(Продолжение. Начало в № 7, 12, 13)
Великая Отечественная война - время величайших испытаний для нашего народа. Кольский край в силу своего географического положения сразу стал прифронтовым. Мы продолжаем цикл публикаций, посвященный 100-летию Мурманского областного краеведческого музея.
Несостоявшийся юбилей
17 октября 1941 года Мурманскому областному краеведческому музею должно было исполниться 15 лет. После долгих скитаний он обрел наконец свой дом - решением обкома ВКП(б) от 3 сентября 1940 года музею был выделен второй этаж бывшей совпартшколы на проспекте Сталина, 26. Сейчас на этом месте находится книжный магазин «Глобус». В новом здании музей открылся 1 июня 1941-го. Здесь были отдел природы, соцстроительства области, монтировался отдел истории.
К тому времени в фондах насчитывалось 2 826 единиц хранения, в библиотеке - 3202 книги. Среди недавно приобретенных экспонатов - 30 видов глубоководных рыб, моллюсков, рачков. Сотрудниками были составлены несколько карт Кольского полуострова: энергоресурсов рек, полезных ископаемых, археологических находок. Почетное место в экспозиции занял жетон из металла желтого цвета, который передал директор мурманской вечерней школы для взрослых № 2 Г. Д. Дюков. Проконсультировавшись в Эрмитаже, мурманские музейщики узнали, что «жетон был выпущен в марте 1917 года, сразу же после отречения царя. Количество таких жетонов невелико, и они представляют бесспорную ценность». Об этом 16 октября 1940 года сообщила «Полярная правда».
«В начале 1941 года музей готовился к празднованию 25-летия Мурманска, пополняя фонды уникальными предметами, - пишет в своей книге «Хранители истории Кольской земли: история Мурманского областного краеведческого музея» Светлана Мартюшова. - Сотрудники музея А. А. Дейнеко и В. А. Щепеткин из мелких деревянных брусков соорудили макет в 1/20 натуральной величины памятника Жертвам интервенции 1918-1920 годов. Профессор Валериан Евгеньевич Ляхницкий, начальник портовых изысканий на Мурманском побережье в 1916-1917 годах, прислал для музея две иллюстрированные книги об истории возникновения г. Мурманска и торгового порта, изданные в 1917-1918 годах. Г. Д. Дюков подарил музею ценный подарок - четвертое издание произведений поэта В. А. Жуковского в 6 томах, изданное еще в 1835 году».
Военный город
Пожить в новом здании музею довелось совсем недолго. 22 июня 1941 года началась война и Мурманск был объявлен на «угрожаемом положении», о чем 23 июня сообщила «Полярная правда». В полную готовность приводились силы и средства местной противовоздушной обороны. В этот же день город подвергся первому налету фашистской авиации.
29 июня началось наступление войск противника на мурманском направлении, а 3 июля - эвакуация населения и предприятий. В августе музей был закрыт. Часть фондов вывезли в Мончегорск, часть экспонатов и книг была размещена в подвале дома на улице Профсоюзов. Забегая вперед, скажем, что «мурманскую» часть сохранить не удалось, она погибла под бомбежками.
30 октября в «Полярной правде» было опубликовано стихотворение Раисы Троянкер «Военный город», позволяющее почувствовать атмосферу Мурманска в те дни. Оно вошло в книгу «Суровая лирика», изданную в 1942 году. Сегодня этот сборник - один из экспонатов краеведческого музея. Как и «Окна «Полярной правды» - сатирические плакаты, которые мурманские журналисты и художники начали выпускать с первых дней войны. Их создавали вручную, нанося клеевые краски на бумагу через трафарет. С 1941 по 1944 год был выпущен 81 плакат. Наиболее удачные выпуски печатались сотнями экземпляров и распространялись в частях 14-й армии Карельского фронта, в подразделениях и на кораблях Северного флота. В создании плакатов участвовали художники В. Г. Баранов, В. Бибиков, Л. Е. Кербель, А. Я. Кольцов, А. А. Меркулов, М. Новиков, Д. Свешников, М. Успенский, Н. И. Цейтлин, поэты К. Я. Бельхин, А. А. Жаров, Н. Занина, П. Молокоедова, Р. Л. Троянкер, К. А. Тюляпин и другие.
Экспозиция, посвященная Великой Отечественной войне в Заполярье, занимает особое место в музее. Она размещается на третьем этаже, но не вмещает все экспонаты, связанные с тем трагическим временем. С помощью специалиста по экспозиционно-выставочной деятельности Ирины Колодки познакомимся с некоторыми из них.
- Рассказывая о начале войны, мы постарались сделать так, чтобы посетитель окунулся в атмосферу времени именно у нас в Заполярье. Здесь суровые скалы, и с помощью мультимедийной панорамы гости музея могут увидеть не только, в каких условиях сражались бойцы, но и услышать звук рвущихся снарядов, бомбежек и будто оказаться в тех условиях, в каких были наши воины. Или вот этот экран, он - как портал в прошлое. Также представлен репродуктор. Подобные были на улицах Мурманска, и жители слушали объявления о начале войны и фронтовые сводки.
Маленький скромный платочек
Когда начались боевые действия, первыми удар противника приняли пограничники. Вот один эпизод из воспоминаний Федора Михайловича Ивакова, заместителя начальника погранзаставы 82-го пограничного отряда, штаб которого находился в районе Рестикента:
«27 июня 1941 г. полевые части немецко-фашистских войск нарушили государственную границу на участке нашего 82-го пограничного отряда... Мужественно защищая нашу родную землю, пограничники не смогли отбить превосходящие силы врага. Был получен приказ: каждой погранзаставе, что в силах заставы, произвести эвакуацию военного имущества, боеприпасов и продовольствия, остальное уничтожить и отойти со своих родных застав, построенных своими руками. Отход был сделан для концентрации сил отряда на главном направлении… В 4.00 5 июля 1941 г. был создан отряд из пограничников отошедших застав в 158 человек под командованием начальника штаба 82-го погранотряда майора Немкова Яна Андреевича, который в 15.00 этого же дня повел свой отряд в наступление… Сбив боевое охранение противника, стремительно двинулись в поход. Белофинны, стараясь приостановить наше продвижение, зажгли лес, по которому мы наступали. Лес сухой, как порох, мох и большое количество валежника способствовали быстрому распространению пожара, который охватил до 2 км по фронту. Огромные языки пламени гуляли по лесу, шумя, как водопад. Зажигая лес, враг рассчитывал, что атакующие изменят направление и пойдут по болоту (как потом стало известно). Там нас должны были встретить 5 станковых пулеметов кинжального действия. Майор Немков разгадал ловушку врага... решил проскочить через горящий лес в противогазах и внезапно из огня обрушиться на врага. Люди задвигались в дыму и нестерпимой жаре. Жгло лица от горячей резины противогазов. У некоторых начали тлеть гимнастерки и брюки. Пограничники бежали, прикрывая руки полами гимнастерок… Первым вывел свое отделение в атаку мл. сержант К. Ф. Кедров и ударил по врагу. За что впоследствии награжден орденом Ленина. Внезапное появление бойцов из огня ошеломило белофиннов. Враг, прижатый к озеру и реке, отчаянно защищался. Наконец, не выдержав напора нашей штыковой атаки, рассыпался на группы и стал удирать через реку Лотта на плотах и лодках, которые почти все были потоплены огнем наших воинов. Часть врагов ушла через болото обратно к населенному пункту Лотта. Бой был закончен штыковой атакой».
В разделе экспозиции, посвященной подвигу пограничников в годы войны, представлены документы, фотографии, личные вещи героев. И среди них - маленький платочек, который Федору Ивакову передала жена. Он бережно хранил его всю войну. Возможно, этот скромный платочек был с ним и в том страшном бою. Федору Михайловичу посчастливится дожить до Победы, как и его командиру. Позже Ян Немков присутствовал на подписании акта о капитуляции фашистской Германии.
Немые свидетели подвига
Предметы, документы и фотографии, ставшие свидетелями тех или иных событий, каким-то невероятным образом позволяют почувствовать то, что происходило много лет назад.
- Перед вами подлинный флаг с гвардейского эскадренного миноносца «Гремящий», - рассказывает Ирина Колодка. - А это вымпел с одной из подводных лодок Северного флота. Мы не знаем точно, с какой, это не зафиксировано в документах. Но важно, что они подлинные, от них идет особенная энергетика. Или, например, психрометр и часы с теплохода «Старый большевик». Кажется - ну подумаешь, но ведь они 27 мая 1942 года пережили атаку немецких самолетов, которая состояла из 47 волн, стали свидетелями и участниками этого подвига.
Лесовоз «Старый большевик» с грузом для фронта шел в Мурманск в составе конвоя PQ-16. В районе острова Медвежьего караван из 35 судов был атакован немецкими самолетами и подводными лодками. Одна из бомб попала в носовую часть «Старого большевика», загруженную боеприпасами. Начался пожар, судно в любой момент могло взлететь на воздух. Командование конвоя предложило советским морякам покинуть судно. Получив отказ, капитан английского эсминца принял на борт тяжелораненых и ушел, оставив горящий корабль на произвол судьбы. Восемь часов экипаж сражался с огнем. Все это время немцы продолжали сбрасывать на беззащитное судно свой смертоносный груз. Моряки не только спасли судно, но, заделав повреждения, смогли догнать ушедший конвой.
- А здесь у нас представлен китель старшего лейтенанта Павла Федоровича Космачева, командира 221-й батареи на полуострове Среднем, - продолжает рассказ Ирина Васильевна. - 22 июня 1941 года батарея под его командованием открыла боевой счет Северного флота, потопив самый первый вражеский корабль - минный тральщик. А это личные вещи командующего Северным оборонительным районом генерал-лейтенанта Кабанова: очки, зажигалка, погоны. И от них идет особая энергетика. Подчиненные за глаза называли Кабанова генерал Дот. Он отстроил оборону на Рыбачьем, и благодаря ему эту оборону наши бойцы держали. Этим музей и ценен, что благодаря таким предметам мы можем прикоснуться к прошлому.
2 октября 1941 года подводная лодка Северного флота «М-171» под командованием старшего лейтенанта Валентина Старикова проникла в бухту Лиинахамари и обнаружила два вражеских транспорта. С дистанции 12 кабельтовых подлодка выпустила по кораблям две торпеды. К сожалению, как показали послевоенные исследования, оба снаряда попали в пирс рядом с судами. Выходя из залива, «малютка» запуталась в рыбачьей сети и попала под обстрел вражеских батарей. Экипажу казалось, что конец неминуем - придется всплыть и принять бой. Моряки были готовы взорвать корабль, чтобы не сдаться врагу, но через два часа лодка освободилась из ловушки, воспользовавшись наступившим приливом. За годы войны «М-171» совершила 29 боевых походов, 21 торпедную атаку и была удостоена звания Гвардейской, командиру Валентину Георгиевичу Старикову присвоено звание Героя Советского Союза. В экспозиции музея представлена 45-миллиметровая пушка с подводной лодки «М-171» - немой свидетель и участник тех героических событий. Сегодня это любимый экспонат мальчишек, которые норовят ее потрогать и покрутить. Наверное, в этот момент они представляют себя героями-подводниками.
Легендарный ДИП-200
В экспозиции есть как минимум еще один экспонат, мимо которого посетители не проходят равнодушно и тоже стремятся «прикоснуться к прошлому» в буквальном смысле. Хотя это, конечно, запрещено.
- Наш легендарный станок ДИП-200, - улыбается Ирина Васильевна. - Как я определяю, что крутили? Если эту часть механизма сдвинуть, то с другой стороны появляется пыль веков. И сразу видно, что посетители не удержались и потрогали. Это станок, который все годы войны работал на Мурманской судоверфи. Если расшифровать название, то это лозунг одной из первых пятилеток: «Догоним и перегоним». Уникальный экспонат. Остается загадкой, как он сюда попал, учитывая его габариты и вес. Документальных сведений об этом у нас нет. Была версия, что через окно. Но я сомневаюсь. На одной из экскурсий присутствовал специалист, который сказал, что этот станок легко разбирается. И скорее всего, его на судоверфи разобрали, а здесь собрали.
В годы войны Мурманская судоверфь оперативно подчинялась командованию Северного флота и 14-й армии. Главной задачей предприятия стал ремонт военных кораблей, а также переоборудование рыболовных траулеров в сторожевые корабли и тральщики. Судоверфь производила новейшие образцы минометов, огнеметов, бомбометов, гранат типа «Ф-1», мин и запасных частей к ним. Многие мужчины ушли на фронт, их у станков заменили женщины и подростки.
Инженер-конструктор предприятия Леонтий Александрович Смолин придумал запасную часть миномета, которая позволяла в боевой обстановке за пять секунд восстановить вышедший из строя ударный механизм. Это изобретение было принято на вооружение Красной армии. За ударный труд в годы войны 5 ноября 1946 года коллективу Мурманской судоверфи на вечное хранение было передано Красное знамя Государственного комитета обороны.
Практически все предприятия области перешли на выполнение оборонных заказов. Внимание посетителей обычно привлекает химическая грелка, которую в 1983 году передала в фонды музея Антонина Ивановна Карпова, старшая операционная сестра 10-й отдельной роты медицинского усиления 14-й армии, затем 31-й отдельной лыжной бригады Карельского фронта. Такие грелки в годы войны выпускал опытный химический (фосфорный) завод комбината «Апатит». Их изготавливали из двух слоев брезента, между которыми закладывали специальный химический состав - чаще всего использовали оксид кальция (негашеную известь). Если к нему добавить воду, раствор нагревался до 40-50 градусов. Температура держалась несколько часов. Такими грелками обкладывали раненых при транспортировке, и это спасало им жизни.
Трагедия 18 июня 1942 года
Не будем забывать, что люди жили и работали под постоянными бомбежками. Фронт был совсем близко, с немецких аэродромов было всего 15-20 минут лета. Не сумев овладеть Мурманском, озлобленный враг пытался уничтожить город с воздуха. Особенно страшным было лето 1942 года. Одна из самых масштабных бомбардировок произошла 18 июня. Сегодня ровно 84 года с того трагического дня. В налетах на город участвовало 105 немецких самолетов, только на центр Мурманска было сброшено около 12 тысяч авиабомб. Бомбардировка продолжалась более семи часов. В результате было уничтожено более 600 домов, тысячи жителей остались без крова, многие погибли или были ранены.
15-летний школьник Володя Локтев в августе 1941-го начал вести дневник, настоящую летопись воздушной войны за Мурманск. Он записывал точное время начала и завершения воздушных тревог, бомбардировок и тех разрушений, которые оставались после них. 18 июня 1942 года бомба попала в дом на Жилстрое, где жила семья Локтевых.
«Последняя тревога была в 18 час. 48 минут, - пишет Володя в дневнике. - Да, в этот раз он (враг - Прим. авт.) набросал фугасок и у нас на Жилстрое. Разбомбило и наш дом. Бомба попала на кухню в плиту, в которой она и взорвалась. Первую комнату, нашу, завалило, во второй вырвало стену и порядком завалило. От кухни и от тети Зининой комнаты ничего не осталось; нижние же комнаты завалило все. Я стоял на крыльце, и еще со мной стояли некоторые, и все остались целы и невредимы. Случилось это так. До тревоги я налаживал электрическую плитку; объявили тревогу, но я продолжал свое дело. Наладил плитку, вышел на кухню, посмотрел в окно. Потом начали стрелять зенитки, и я вышел на крыльцо. Вижу, рвутся детонационные бомбы, я говорю, ложитесь, и сам присел. Вдруг сильный взрыв, в ушах зазвенело, и стало темно, как ночью, от пыли и гари. Мне говорят, давайте выходить сверху, но я содрал дверь и вышел на крыльцо. И к моему удивлению, вижу, что бомба попала в наш дом, в нашу сторону. Кругом валяются бревна, и на крыльцо упало огромное бревно. Летело в этот раз 15 штук [вражеских самолетов]. Я сам удивляюсь, как остались мы живы. Счастье, конечно, наше то, что бомба попала в плиту, где она и застряла, к тому же небольшого калибра; но если бы она не попала в плиту, так тогда она прошла бы в нижний этаж, и всем нам был бы крах. Но, слава богу, остались живы!»
В начале 1943-го Володю призвали в армию, хотя ему едва исполнилось 17 лет. В областном краеведческом музее хранятся письма, которые он писал с фронта. «Сейчас уже 9 часов вечера, - писал он 7 ноября 1944 года. - Я сижу один в землянке и пишу письмо. Сегодня у нас праздник, и завтра тоже будет праздник, и день моего рождения, исполнится 19 лет. Странно становится и даже немножко не верится, что я стал такой большой. Да, дорогая мама, уже второй день рождения буду встречать один. Я вспоминаю, какой торжественный день этот был для меня дома». В каждом письме любовь к родным, тоска по ним, по Мурманску: «Я много думал, что лучше бы мне быть на севере. Я дерусь за наш славный Мурманск, мщу немцам за его страдания». Владимир Локтев не дожил до Победы всего чуть больше месяца. Он погиб смертью храбрых 26 марта 1945 года на территории современной Польши. 9 мая 1945 года мама Володи Елена Абрамовна получила на него похоронку…
Больше, чем фотографии
Страдания мурманчан с документальной точностью зафиксировал легендарный военный фотокорреспондент Евгений Халдей. В разрушенном Мурманске он сделал несколько фотографий, каждая из которых является обвинительным документом. Сегодня их знает, наверное, каждый - пожилая женщина с чемоданом на фоне печных труб. Это все, что осталось от города. Один из этих снимков был приобщен в качестве доказательства преступлений фашистов против советского народа на Нюрнбергском процессе.
И еще об одном снимке из фондов музея хочется рассказать напоследок. У него даже есть название - «Мухин из Мурманска». Мурманчанин Алексей Михайлович Мухин прошел всю войну от Мурманска до Берлина. В числе первых штурмовал Рейхстаг и оставил свой автограф на дверях кабинета Гитлера. Оттуда же в качестве трофея он привез в Мурманск кусок от подграфинного стола. Сегодня он представлен в экспозиции музея, напоминая, чем во все времена заканчиваются войны против России.
(Продолжение следует.)
