко от нынешнего Верхнетуломского, жили там около ста человек, в середине 60-х годов прошлого века затопили при создании водохранилища - С. Ю.) в первые дни нового, 1924 года местные жители жаловались на то, что у них нет школы. «Губоно до сих пор молчит с присылкой учителя. Не пора ли обратить свой взгляд на глухой угол Лапландии?» - вопрошает безымянный автор.
Следующий, подписавшийся Кристин, доносит до читателей радостную весть: «В клубе водников прошли красные крестины. На место убитых и уставших борцов революции родился новый человек. Родители решили назвать его Кимом (сокращенно от Коммунистический Интернационал молодежи - С. Ю.). Это первое имя, данное в 1924 году. В конце года у нас будет еще больше Кимов, Баррикад и Октябрин!»
Но следом снова о проблемах, точнее, об их решении. Извечная рубрика: «Письма читателей»:
«В ответ на публикацию в газете «Полярная правда» о пьянстве помощника начальника лесопункта Тайбола тов. Скорцова сообщаем, что он с работы снят. Материал о нем передан в прокуратуру».
Сурово! Мало того, что работы мужик лишился, так еще и на всю область пропечатали. А вот еще «именинничек» - «комендант общежития № 27 тов. Смирнов ремонт не производит, говорит, мол, нет гвоздей». В следующем номере - публикация, где сообщается, что гвозди быстро нашлись.
Халаты постирать, мух разогнать
Досталось в первом новогоднем номере и рыбообработчицам с консервного завода. Доброжелатель настучал в газету, что грязь бабоньки развели на производстве жуткую. Журналисты провели расследование: «Газета сообщала о порче селедки на этом заводе. Этот факт - не случайность! Там не соблюдаются санитарные нормы. Работницы работают в грязных халатах, которые не стираются по целому месяцу». А вот и положительный пример. Механик Шишкин с утильзавода рапортует, что они навели у себя чистоту и порядок. «Каждый рабочий ежедневно принимает душ, а летом, охраняя продукцию - рыбную муку - от мух, мы вешаем занавески на окна завода».
В годы, когда кроме газеты пожаловаться было некому, а людям хотелось «вскрыть язвы», «наказать бездельников и дармоедов», вот и писали они в редакцию, читали заметки других и ждали, когда «те, кто надо», примут меры.
А что же культурная жизнь в праздничные дни? - спросите вы. А вот заметочка: «Красные уголки заброшены, книги в них перепутаны, негде в свободную минуту даже газету почитать! Партийные товарищи и военморы, надо принимать меры!»
Так протекала жизнь на Кольском Севере, в молодом еще Мурманске, который и городом-то еще и не стал, и в отдаленных поморских поселках. А узнать о ней мы можем, пролистав старые газеты столетней давности.
